Плечом к плечу (СИ) - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 27

Недаром гласит народная мудрость — «как о плохом подумаешь, так оно и явится». Сам Ублар Хай в подобные приметы не верил, но это не мешало им исполняться. Вчера на горизонте обнаружился парус, сегодня он приблизился настолько, что сигнальщик, парень родом из Мокрого Носа, глазастый, даром что крыса сухопутная по рождению, углядел вымпел на флагштоке. Новости Хая не обрадовали — если сигнальщик всё разглядел правильно, их преследовал фрегат из эскадры печально известного адмирала Родана. Лично встречаться с адмиралом Хаю не приходилось, хотя пару визитов на Южный Крест совершить в прошлом довелось — не без риска, но очень уж жирный кус был обещан. Да… в глаза Родана он, в общем, не видел, но наслышан был изрядно — и слухи эти ничего хорошего Ублару Хаю не обещали. Ладно если пираты попросту выпотрошат трюмы, оставив капитана и команду «добра наживать» в расчёте на последующие грабежи… это-то случалось сплошь и рядом, пираты предпочитали овец стричь, а не забивать. Не будет кораблей в море — кого грабить? Да только вот Родан… да, адмирал, чтоб его Эмнаур прибрал, больше иных корсаров о пополнении флота думает, а «Ураган», хоть и не молод, корабль знатный. А ну как эти молодчики не просто добычу ищут, а за «призами» охотятся?

— Вы это несчастьем называете? — Блайт кивнул в сторону неуклонно приближающегося фрегата.

— А что ж ещё, — мрачно кивнул Хай. — Известное дело, в иное какое время «Ураган» от фрегата завсегда уйдет, но вы ж, ваша светлость, мне откренговаться не дали, так? Торопились, якорь мне в глотку. Вот и доторопились.

— Догонят?

— А то сами не видите? — капитан зло сплюнул, целясь на локоть выше фальшборта, не попал, желтоватый комок слюны расплескался по серому, плохо отполированному дереву. — Часов шесть-семь, и их баллисты с катапультами[6] смогут нас достать.

— Если им нужен твой корабль, станут они его калечить?

— Может и не станут, да толку с того? — вопросом на вопрос ответил Хай. — У них на борту бойцов с семь десятков, не меньше. А ежели специально «призы» ищут, так и до сотни… чтобы было кого на захваченные корабли поставить. Против моих парней — это по трое на одного, считай. Да и насчёт драки… врать не стану, мы тут не лыком шиты, но корсары — это, ваша светлость, воины изрядные, один двоих орденцев стоит или, да простит мне ваша милость, троих имперцев.

На протяжении всего плавания Ублар Хай так и не смог для себя определить правильную манеру отношения к пассажиру. С одной стороны, влияния при дворе Консул давно лишился, опять-таки и вроде старый знакомый, приходилось уже возить его на борту «Урагана». С другой стороны — благородная кровь, как об этом забыть? Вот и проскальзывали в речи капитана то «ваша светлость» или «ваше сиятельство», то (в зависимости от количества выпитого) обращения на «ты» и по имени. Другой дворянин подобного бы, может, и не стерпел, а вот бывшему Консулу явно было наплевать.

Золото. Десять полновесных гуранских золотых монет должны были изрядно поправить пошатнувшиеся в последнее время дела капитана Хая. И то сказать, не лучшее место Кинт Северный, не лучшее. Местные богачи или свой флот имеют, или предпочитают нанимать тяжёлые галеры имперцев — где и охраны немало, и места в трюмах куда больше. Ну и вёсла — вещь немаловажная, дабы штиль не послужил помехой торговле. А старенький (но ещё прочный, да кто ж понимает?) «Ураган» три четверти месяца простоял у пирса — и каждый день оплачивался звонкой монетой. Уходить в море с пустыми трюмами Хаю не позволяло достоинство, а подходящего фрахта всё не было и не было. Он уже собирался заставить команду заняться очисткой днища от наросшей пакости — хоть бездельничать не будут и косые взгляды в сторону капитана бросать — как на борт взошел этот вот…

Впрочем, оскорблять Консула, хоть бы и мысленно, Хай не считал правильным делом. Кто их знает, этих магов, может, они и мысли читать умеют.

В итоге, Ублар Хай польстился на золото. Только вот требование пассажир выставил оченно неудачное, неудобное, прямо сказать. Путь до Сура от Кинта Северного вдоль южного берега, ясно дело, ближе впятеро — да только и опасней во столько же. Хай брызгал слюной, стучал кулаком по столу, призывал в свидетели богов — мол, пойти в обход, мимо Индара и Гурана, затем обогнуть Инталию — и вот он, Сур. Так нет же…

Понять Блайта можно. Пираты — дело такое, попадутся или нет, это как повезет. А вот имперские галеры наверняка захотят досмотреть корабль — и что они сделают, если обнаружат на борту мятежного Консула? Сидеть тогда Хаю и его парням на какой-нибудь галере, с цепью на ноге, и ворочать вёслами, пока не скинут за борт на корм рыбам. Хай уже не молод, так что скинут скоро.

Блайт, ясное дело, маг не из последних — да только и сам знает, и капитан Хай подскажет, если что… гуранские галеры без мага в море не выходят, а любой маг сразу учует заклинание, изменяющее внешность. Снять, может, и не сумеет — но насторожится. А как с такими заклинаниями бороться — про то даже Хай знает. Чем-нибудь тяжёлым по темечку — и чужое лицо исчезнет, как только маг в беспамятство впадет. Ну и… галеры, стало быть, весло, кнут надсмотрщика.

Вот и согласился тогда Хай, что путь вдоль южных берегов и быстрее, и чутка побезопаснее.

А вон оно как получилось-то.

Блайту тоже было о чём подумать. События, приведшие его на борт «Урагана» (сейчас корабль в очередной раз сменил название, но это был всё тот ж старый добрый «Ураган», на котором ему довелось совершить памятное путешествие от Луда до Гленнена в компании с леди Рейвен) вызывали, по меньшей мере, раздражение — особенно утрата надёжного убежища. Каким-то образом ищейки Императора обнаружили мятежного Консула и предприняли попытку вернуть его на подобающее место — то есть, в камеру пыток. Вырваться из ловушки Блайту стоило двух верных людей, десятка царапин и небольших ожогов, а также… а также — и это более всего раздражало — он лишился большей части золота, которое должно было обеспечить его дальнейшее существование и продолжение исследований. Таверна, служившая местом встречи Блайта с доверенными людьми, выгорела до основания. Тарций, по счастью, уцелел — пришлось передать ему с оказией два десятка монет из порядком оскудевшего запаса, дабы не держал зла. Своих верных слуг (увы, их осталось не так уж и много) Консул предпочитал привязывать к себе не одним лишь чувством долга, но и чем-нибудь вполне материальным.

Блайт понимал, что рано или поздно это должно было случиться, человек не иголка, найти его — если всерьез ставить перед собой такую задачу — можно, вопрос лишь времени и денег. Но не вовремя, ох как не вовремя… промедли имперцы с нападением хотя бы месяц, Консул успел бы подготовить запасное лежбище. Не вышло.

Отряд, посланный для захвата преступника, прекрасно знал, с кем им предстоит иметь дело. Почти три десятка человек, в основном — стрелки и маги, испытывать фехтовальное мастерство Ангера никто не собирался. Девятерым уже не продолжить охоту, но это мало что меняло, уцелевшие лишь станут осторожнее и, не исключено, запросят подкреплений. Да и Совет Граждан, изрядно обеспокоенный учиненным кровопролитием и разорением, счёл возможным издать указ, обязующий всех законопослушных граждан Кинтары оказывать помощь имперским посланникам в поисках опасного преступника. Наверняка не обошлось без вмешательства Юрая Бороха или самого Императора — ни тот, ни другой не были склонны прощать измену…

Поразмыслив, Блайт пришел к выводу, что необходимо перебраться куда-нибудь подальше от маленькой Кинтары, ставшей вдруг похожей на растревоженное осиное гнездо. И пришла идея…

Нет, она пришла давно. Только Блайт старательно гнал от себя эту мысль, понимая, что своим решением создаст массу сложностей для девушки, навредить которой не желал в любом случае. Вряд ли леди Рейвен тут же прикажет заковать бывшего противника, бывшего спутника и, хочется верить, бывшего друга в кандалы и отправит его с почетным, но внимательным эскортом прямиком в Обитель. Но если она этого не сделает, то получится, как ни крути, прямая измена интересам Ордена, что вряд ли добавит Таше душевного спокойствия.