О феях, хвостах и драконах (СИ) - Дергачев Виктор Владимирович "Дирик" - Страница 88

  Всё моё существо (не считая два возмущённых голоса в голове) кричало о мести!

  Гадёныши слишком привыкли к своей безнаказанности, и тому, что другие животные убегают изо всех сил, и как можно дальше, после первых же плевков. Град металлических снарядов, прилетевший из кустов за которые я отступил, стал для них летальной неожиданностью.

  А на вкус они оказались очень даже ничего (стоило только удалить железы и мешочки с едким секретом до того как он распространится по организму зверька... эх, а ведь до знакомства с Металиканой я был довольно брезглив). И главное, огвамы оказались на удивление сытными, и наевшись самыми крупными особями, я захватил остальных с собой, чтобы доесть в уже более спокойной обстановке Липок.

  Возможно, мне всё же стоило доесть их по дороге, или оставить в лесу (хотя против этого яростно протестовала моя натура), потому что Ария, так же только под утро возвращавшийся в постоялый двор от своей зазнобы, увидел у меня тушки животных. Его против обыкновения неприкрытые повязкой глаза, всё ещё мутные после проведённой ночи, засверкали от подсчёта экономии на кормёжке. Вжившись в роль квартирмейстера, Ария открылся для нас с новой стороны: он был ещё и бережливым, дотошным, и крайне прижимистым человеком.

  В общем, жлобом он был во всех смыслах.

  Взять хотя бы трактир в котором мы проживали. В Липках было два места где могли остановиться приезжие. Первое - "Графская Милость", основанное бывшим капитаном стражи одного из предков нынешнего хозяина этих земель, было приличным заведением, чистеньким, ухоженным, с штатом прислуги, и, естественно, кусачими ценами. Второе, с простой и незамысловатой вывеской "Тра..тир", было. Ну вот и собственно всё, что можно было сказать о нём хорошего. Хозяин сего заведения жил с необыкновенно дешёвого пойла, которое гнал с братом в соседней пристройке, и про второй этаж с комнатами для постояльцев вспомнил, казалось, только когда его об этом спросили. Пожав плечами, он равнодушно предложил чисто символическую цену, и купил нашего алчного квартирмейстера с потрохами.

  Увидев явно нежилые апартаменты с толстенным ковром из пыли и паутины, Лиция заставила Арию своим воздушным колдовством очистить все снятые им комнаты. С недавних пор проснувшаяся в душе мага жаба, едва не придушила его из-за того, что ему пришлось работать бесплатно, и он стал искать способы заставить и остальных поработать сверх необходимого.

  Так начались попытки Арии запрячь меня на добычу пропитания, от чего я изо всех сил отбрыкивался. Хотя порой и приносил излишки с охоты и делился ими с группой. Эти приступы щедрости воздушник неизменно ставил себе в заслугу, начинал подсчитывать выгоду, и очень удивлялся, когда на следующее утро я возвращался с ночной охоты сытым, но с пустыми руками.

  Начиналась весёлая перебранка.

  Думаю для остальных это было ещё одним способом скрасить скуку. Во всяком случае Гир изо всех сил старался, чтобы мы выглядели именно так - небольшой командой, выжидающей момента, чтобы урвать кусок славы.

  Эти два старых перестраховщика, Жозе и Гир, совершенно точно были в курсе отношений между графом и "Тартаросом", и не сомневались, что аристократа будут время от времени навещать посланцы тёмных. Как и не сомневались, что команда из "Фантом Лорда" в любом случае привлекала бы внимание даже если бы не остановилась так близко от замка Кахалада. Они посчитали, что мы должны будем усыпить внимание наблюдателей своим безалаберным и беззаботным поведением, чему должен был поспособствовать состав небольшой группы из молодых беспечных магов под командованием старика, которому бы не по лесам бегать и воевать, а осесть бы уже давно в тихом и спокойном местечке.

  Мы так уже три недели били баклуши, без особого труда вжившись в роли и довольствуясь только слухами от патрулей, да пустыми новостями из шара связи Гира, когда командир, наконец, получил от Жозе новые инструкции. Мастеру всё же удалось оживить свои связи в Эре, и разжиться полезными для нас данными.

  Рыцари Рун вышли на след, и стали окружать крупную группировку из четырёх тёмных гильдий. Как они считали, для связи между разбросанными и скрывающимися по всему графству тёмными, использовались лесники графа. В отличии от его стражи, они не были временно распущенны, и подрабатывали служа ещё как и проводники для правительственных сил. Но большая часть этих опытных лесовиков продолжала свободно, и совершенно законно, перемещаться по графству продолжая исполнять свои обязанности.

  И тут проявился момент, открывший план Жозе, намеревавшегося поймать этих лесничих-посыльных, и доказать или вину министра, или хотя бы выйти на подлинное расположение тёмных.

  Граф Кахалад, несмотря на свои неудачи, опалу, и подмоченную репутацию, оставался одним из самых знатных людей королевства. И дальнее, но всё же недостаточно дальнее, родство с королевской семьёй давало ему неприкосновенность даже там, где обычного дворянина уже давно бы отвели на плаху. А так как из южной истории он вышел относительно сухим, а сейчас вообще старательно изображал потерпевшую сторону, он сохранил за собой львиную долю своих привилегий и прав.

  К примеру, то собственно на что и сделал ставку Пола. Земли Кахалада по-родственному, и по праву сюзерена сейчас "опекались" королём. Как официально заявил его величество:

  "Наглость этих отщепенцев и преступников не знает пределов, дражайший наш брат! Эти негодяи посмели вмешаться в манёвры нашей армии под вашим командованием, и учинили великие беды на наших землях! Мы не можем позволить им навредить вам свыше сделанного! Нет, нет, даже не вздумайте ничего говорить, нашим высочайшим повелением мы объявляем на них охоту и берём ваши владения под нашу защиту!"

  Это был весьма великодушный жест. Был бы.

  Потому что на самом деле, эти слова стали для графа настоящим приговором к бессрочной ссылке в свои владения. Шутка ли, но сейчас под его контролем оставался только родовой замок с небольшой (относительно прошлых земель) территорией леса для прогулок вокруг него.

  Но зато теперь у него был совершенно неприкасаемый статус. Как объяснял неожиданно искушённый в отношениях между благородными Гир, объявив о своей защите, король не только ограничил министра, но ещё и своеобразно гарантировал, что уж в этом месте графа точно никто и ничто не побеспокоит. Кахалад получил личное пространство, в которое без его разрешения даже сам монарх не мог просто так войти. Связанный своим словом, король в глазах своих дворян и подданных, больше не имел никакого права хоть как-то ущемлять родственника. И соответственно, если Совет и гвардия не хотели поставить своего государя в неудобное положение и бросить тень на его честь, они не просто свято соблюдали границы отпущенных графу земель, они должны были вообще не показываться рядом с ними даже на горизонте. По всё тому же этикету по отношению к опальным родственникам, они не должны были замечать даже малейшего стеснения. И если Рунных Рыцарей это вряд ли бы останавливало, то уж их напарники из гвардии костьми бы легли, но не позволили бы опорочить короля. Идея о сдвоенных отрядах для контроля одной стороны за действиями другой была создана именно на такие случаи.

  Ну и конечно таким образом пространство неконтролируемых территорий становилось ещё больше. А для лесников-посыльных это был настоящий подарок.

  Казалось бы, в чём тут выгода Жозе? А дело в том, что мы были частными лицами, не связанными с королём прямой клятвой, и даже могли заявиться к самому графу с якобы личным делом. Нас конечно бы не пустили, и наверняка бы ещё и постреляли в нас со стен, а в благородном обществе ещё и осудили, что сунулись к ссыльному без приглашения и не являясь его хорошими знакомыми. Но тут нам на руку играл статус магов и вообще чуть ли не люмпенов. С нас попросту было нечего взять.

  И теперь, когда впервые с начала охоты были найдены такие крупные силы тёмных, не считая того случая, когда их присутствие было вообще обнаружено, мастер не сомневался, что от них будет отправлен гонец к верхушке. Которая, как он считал, гостила едва ли не у самого графа.