Жить, чтобы любить - Донован Ребекка - Страница 92

– Спокойной ночи, – попрощалась я со Стюартом, когда мы шли через кухню.

– Спокойной ночи, – отрывисто бросил тот в ответ.

– Ну что, ужас-ужас? – со смехом спросила я, поднимаясь по лестнице.

– Я собирался задать тебе тот же самый вопрос, – ответил Эван. Но когда мы вошли в комнату, он повернулся ко мне, лицо его вдруг стало серьезным: – Прости, ради бога. Я пытался удержать ее в рамках. Но разве она хоть кого-нибудь слушает?!

– Все было чудесно, – заверила я Эвана, а он обнял меня и нежно поцеловал.

– У тебя через несколько недель день рождения, – оторвавшись от его груди, подняла я на него глаза. – Что собираешься делать?

– День рождения у меня в пятницу. Ты сможешь прийти?

Я с шумом выдохнула и, покачав головой, предложила:

– А что, если перенести на субботу?

– Идет, – согласился он. – Тогда в пятницу отмечу с парнями. Может, съездим в город или типа того. А в субботу – только я и ты.

– Пообедаем вдвоем? – предложила я, и Эван задумался, а потом довольно хмыкнул.

– Да – улыбнулся он. – У меня идея.

– Похоже, я чего-то не понимаю.

Выражение его лица было интригующим. Наверное, он уже разработал план, в который не хотел меня посвящать.

– Все нормально. Обед – это замечательно. Но, чур, выбор за мной.

– Конечно, – неохотно согласилась я, чувствуя какой-то подвох.

Когда я вернулась домой, Кэрол с Джорджем уже поджидали меня. Они сидели за барной стойкой и делали вид, что разговаривают, хотя на самом деле явно хотели проверить, проводит ли Эван меня до дверей. И сейчас я была просто счастлива, что не поддалась на его уговоры и не позволила ему это сделать.

– Как провела вечер? – звенящим голосом спросила Кэрол.

– Очень хорошо, – спокойно ответила я, собираясь пройти к себе в комнату.

– Нам надо прояснить несколько вопросов. Так сказать, установить основополагающие правила, – произнес Джордж, и я, закрыв глаза, замерла от ужаса. Похоже, им все было мало и они собирались окончательно испортить мне жизнь.

– Ты не можешь ездить к Эвану, когда его родителей нет дома, – заявила Кэрол. – Если мы узнаем, что ты нас ослушалась, то вообще запретим тебе с ним встречаться. Кстати, это касается и Сары.

– И он не должен отвозить тебя домой после школы, – добавил Джордж. – Мы не возражаем, чтобы он подвозил тебя в школу, но вечером возвращаться ты можешь только с Сарой или с кем-нибудь из девочек.

– И последнее, – мерзко ухмыльнулась Кэрол. – Если мы узнаем, что ты с ним спишь, то вплоть до совершеннолетия – ни на шаг из дома, за исключением школы. – (Я оцепенела, пытаясь постичь всю серьезность их угроз.) – И не смотри на меня так! Мы что, недостаточно ясно выразились?

– Не понимаю, с чего вы взяли, что я с ним сплю, – ответила я, прекрасно понимая, что лучшая защита – это нападение. – Вы ведь вообще обо мне ничего не знаете!

– А вот и нет. Мы знаем достаточно, – отрезала Кэрол. – Мы знаем, что ты очень наивная и тобой легко можно воспользоваться. Неужели ты хоть на секунду думаешь, что ему есть до тебя хоть какое-то дело?! Как и любому парню, ему от тебя нужно только одно.

– И о нем вы тоже ничего не знаете! – сердито воскликнула я.

Кэрол удивленно подняла брови, она явно не ожидала такой реакции, а у Джорджа окаменело лицо.

– Возможно, нам стоит еще хорошенько подумать, пускать тебя на свидания или нет, – угрожающе произнесла Кэрол, и у меня екнуло сердце. – Может, мы чего-то не знаем? Может, ты уже с ним спишь?

– Нет, – быстро ответила я, чувствуя, что начинаю предательски краснеть.

– Тогда разговор закончен, – подвел черту Джордж. – Теперь ты знаешь наше мнение, и этого вполне достаточно.

Глава 37

Подарки

И следующие две недели я неукоснительно выполняла навязанные мне правила. И не потому, что мне очень хотелось, а потому, что так вышло. В воскресенье мы с Эваном отправились в спортивный комплекс, где он уговорил меня попробовать себя в игре в гольф. Но я только опозорилась и дала себе слово больше не участвовать в подобных авантюрах.

Большую часть занятий я провела в художественном классе, где готовила ему подарок. Мисс Майер была не в курсе, над чем я в данный момент работаю, но всячески меня поощряла. И у меня возникло смутное подозрение, что она – впрочем, как всегда, – знает гораздо больше, чем кажется.

Когда я наконец закончила, то показала свое творение Саре, чтобы она проверила, не перестаралась ли я, переступив… скажем, определенные рамки. Она сразу поняла мой замысел, поскольку у меня не было от нее секретов, но я страшно волновалась, когда она внимательно изучала каждую страницу. Перевернув последнюю, она улыбнулась и нежно меня обняла:

– Эм, просто шедевр!

– Ты серьезно?

– Совершенно. Ему определенно понравится.

– Тогда почему при одной мысли, как я буду ему это дарить, меня сразу начинает подташнивать?

– Потому что твоя работа очень и очень личная. Но ему понравится.

Оставалось только надеяться на то, что она не ошиблась.

В пятницу всю дорогу до школы сердце трепыхалось у меня где-то в горле. Я нервно теребила лежавшие на коленях руки. И когда мы уже подъехали к школе, Эван не выдержал.

– Что происходит? – остановив машину, поинтересовался он.

– Я не знала, когда лучше это сделать, поэтому решила не откладывать в долгий ящик. – Пошарив в рюкзаке, я достала плоский квадратный пакет. – С днем рождения!

– Спасибо, – смутился Эван.

– Совершенно необязательно открывать прямо сейчас, – выпалила я, когда он принялся разворачивать подарок. – После посмотришь, наедине.

Эван бросил на меня подозрительный взгляд и решительно развернул пакет.

– Ну в самом деле, Эван! Давай потом. – Мне показалось, что меня сейчас точно вырвет.

– Ты сама это сделала?

Я молча кивнула.

К моему величайшему ужасу, Эван начал перелистывать сшитую с помощью ленты коллекцию рисунков. И его лицо расплылось в довольной улыбке. Затаив дыхание, я смотрела, как он разглядывает то, что вышло из-под моей кисти.

Эван перевернул страницу, на которой был изображен Сарин шарф.

– А он ведь так и остался у меня, – произнес он.

Затем он уставился на изображение синего отпечатка руки и улыбнулся еще шире, а у меня сразу потеплело на душе. Я следила за тем, как он внимательно читает записанные мной слова лирической песни, которую он в свое время загрузил на мой iPod, и весело качает головой при виде рисунка с изображением роскошной люстры из дома Джейкобсов. Он задумчиво провел пальцем по нарисованному ручейку на лесной опушке и рассмеялся про себя, когда дошел до урбанистического вида, открывавшегося с верхнего этажа нью-йоркского небоскреба. А обнаружив на последней странице розовые цветы, слегка покраснел. Потом закрыл альбом и глубоко вздохнул.

– Здесь ведь все-все-все? – спросил он.

– Только самое лучшее, – залившись краской, поправила я Эвана.

– Потрясающе. Спасибо тебе. – Он наклонился ко мне, и я замерла в предвкушении.

Что ж, я и так была сама не своя, но вот он прикоснулся к моим губам, мир словно перевернулся. Я будто парила в облаках и, наверное, только через минуту спустилась на землю.

Когда я наконец вышла из машины, Эван тотчас же заключил меня в объятия. Я заглянула в его серо-голубые глаза и поняла, что опять теряю голову.

– Это лучший подарок в моей жизни, – улыбнулся он и еще раз поцеловал меня, правда, уже более сдержанно.

– Рада, что тебе понравилось, – сказала я.

– Тебе ведь пришлось очень нелегко, да? – спросил он и, встретив мой непонимающий взгляд, добавил: – Сидеть рядом и смотреть, как я реагирую.

– Ты даже не представляешь насколько, – призналась я.

– Итак, завтра моя очередь, – слегка сжал он мою руку и, оставив меня в полном недоумении, пошел по коридору.

Уже позже я спросила, что он имел в виду, но Эван так и не ответил. Однако попросил меня надеть его любимый розовый свитер. И я нехотя согласилась – это ведь его день рождения. Он явно темнил, что меня здорово нервировало. Даже Сара проявляла все признаки беспокойства. Она нашла тысячу объяснений такой таинственности, но явно попала пальцем в небо.