Стихотворения (1970–1980) - Друнина Юлия Владимировна - Страница 17

17

1974

«Когда железо плавилось в огне…»

Когда железо Плавилось в огне, Когда стальными Становились люди, Могла ли думать, Что навеки мне Щитом Воспоминанье это будет? И впрямь, Чего бояться мне теперь, Когда пережила Такое лихо? Ну, не поймут. Ну, не откроют дверь, А после скажут, Что стучалась тихо. Пускай посмотрят косо на меня, Пускай недодадут чего-то где-то: Подумаешь!.. Колючая стерня — Обыкновенная тропа поэта. Страшна лишь боль разлук Да боль утрат — Куда от них И в мирной жизни деться? А от уколов Защищен солдат: Рубцы и шрамы — Прочный щит для сердца.

1974

КАССИР

Он много лет Сидит в одной сберкассе, Возможно — двадцать, Может — двадцать пять. Он хром. И лысина его не красит. Ему рукой до пенсии подать. Сидит всегда В сатиновом халате, Пиджак и брюки Истово храня. Полтинник без раздумий Не истратит, Свою жену боится, как огня. Но в День Победы, Пробудясь до света, Он достает, Торжественен и строг, Из старого потертого планшета С отбитою эмалью орденок. Потом стоит он В театральном сквере Часами, с непокрытой головой — Стоит комбат, И веря и не веря Во встречу с молодостью фронтовой.

1974

МУЖЕСТВО

Памяти Людмилы Файзулиной

Солдаты! В скорбный час России Вы рвали за собой мосты, О снисхожденье не просили, Со смертью перешли на «ты». Вы затихали в лазаретах, Вы застывали на снегу — Но женщину представить эту В шинели тоже я могу. Она с болезнью так боролась, Как в окружении дрались. …Спокойный взгляд, веселый голос — А знала, что уходит жизнь. В редакционной круговерти, В газетной доброй кутерьме Страшней пустые очи смерти, Чем в злой блиндажной полутьме… Работать, не поддаться боли — Ох, как дается каждый шаг!.. Редакция — не поле боя, Машинки пулемет в ушах…

1974

"И суетным, и мелковатым…"

И суетным, и мелковатым Иной дружок вдруг мнится мне, Когда припомню о солдатах На той войне, на той войне. О тех, что так умели просто Богами стать в твоей судьбе Все — От последней корки черствой До жизни —                   подарив тебе…

1974

ТРИ ПЕСНИ ИЗ КИНОФИЛЬМА «ВЕРА, НАДЕЖДА, ЛЮБОВЬ» (Триптих)

ВЕРА

Расходится в сумерках серых Со смены фабричный народ. Веселая девушка Вера С толпою подружек идет. Смеется, хотя и устала, Хоть горек смеющийся взгляд, Пылает цветной полушалок, Упругие щеки горят. Нет имени лучше, чем «Вера», И это я всем повторю. Не Вера ли в сумерках серых Напомнила мне про зарю? Любое несчастье осилю, Пробьюсь сквозь пожары и лед — Мне только бы знать, что в России Веселая Вера живет.

НАДЕЖДА

В окопах, землянках, теплушках Не годы я прожил — века… Ах, если бы знали, как сушит Солдатское сердце тоска! От пули спасения нету, Спасения нет от огня. Я б, может, не выдержал это — Надежда хранила меня. Пусть землю бьет крупною дрожью, Пускай пулеметы стучат — Надежду убить невозможно, А значит, бессмертен солдат!

ЛЮБОВЬ

На запад нас ненависть гонит, Но даже в смертельном бою Я чувствую вдруг на погоне, Любовь моя, руку твою. Ты вновь мне приснилась сегодня — Подходишь, платок теребя… Нет, в прорези мушка не дрогнет — Ведь я защищаю тебя. Но только иссякли бы силы И прочности вышел запас, Когда бы на родине милой Не ждали любимые нас…

1974

«Мы бы рады мечи на орала…»

Мы бы рады мечи на орала — Но пока только снится покой… Новобранцу платком помахала Мать, а после закрылась рукой. У девчонок глаза покраснели… Не пора еще танкам на слом, Не пришло еще время — шинели Под музейным храниться стеклом.