Империум. Антология к 400-летию Дома Романовых - Марченко Андрей Михайлович "Lawrence" - Страница 177

Распутин поднялся с кресла и властно произнес:

– Николаша – божий человек. Не трожь!..

– Не мы, так другие…

– А ну-ка поведай!

И Толик, налив себе и Григорию мадеры, рассказал, что толпы движутся к Зимнему дворцу и их никак не остановить. Войска не успеют, а охрана дворца малочисленна.

– Так что каюк Николаше! Если подсуетимся – будешь Григорием Первым. А я около тебя вроде как первым министром. Я, брат, с матросиками договорюсь, им ни Ленин, ни Троцкий не любы, а больше некому.

– Глупая твоя голова! Россию спасать надо!

– Да как ее спасешь? Разве что из пушки прямой наводкой…

Григорий вскочил и поволок Железняка в машину, крикнув шоферу:

– К «Авроре»!

Автомобиль тенью помчался по пустынным улицам.

– Куда? – закричал пьяный вахтенный, но, получив удар в зубы от Распутина, свалился под трап.

Остальные были пьяны и их попросту заперли в кубрике.

– А ну-ка подсади, милок, – сказал Распутин Железняку, разворачивая носовое орудие.

И грянул первый залп «Авроры». Второй снаряд разорвался в гуще толпы.

– Спасайся, братцы, сейчас всех поубивают!..

Незадолго перед тем в Таврическом дворце экстренно началось первое заседание Временного правительства, которое было втайне сформировано еще до того, как господин Родзянко отправил императору свою знаменитую телеграмму. Князь Львов начал зачитывать обращение кабинета новых министров urbi et orbi, сообщая о «такой степени успеха над темными силами старого режима», которая позволяет теперь вплотную заняться организацией новой власти. Либерализм, бывший в такой моде, судя по речи князя, на самом деле никому не грозил.

– Только железной властью в суровых условиях военной необходимости и самоотверженным порывом самого народа может быть выкована грозная и созидающая государственная мощь, – возвысил голос Львов. – Исполненное сознанием священного долга перед Отечеством, правительство не остановится ни перед чем!..

Но на этих словах распахнулись обе створки дверей главного входа, и в зал вошел государь император в сопровождении гвардейских чинов и флигель-адъютанта Мордвинова. Оторопевший князь умолк. А государь негромко скомандовал Протопопову:

– Примите меры по спасению России от изменников!

Оставшийся неизвестным гвардии поручик бодро крикнул:

– Которые тут временные? Слазь! Кончилось ваше время…

Князь Львов бросился прочь с трибуны, попеременно восклицая «бес попутал!» и «хотели как лучше, а получилось как всегда!». С особым испугом он то и дело оглядывался на маленькую дверь служебного входа, в которую, решительно отстранив рослого гвардейца затянутой в перчатку рукой, только что вошла его супруга с печатью сильного гнева на лице. От княгини, праправнучки Екатерины Великой и троюродной тетушки государя Николая Александровича, политические перспективы мужа тщательно скрывали. Но всё тайное становится явным…

На следующее утро волнения в Петрограде продолжались, однако настроение коренным образом изменилось. Патриотически настроенный народ ловил большевиков и топил их в Неве. На песчаный берег возле Петропавловской крепости волной выбросило пенсне, опознанное полицейским филером по кличке «Рамон» как принадлежавшее Льву Троцкому, и пачку немецких марок, перемешанных с фальшивыми свежеотпечатанными червонцами.

Наступление на немецкие позиции на Западном фронте началось 19 ноября и развивалось неудержимо. Кайзер, потративший последние сбережения Германии на русскую революцию, отрекся от престола и инкогнито уехал в Южную Америку. 23 февраля 1918 года русская армия торжественным маршем вошла в Берлин.

Крейсер «Аврора» получил новое имя – «Распутин». По этому случаю гардемарины пели официально не признанную строевую песню: «Что тебе снится, крейсер "Распутин"»…»

Впрочем, через несколько месяцев корабль был опять переименован. Распутину, как и многим другим не нашлось места в обновленной Российской империи. А то, что держава была спасена благодаря выстрелам с «Авроры», многие считали выдумкой. Ведь эта история была известна только со слов самого Григория Ефимовича.

– По-моему, Распутин типичный сибирский варнак, бродяга, умный и выдрессировавший себя на известный лад простеца и юродивого и играющий свою роль по заученному рецепту, – говаривал бывший премьер граф Коковцов. – По внешности ему недоставало только арестантского армяка и бубнового туза на спине. По замашкам – это человек, способный на всё.

«Аврора» так и не стала подарком к совершеннолетию сына звездного императора. По непроверенным слухам, произошло это потому, что один из механиков корабля, непосредственно посланного за драгоценным трофеем, умудрился невзначай потерять некую важную деталь генератора силового поля. Впрочем, до сих пор российские любители кошек рассказывают, что ее, почуяв неладное, утащил у механика уже на «Авроре» сторожевой белый кот Лордик с янтарными глазами – и спрятал так, что до сих пор не нашли. Конечно, наследнику престола был преподнесен другой подобающий его рангу подарок. Однако император велел сохранить видеозапись, посвященную «Авроре», и два года спустя продемонстрировал ее сыну.

Через несколько дней наследник попросил у отца позволения инкогнито отправиться служить в русском флоте. Владыка галактической империи одобрил решение сына, сочтя, что такой прекрасной школой для будущего главнокомандующего не сможет стать ни одна армия или флот подвластного ему мира.

Принцу довелось не только послужить офицером на «Авроре», но и отличиться во время нескольких победоносных походов славного крейсера во главе русских эскадр. Потом наследнику пришлось покинуть Землю, поскольку для него настало время осваивать науку управления державой. А когда состоялось подписание договора о дружбе между двумя империями, парадный зал дворца, где происходила церемония, был украшен силуэтом легендарного крейсера…

VII. На краях Империи

– Господин Елисей Бомелий? – спросил таможенник, глядя в паспорт вновь прибывшего.

Необходимость оформлять бумажные паспорта старинного образца была обязательным условием посещения Земли.

Прибывший кивнул с легкой улыбкой.

– Цель визита?

– Мой далекий предок был лейб-медиком при русском дворе. В память о нем я пишу сейчас книгу по истории, и для этого необходимо ознакомиться со старинными текстами, которые сохранились только на Земле. К тому же меня с профессиональной точки зрения очень интересуют достижения вашей натуральной медицины.

– Имеете ли вы имплантированные гаджеты, помимо тех, которые указаны в ваших документах?

– Нет.

– При пересечении границы ваши имплантаты будут заблокированы. Обратное включение произойдет, когда вы покинете Землю. Есть ли у вас при себе технические устройства, не указанные в декларации?

– Нет.

– Есть ли у вас при себе антикварные вещи земного происхождения, кроме указанного в декларации несессера?

– Нет. Этот несессер – единственная память о моем предке…

Таможенник извлек еще один официальный бланк и сказал:

– Ознакомьтесь и распишитесь.

Господин Бомелий, практикующий врач из системы дельты Северной Короны, пробежал взглядом документ. Это было официальное подтверждение того, что в организме посетителя Земли нет незарегистрированных технических имплантатов. «В случае, если после подписания данного заявления при прохождении зоны контроля у посетителя будет обнаружен незарегистрированный гаджет или вживленный имплантат, посетитель утрачивает статус носителя разума и уравнивается в правах с сигоном, искусственным существом-механизмом». Бомелий спокойно поставил свою подпись.

Он и сам не слишком доверял чудесам техники, считая, что человек должен уметь полагаться в первую очередь на собственные возможности. И именно это, а вовсе не достижения фитотерапии, по-настоящему интересовало его на Земле.