Наследство - Майкл Джудит - Страница 141

Она проследовала за помощником консьержа в конец коридора, где располагался ее номер: две комнаты, в интерьере которых преобладали оттенки цвета слоновой кости и мягко-зеленого — ее любимых расцветок, на французском столике для кофе стояли художественно оформленные орхидеи — самые любимые ее цветы. Около цветов стоял чайный сервиз с дымящимся чайником и небольшими бутербродами на фарфоровой тарелке. Из букета цветов торчала записка, написанная от руки на открытке с разноцветным тиснением. «Надеюсь, тебе понравится. Лора».

Послышался скромный стук в дверь.

— Ваша горничная, мадам, — сказал помощник консьержа, открывая дверь. — Если понадобится помощь, пожалуйста, звоните.

Он удалился прежде, чем Ленни успела дать на чай. Конечно, этого не следовало делать сейчас, она знала. Весь персонал будет ожидать ее благодарности при отъезде, и тогда придется дать нечто большее, чем скромные подарки, перепадавшие обслуживающему персоналу в большинстве других отелей.

Пока горничная распаковывала ее вещи, развешивала по шкафам платья и блузки, складывала в ящики белье, она стояла у окна, выходившего на Пятьдесят восьмую улицу. Одно платье и две блузки горничная оставила.

— Я поглажу их, мадам, и верну через несколько минут, — сказала она и не торопясь вышла.

Ленни прошла по комнатам, посмотрела на книги, среди которых нашла сборники поэзии, короткие рассказы, повести, даже кроссворды, почти на все случаи жизни. В шкафу она обнаружила телевизор, видеомагнитофон и стереосистему; в нижнем его отделении был устроен холодильник, заполненный продуктами и вином, включая ее любимые утиный паштет и коньяк. Открыв небольшой старинный стол, она с удивлением обнаружила небольшой компьютер с принтером. В каждой из двух мраморных душевых висели мужские и женские халаты, украшенные той же цветной эмблемой, что и открытка Лоры; стояла полированная коробка с шампунями, принадлежности для бритья и набор мыла различных сортов. В проспекте, лежавшем на столе, говорилось, что она может пообедать у себя в номере или в отдельном кабинете на своем этаже, который будет подготовлен для нее Жераром Лионом, шефом ресторана; если необходимо устроить более крупный прием, отель берет на себя заботу договориться с несколькими трехзвездочными ресторанами, которые предоставляли приоритет гостям «Бикон-Хилла» и их посетителям; по звонку к ней придут стенографы, парикмахеры, швеи, портные и горничные, работающие в отеле; любые газеты по выбору будут доставляться ей каждое утро; для поездок в аэропорт и обратно отель располагал лимузином, кроме того, его можно было заказать и для поездок на обед, в театры… Список продолжался и продолжался.

«Интересно, где она узнала обо всем этом? Мы не могли научить ее этому, потому что не предоставляли подобных услуг в своих отелях. Все это мы имеем у себя дома, но никогда… Вот и ответ. Лора купила отели Оуэна и превратила каждый из них (Ленни была более чем уверена, что все отели Лоры были одинаковыми) в дом, каким она его себе представляла.

Такой подход оказался удивительно эффективным. Стоя в шикарной гостиной, поглядывая на видневшуюся через дверь широкую кровать с сатиновым стеганым одеялом, Ленни чувствовала себя здесь так же уютно, как у себя дома, окруженная собственными вещами и слугами. Ленни Сэлинджер, изрядно поколесившая по свету, никогда прежде не испытывала подобных ощущений ни в одном из отелей, даже в тех, которые носили ее фамилию.

Она отвела три дня для выяснения, что же представляет собой тип отелей, управляемых Лорой. Но после того как она приняла ванну и переоделась, наложила крем «Гермес», применяемый после ванны, который она обнаружила в коробке розового цвета, она подумала, что могла бы прожить здесь целый месяц, забыв обо всех домашних заботах, будучи просто туристкой и любимой гостьей отеля.

«Нужно, чтобы она работала на нас», — подумала она.

В четыре часа Ленни нужно было быть в Рокфеллер-центре на митинге по сбору средств; в три тридцать она покинула номер и спустилась в холл на лифте. У стойки консьержа решила заказать билеты в театр на вечер; позже собиралась позвонить и пригласить с собой кого-нибудь из друзей.

Консьерж отвечал на вопросы невысокого, крепко сбитого мужчины с большой головой и глубоким, почти рокочущим голосом. Ленни ждала, оглядывая холл. Среди находившихся там людей она узнала Даниэля Иноути, гавайского конструктора, с которым когда-то собирался работать Феликс; одного из наиболее преуспевающих владельцев винных погребов из Сан-Франциско, колумбийского миллиардера, часто останавливавшегося в отеле Сэлинджеров в Бостоне, короля и королеву из Европы, временно оказавшихся без трона. Почему бы и нег? Кому еще по карману цены в отелях Лоры?

— Извините, — проговорил стоявший перед ней человек, поворачиваясь к ней лицом и отходя в сторону, — я не заметил вас.

— Ничего, я подожду, — спокойно ответила Ленни, — нет причин прерывать ваши дела. Он улыбнулся:

— Гостиничные дела: я только хотел узнать. Пожалуйста, проходите.

Он был, по крайней мере, на три дюйма ниже Ленни, но благодаря властному виду казался выше. Его костюм, мастерски пошитый, скрывал диспропорции между низким ростом и широкими плечами; у него были редкие седые волосы, большой нос, придававший ему сходство со львом. А его улыбка таила красноречие и очарование. Ленни невольно улыбнулась в ответ, испытывая к нему расположение и одновременно желая узнать, какую роль он играл в отеле Лоры и какую информацию ему хотелось получить у консьержа.

Однако он отошел в сторону, уступив ей место, поэтому она повернулась и спросила о билетах.

— Конечно, мадам Сэлинджер, — проговорил консьерж, и краем глаза Ленни заметила, что стоявший рядом с ней человек внезапно насторожился.

— Прошу прощения, — сказал он, — вы Ленни Сэлинджер?

— Да.

— Уэс Карриер. — Он протянул руку. — Рад приветствовать вас в отеле. Надеюсь, вам здесь понравится. Она вложила свою руку в его руку.

— Вас что-то интересует в этом отеле?

— Исключительно как инвестора. Мне нравится интересоваться состоянием дел и приветствовать некоторых гостей, когда я приезжаю в этот город.

Он вновь улыбнулся:

— К счастью, я могу побаловать себя.

Его имя было отдаленно знакомым. «Феликс, наверное, вспомнил бы его», — подумала Ленни. Но сама она не имела отношений с деловыми людьми, если те не входили в список жертвователей средств для фонда.

— Замечательный отель, — проговорила она, — а сейчас я оставлю вас с вашими вопросами, мне нужно спешить на встречу.

— Мы можем вместе поехать, — предложил он, — мне нужно быть в центре через полчаса.

— Нет, пройдусь пешком. С вами было приятно побеседовать…

— Тогда я прогуляюсь с вами. Если позволите.

Ленни посмотрела ему в глаза: серьезные, заинтересованные и решительные. «Мужчина старше меня, — весело подумала она, — вот так новость».

— С радостью, — сказала она, и они вместе покинули отель.

Переходя улицу, Уэс взял ее под руку, двигаясь по перекрестку перед рычащими автомобилями.

— Вы давно в Нью-Йорке?

— Уже три дня живу в отеле, — ответила она. Он обвел ее вокруг одеяла, разостланного на тротуаре с выложенными для продажи шарфами и бумажниками.

— И как долго вы намерены пробыть здесь?

Она рассмеялась, ей нравилась его поспешность.

— Я живу в Нью-Йорке.

— Я считал, что Сэлинджеры живут в Бостоне.

— Большую часть времени я провожу теперь здесь.

— Но не в отелях.

— Нет, у меня дом в Ист-Сайде. А вы живете здесь?

— У меня квартира, в которой я редко бываю. Почему вы остановились именно в этом отеле?

— Гостиничный бизнес — наше семейное дело; я хотела узнать, на что похож этот отель. А как еще можно познакомиться с его функционированием, как не пожить в нем? — Звук отбойных молотков заглушил их слова, они помолчали, пока не отошли на достаточное расстояние.

— И на что он похож? — спросил Карриер.

— На дом. На мой, на ваш, на любой дом, построенный людьми, которые заботятся о красоте и комфорте, обладающими замечательным вкусом. Лора произвела на меня сильное впечатление. Мне говорили, что ее Чикагский отель столь же прекрасен.