Стихотворения (1970–1980) - Друнина Юлия Владимировна - Страница 41

41

У ПАМЯТНИКА

Коктебель в декабре. Нет туристов, нет гидов, Нету дам, на жаре Разомлевших от видов. И закрыты ларьки, И на складе буйки, Только волны идут, Как на приступ полки. Коктебель в декабре. Только снега мельканье, Только трое десантников, Вросшие в камень. Только три моряка, Обреченно и гордо Смотрят в страшный декабрь Сорок первого года.

В ГОРАХ

Мне на пляже сияющем стало тоскливо, Бойких модниц претит болтовня. Ветер треплет деревьев зеленые гривы, Ветер в горы толкает меня. Пусть в чащобах Не все обезврежены мины — Как на фронте, под ноги смотри… В партизанском лесу, на утесе орлином Я порою сижу до зари. Неужели в войну так же цокали белки. Эдельвейсы купались в росе?.. И отсюда, с вершины, так кажутся мелки Мне житейские горести все. Почему я не знаю минуты покоя, У забот в безнадежном плену?.. А ведь было такое, ведь было такое — Суету позабыла в войну… Что ж опять довоенною меркою мерю Я и радость, и горе теперь? …Знойный город. Могила на площади, в сквере — В партизанское прошлое дверь. Даты жизни читаю на каменных плитах: От шестнадцати до двадцати… Пусть никто не забыт и ничто не забыто — Мне от чувства вины не уйти. От невольной вины, что осталась живою, Что люблю, ненавижу, дышу, Под дождем с непокрытой брожу головою, Чайкам хлеб, улыбаясь, крошу. Потому мне, должно быть, На пляже тоскливо, Бойких модниц претит болтовня. Ветер треплет деревьев зеленые гривы, Ветер в горы толкает меня…

БАЛЛАДА О ДЕСАНТЕ

Хочу, чтоб как можно спокойней и суше Рассказ мой о сверстницах был… Четырнадцать школьниц — Певуний, болтушек В глубокий забросили тыл. Когда они прыгали вниз с самолета В январском продрогшем Крыму, «Ой, мамочка!» — Тоненько выдохнул кто-то В пустую свистящую тьму. Не смог побелевший пилот почему-то Сознанье вины превозмочь… А три парашюта, а три парашюта Совсем не раскрылись в ту ночь… Оставшихся ливня укрыла завеса, И несколько суток подряд В тревожной пустыне враждебного леса Они свой искали отряд. Случалось потом с партизанками всяко: Порою в крови и пыли Ползли на опухших коленях в атаку — От голода встать не могли. И я понимаю, что в эти минуты Могла партизанкам помочь Лишь память о девушках, чьи парашюты Совсем не раскрылись в ту ночь… Бессмысленной гибели нету на свете — Сквозь годы, сквозь тучи беды Поныне подругам, что выжили, светят Три тихо сгоревших звезды…

«Такая тишь, такая в сквере тишь…»

Такая тишь, такая в сквере тишь, Что слышно, как старик вздыхает тяжко. И обнял деда за ногу малыш, Верней, не за ногу — за деревяшку. Он так стоять, наверное, привык, Глазеет он, как, наклонившись низко, Рододендроны влажные старик Кладет неловко возле обелиска — Рододендроны с партизанских гор… Там не был он еще с военных пор, Ему цветы приносят пионеры, Чьи горны заливаются у сквера. Стоянка партизанская, прости — На деревяшке к ней не добрести, На деревяшке не дойти туда — В свои, быть может, лучшие года…

1959–1979

ГЕОЛОГИНЯ

Ветер рвет светло-русую прядку, Гимнастерка от пыли бела. Никогда не была ты солдаткой, Потому что солдатом была. Не ждала, чтоб тебя защитили, А хотела сама защищать. Не желала и слышать о тыле — Пусть царапнула пуля опять. …Побелела от времени прядка, И штормовка от пыли бела. Снова тяжесть сапог, и палатка, И ночевка вдали от села. Снова с первым лучом подниматься, От усталости падать не раз. Не жалела себя ты в семнадцать, Не жалеешь себя и сейчас. Не сочувствуйте — будет обидой, Зазвенит в ломком голосе лед, Скажет: «Лучше ты мне позавидуй!» И упругой походкой уйдет. И от робости странной немея (Хоть суров и бесстрастен на вид), Не за юной красоткой — за нею Бородатый геолог следит…

1979

ШТАБИСТКА

Выплывают опять из тумана Эти дерзкие брови вразлет, И улыбка с грустинкою странной, И форсистых сапожек полет. И защитное строгое платье, И углы локотков и колен — Озорная, с мальчишеской статью, Все сердца захватившая в плен, Всех лишившая в штабе покоя… У моста, там, где бомбы рвались, Над угрюмой нерусской рекою Превратилась она в обелиск… Те штабисты давно уже деды, Но порой, вспоминая войну, То один, то другой В День Победы Отойдет потихоньку к окну. И возникнут опять из тумана Эти дерзкие брови вразлет, И улыбка с грустинкою странной, И сапожек беспечный полет…