Джампер. История Гриффина - Гулд Стивен - Страница 30

Машины затормозили, подскакивая на кочках дороги, снова идущей вверх. Я выбежал на шоссе, низко согнувшись, пытаясь спрятаться позади трейлера, чтобы никто не увидел меня в зеркало заднего вида.

Волноваться не пришлось – патрульная машина, возглавившая колонну, застряла, а три агента миграционной службы выскочили из кузова, чтобы ее подтолкнуть.

Я подумывал, куда мне прыгнуть, и оказалось, что проще всего – влезть на сцепку между трейлером и салоном и держаться там за крюк. Отлично.Прыгать не хотелось – не собирался радовать Кемпа и его шайку.

Только бы с Сэмом и Консуэло все было в порядке.

Когда мы проезжали особенно глубокую выбоину, я вывалился из своего укрытия и скатился в кусты. Замер в опунции, вглядываясь сквозь пожухлую траву, но машина не остановилась – значит, никто ничего не заметил.

Продравшись сквозь кусты, я направился к конюшням.

Первым, кого я увидел, был один из агентов с винтовкой М-16 наперевес. Пришлось нырнуть обратно в кусты. И оттуда я увидел еще одного агента.

Но он был мертв, мертвее мертвого, с перерезанным горлом. Крови кругом было даже больше… чем в туночь. Я попятился и затаился в своем укрытии, стараясь дышать через нос, но не смог удержаться, и меня стошнило на песок.

Там же стоял большой зеленый трейлер, который я раньше не видел, – не Сэма и точно не спецслужб. И он не проезжал мимо меня по грязной дороге. Значит на нем приехали люди Кемпа.

Значит, он все еще там?

Я подкрался к машине шерифа, держась позади нее. Там сидел полицейский, говоривший по рации, но сидел он как-то странно, свесившись почти до земли и прячась за открытой дверцей:

– …Точно криминал, мешки для вывоза тел, ой, два для жильцов, и еще шесть пограничников на вертолете – пять агентов и пилот.

– Понял, Джо, – прохрипела рация. – Мы высылаем свой вертолет; он летит к вам, смотрим в оба. Надеюсь, они заметят пропавший вертолет. Шериф приказал охранять место преступления.

Я не выдержал.

И прыгнул в дом.

Сэм лежал на ковре у дивана, со связанными пластиковым шнуром руками за спиной. Консуэло – на пороге кухни. Ковер впитал большую часть крови Сэма, но на кухне она растеклась по всему линолеуму, до холодильника и буфета.

Я сунул в рот кулак, чтобы не закричать.

Снаружи раздались шаги, видимо, шериф или кто-то из агентов возвращался после осмотра территории.

На Пустыре я убрал руку изо рта и заорал.

Я прыгнул в Ла Крусеситу, прямо в офис курсов Алехандры «Сигнификадо Кларо», но там ее не обнаружил. Глянув на часы, с трудом сообразил, который здесь час. Точно, сейчас же время ланча!

Я прыгнул к ней домой. Тоже пусто. Я выглянул в окно, посмотреть на отель.

Матео, посыльный, шел по дорожке, держа в руке сумку с длинным ремнем – так, будто только что ее схватил. В другой руке он держал мобильный и разговаривал.

Я прыгнул к другому окну и увидел, как он резко повернул голову в сторону дома. Он явно был одним из «чувствительных».

Разбежавшись в гостиной и сделав два четких шага вперед, я прыгнул в воздух.

Мои ноги впечатались ему в грудь с достаточной силой, чтобы он отлетел назад и упал на дорожку. Я увидел, как качнулась его голова и закатились глаза.

Я наклонился проверить его пульс, и он слабо дернулся в мою сторону. Я пнул его в бок, схватил за ворот рубашки и, прыгнув на пять миль к востоку, на пляж Исла ла Монтоса, швырнул его в воду. Вытащил бумажник. Он выронил телефон и сумку, так что я вернулся за ними прежде чем оказаться в офисе Алехандры.

Ее все еще не было, и я успел страшно испугаться что ее уже схватили. Выйдя на улицу, я принялся спрашивать:

– Не знаете, где Алехандра?

Ее не было ни в одном заведении из тех, где она обычно обедала, и никто ее не видел. У меня защипало в носу и потемнело в глазах. Ее уже схватили.И тут я увидел, как она идет по площади Принсипаль от церкви, и мои ноги на несколько секунд стали ватными.

Увидев меня, она побелела:

– Что случилось?

Я прыгнул с ней в дом, не спрашивая и не предупреждая.

Она осела на пол.

– Теперь я понимаю, что все плохо.

– Собирайся! – сказал я. – Возьми все, что там тебе нужно!

Она моргнула.

– Говори! В чем дело?

– Они убили Консуэло и Сэма.

– Они мертвы?! Нет! – Руки взметнулись к лицу, а дыхание стало вырываться короткими конвульсивными вздохами, превращаясь во всхлипывания.

Это подкосило меня тоже.

Я упал на колени, обвил ее руками и принялся всхлипывать, чаще и сильнее, чем она. Она хотела обнять меня, но я оттолкнул ее руки.

– Нет! Они придут сюда! Тебе нужно собираться!

Она взяла бумажное полотенце и высморкалась.

– Куда?! – выдавила она через секунду.

Я открыл было рот, потом моргнул.

– Нью-Йорк! – сказал я громко и тут же яростно затряс головой, показал на свое ухо и обвел рукой комнату. На одной из дверей шкафа висела доска для стираемых маркеров. Я схватил один из них и написал: «Франция», убедился, что она прочла, оторвал бумажное полотенце и стер надпись.

– А с ним что? – спросила она, показывая на отель «Вилья бланка».

– Я отправил его в путешествие. У нас есть время, но я не знаю, сколько именно. – Я понятия не имел, есть ли у Матео здесь сообщники. Как бы они меня схватили? Я подтолкнул Алехандру в сторону комнаты. – Пожалуйста, собирайся.

Я вспомнил о телефоне Матео и достал его из кармана. В памяти было несколько записей, в основном международные номера. И только два местных. Один был записан как «Tio», «дядя», а другой назывался «Detonar». Дитонер? Я был несколько сбит с толку, но потом понял, что «Tio» – это по-испански, так что я произнес его вслух. Дэй-То-Нэр.

– Алехандра, как сказать «detonar» по-английски?

Она взглянула на меня.

– Detonate? Взрывать?

О, черт!

Я схватил ее и прыгнул. Она отскочила от меняна Пустыре, оказавшись в вихре песка и нижнего белья.

– Что такое?! – в бешенстве и страхе завопила она. Я поднял телефон в воздух.

– Взял у Матео. Посмотри! – Я ткнул пальцем в слово «Detonar».

Она прочла и прикусила губу.

– Мы же не знаем, к чему это относится. – Она стала собирать свои лифчики и трусы. – Может означать все что угодно.

– Да, например одну весьма своеобразную вещь.

Она покачала головой в замешательстве.

– Телефон ведь у тебя. Это только телефон. У кого еще есть этот номер? Я хочу забрать свои вещи!

Я прыгнул вместе с ней в Нору и оставил сумку и ее одежду на столе. Она открыла рот, чтобы что-то спросить, но я ее опередил.

– Я здесь живу. Это старая шахта. Вход задетонирован. Единственный способ войти или выйти – мой.

– А мои вещи?

Я облизнул губы.

– Давай посмотрим.

У меня ушла минута на то, чтобы вспомнить крышу отеля достаточно отчетливо для прыжка. Это воспоминание относилось не к тому эпизоду, когда я следил там за Кемпом, а к одному из праздников с фейерверками.

Я опустился на парапет вместе с Алехандрой и глянул через дворик, бассейн и теннисный корт на ее дом.

– Вот видишь! – сказала она. – Ты перестраховываешься.

Я чуть не свалился.

– Нет. Даже думать не смей, иначе Сэм и Консуэло…

– Хорошо! – она махнула рукой, показывая, чтобы я замолчал.

– Что тебе нужно в первую очередь? Что там самое важное?

– Украшения моей матери, на верхней полке в шкафу. Шкатулка розового дерева.

– А дальше?

– Фотоальбомы – ну ты знаешь, в гостиной.

Я глубоко вдохнул и прыгнул в ее комнату. Дверца шкафа уже была открыта, так что я встал на цыпочки и вытащил шкатулку. Как только она попала мне в руки, я прыгнул обратно.

– Держи! – сказал я, вкладывая шкатулку ей в руки.

Я представил себе гостиную, и тут мы оба зажмурились от невероятно яркого света, грохота, треска, а следом увидели, как черепица с крыши взвилась в воздух и разлетелась, словно конфетти.