Обманы - Майкл Джудит - Страница 111

— Тебе никогда не приходило в голову, что я могу запятнать свою репутацию, всего лишь отвечая на их проклятые вопросы?

— Приходило. Я учел это. Репутация университета, прежде всего. Твоя выживет. Господи, Гарт, ты же недавно был героем «Ньюсуика». Вот твоя репутация. Тебе не нужно появляться в том же журнале под облаком подозрений.

Чувство беспомощности снова охватило Гарта. Сначала его преследовал невидимый враг, теперь им занялся какой-то посторонний следователь. Гарт открыл дверь.

— Я не могу заставить тебя прекратить дурацкую игру в шпионов. Но ты мог бы сначала спросить нас. Моя жена, которая верит в меня без свидетельств сыскного агентства, помогает мне искать человека, ответственного…

— Гарт, на твоем месте я не стал бы ничего предпринимать. Мы сами обо всем позаботимся, быстро и четко.

— Похоже на девиз твоих приятелей-детективов. Страус вдруг стал похож на барана.

— Наверное. Но они знают, что делают, и никого не боятся. Вы со Стефанией можете испугаться. Подождите хотя бы, пока мы не узнаем, чего они добьются. Мы на твоей стороне, Гарт. Мы хотим, чтобы ты остался чистым.

— Ты не можешь помочь мне, если я буду бездействовать. Вот в чем разница между нами. Мы ищем мстительного лжеца, пишущего письма. Ты ищешь доказательства моей добродетельности. Если мы выясним, что я морально устойчив, мы сообщим тебе.

— Иди к черту, Гарт, — устало проговорил Страус. — Ты знаешь, что я полностью доверяю тебе.

— Хорошо. Моя жена тоже. И дети. Могут твои Дик Трейси и средства массовой информации держаться подальше? Я все-таки считаю, что мы постараемся разобраться сами. Скоро я поговорю с тобой, Лойд.

Мэйдлин Кейн устроила страшный беспорядок в каждом углу за две недели отсутствия Сабрины.

— Не знаю, как это получилось, — в замешательстве сказала она в среду утром. — За один день все перевернулось вверх дном. Думаешь, я хотела показать, как сильно скучала по тебе?

— Я поверила бы, если бы ты просто сказала мне об этом, — сухо ответила Сабрина. — Начнем уборку? Они работали молча, сберегая энергию перед передвижением тяжелой мебели.

— Кофе, — наконец выдохнула Мэйдлин, когда женщины прошли в заднее помещение магазинчика. — У тебя сейчас плохие времена?

— Да.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Ты уже все сделала. Устроила здесь беспорядок. Физический труд — лучшее лекарство от дурного настроения.

— Скажи мне, когда надо будет еще. Думаю, это не очень трудная задача. Что ты собираешься делать с магазином сестры в Лондоне?

— Пусть работает. По крайней мере, сейчас. Там есть помощник менеджера и торговец антиквариатом. Я велела им открыть магазин и установила предельную сумму, которую они могут тратить на аукционе.

— Но, конечно, без надзора…

— Они оба профессионалы. Мой адвокат следит за фондами и счетами моего управляющего.

— Но как? Не хочу совать свой нос в чужие дела, но у него нет авторитета…

— Я послала ему свою доверенность.

— Понятно, — произнесла Мэйдлин. Сабрина встала.

— Снова за работу? Давай.

— А дом твоей сестры? — спросила Мэйдлин. — Твой адвокат продаст его?

— Нет. Управляющий будет содержать его. Подруга поживет там, пока не поправит свои дела.

— О! Теперь все это твое… И магазин, и дом?

— Да.

— О! И вся обстановка, наверное?

— Да.

— Я не сую нос не в свое дело.

— Суешь, Мэйдлин. Ты хочешь узнать обо всех моих лондонских делах. Зачем?

— Просто так. Я только… О, правда, все это звучит так мило и… Прости меня, Стефания, но ты принадлежишь такой жизни. Я никогда не верила, что ты работаешь для меня. Сабрина насмешливо посмотрела на нее:

— Я плохо справлялась с работой?

— Ты же знаешь, что я не это имею в виду. Ты собираешься вернуться?

— Конечно. — Сабрина очень осторожно подбирала слова. — Повидать адвоката, Николса и управляющего. Мэйдлин вздохнула.

— Видишь, я нахожусь в зависимости от тебя. Ты особенная, и я не хочу терять тебя. Пока тебя не было, я подписала пять государственных контрактов на торговлю, которые тоже требуют помощника. Если ты уедешь…

— Сейчас я ухожу только перекусить. Пять контрактов? Ты настоящая деловая женщина, Мэйдлин. Расскажешь после ленча. Закроем магазин или ты останешься здесь?

— Останусь. У меня с собой сандвичи. Ты надолго?

— Не знаю. Утешительная миссия для подруги, чьего мужа выгнали из университета.

— Талвия или Блэйк? Надев плащ, Сабрина вздохнула:

— Все уже обо всем знают?

— Я читала «Стэндард». Какой чудесный плащ. Настоящая кожа?

— Настоящая. Привезла из Лондона. Он принадлежал моей сестре. Сабрина повесила на плечо сумочку.

— О слухах в студенческом городке ты тоже знаешь?

— Нет. Я много упустила?

— Не много. Я опаздываю. Побегу.

Сабрина встречалась с Долорес и Линдой в кафе «Провансаль». Она пошла туда, преодолевая сопротивление дующего с озера ветра. Сабрина нашла женщин сидящими за самым дальним столиком. На Линде были темные очки.

— Я много плачу.

— Я не о твоем внешнем виде, Линда. Просто не могу разговаривать с темными очками. Линда сняла их. Глядя на ее опухшие веки и ввалившиеся щеки, Сабрина почувствовала боль за подругу. Не столько из-за несчастного вида, сколько из-за смущения на лице.

— Это не твоя вина, — сказала она, дотронувшись до руки Линды. — Ты тоже ничего не знала. Официантка принесла заказ, Долорес наклонилась.

— Я ей то же самое говорю. Линда покачала головой:

— Он не сделал бы этого, если бы я относилась к нему лучше, если бы мы не спорили постоянно, если бы я не говорила ему… — Ее рот слегка дернулся. — Он не всегда удовлетворяет меня. Говорит, это не его вина. Моя критика мешает ему расслабиться. Вероятно, он прав. Он всегда во всем прав. Но я все равно обвиняю его, вызываю в нем чувство неполноценности как мужчины. Поэтому он и пошел к молоденьким девочкам, чтобы услышать от них то, что ему нравится.

— Абсурд! — горячо воскликнула Сабрина. — Ты не можешь винить себя в том, что Мартина зацепила пара девчонок с целью шантажа ради хороших оценок.

— Кто сказал, что только пара?

— Гарт.

— Правда? Мартин отказался сказать мне. Но это не важно, правда? Даже одна означает мое поражение. Я всегда знала, что потерплю поражение с Мартином. Вы знаете, у меня нет хорошего образования. Я не прочитала и половины тех книг, которые прочитал он. Я удивляюсь, почему он не подыскал себе кого-нибудь поумнее, но не могу сказать ему об этом. Я хотела бы попытаться, но все откладываю, и чем дольше жду, тем становится все тяжелее. Я просто не знаю, с чего начать. Мартин говорит, если ты хочешь о чем-то говорить, делай это без оговорок. Он всегда прав, поэтому я думаю, что на самом деле не хочу говорить. Но теперь он нашел себе школьницу, чтобы она сделала его счастливым. Сабрина терпеливо смотрела на Линду.

— Ничего подобного. Дай Мартину возможность быть индивидуальностью со своими проблемами и путями их решения. Ты что, такая сильная, чтобы нести ответственность за все его поступки? Линда доела салат.

— Когда ты говоришь, это звучит по-другому. Долорес заказала десерт.

— Тебе просто нужно чем-нибудь заняться, Линда. Тебе понадобятся деньги, пока Мартин найдет себе работу, и это отвлечет тебя. Пойдем со мной на следующее заседание садового клуба. Эти дамы знают, когда их мужьям нужны секретарши.

— Я не хочу…

— У тебя не такой большой выбор, Линда. Ты будешь делать то, что требуется. Услышишь на заседании о вакантных местах, а я помогу тебе подвести итог. Ты же работала раньше секретаршей. Могу пойти с тобой на собеседование, представить тебя…

— Долорес, перестань устраивать мою жизнь! Люди за соседними столиками стали оглядываться на женщин. Долорес вспыхнула:

— Извини. Я думала, тебе нужны друзья.

— Нужны, нужны. Я не хотела бы показаться неблагодарной…

— Закажу кофе, — объявила Сабрина. — Для всех. Долорес выпрямилась на стуле.