Бешеный медведь - Злотников Роман Валерьевич - Страница 47

Майкл зло расхохотался:

— Господи! И кто это назвал вас лучшим специалистом по десантным операциям?

— Могу вас уверить, сэр, — с достоинством отозвался полковник Вазерли, — что это был не я.

Он поднялся, аккуратно задвинул стул на его место в ряду и, опершись руками на спинку, заговорил:

— Сэр, я принял ваше предложение о сотрудничестве, будучи твердо уверен в том, что вы лучше, чем наше трусливое правительство, будете способствовать продвижению наших американских ценностей. Я решил принять участие в подготовке чрезвычайно сомнительной с моральной точки зрения операции, основываясь на том же самом, а именно — что ее проведение способно усилить Содружество и ослабить ее врагов. Но теперь я вижу, что ошибался. И в своих изначальных предпосылках, и в вас. А потому я вынужден заявить, что вряд ли смогу в будущем быть вам в чем-то полезным. — Вазерли закончил и бросил на Макнамару высокомерный взгляд. Увиденное ему не слишком понравилось. Но отступать от своих слов он не собирался. Хотя и счел возможным добавить: — При этом я принимаю на себя обязательство сохранять в полной конфиденциальности всю историю наших недолгих отношений.

— Ну что ж… — медленно произнес Макнамара, — пожалуй, вы правы. Вы действительно вряд ли сможете быть мне полезны… Шеек!

В то же мгновение из угла ударил выстрел лучевика, и труп полковника Вазерли плашмя рухнул на пол, практически лишившись своей верхней части, в народе именуемой головой…

Макнамара медленно кивнул и перевел взгляд на О'Кифа.

— Ну а что скажете вы, О'Киф?

— Сэр… — у О'Кифа пересохло не только в горле, но и во всем пищеводе, — я… — Он запнулся.

Макнамара молча смотрел на него.

— Я… признаю свою ошибку. Я должен был…

— Вы должны были разбиться в лепешку, но выполнить порученную вам работу, О'Киф. Или вы так пригрелись на профессорской должности, что совсем потеряли нюх и кураж?

— Нет, сэр… я готов немедленно…

— Что?

О'Киф осекся. В кабинете повисла испуганная тишина.

— И на что же вы готовы, О'Киф? — переспросил Майкл, устав ждать, пока его собеседник окажется способным вновь извлекать звуки изо рта.

— Я… на все, что угодно, сэр.

— Ну что ж, прекрасно, — кивнул Макнамара, — в таком случае я предоставлю вам возможность исправить загубленное вами дело.

— Сэр?!

— Да, мой дорогой О'Киф, вы немедленно возвращаетесь на ваш корабль и не позднее чем завтра отправляетесь обратно, в систему Лотар.

— Сэр, но…

— Ну вы же слышали, что сказал этот, — Майкл искривил губы в презрительной усмешке, — лучший специалист по десантным операциям. Все дело — в недостатке информации. А значит, вы должны вернуться в систему и делайте там, что хотите — лижите сапоги губернатору или жопу самому последнему швартовщику, подкупайте, спаивайте, короче все, что только сможет придумать ваш изворотливый ум. А я надеюсь, что он у вас по-прежнему достаточно изворотлив?.. Но добудьте мне АБСОЛЮТНО ДОСТОВЕРНУЮ информацию о том, что имеется в системе Лотар и как оно расположено. Вам понятно?

О'Киф, которому со страху показалось, что мистер Макнамара собирается заставить его завоевать всю систему Лотар одним исследовательским кораблем, обрадовано закивал:

— Да, сэр, конечно, сэр, непременно…

— Так чего вы еще здесь, О'Киф? Я думал, что вы уже на пути в порт.

— Да, сэр, уже бегу…

Когда дверь за О'Кифом захлопнулась, Майкл встал и, подойдя к валяющемуся телу, с любопытством потрогал его ногой.

— Интересно, Шеек, а ведь я первый раз вижу мертвого полковника морской пехоты. Ты знаешь, ничем он от остальных не отличается…

За окном уже потемнело, когда коммуникатор Майкла тихо тренькнул.

— Сэр, мистер Паркер на третьей линии.

Майкл улыбнулся, переключаясь. Шеек, как всегда, оказался прав.

— Слушаю…

— Мистер Макнамара, мы обнаружили вероятное местонахождение Кадогена.

— И где это?

— Недалеко. В пригороде. На ранчо, принадлежащем некоему Ричарду Сандерсу.

— Сандерсу?!

Майкл замер. Неужели…

— Кто такой этот Сандерс?

— В базе данных земельного бюро о нем не слишком много сведений. Вроде госслужащий на пенсии…

— Вы идиот, Паркер! — с придыханием заговорил Майкл. — Слава богу, хоть исполнительный! Неужели вы не помните эту фамилию? Ее же не так давно склоняли во всех газетах!

— В газетах, сэр?

— В связи с делом «Секта»!

— Сэр… так вы считаете…

— Я ничего не считаю. Я указываю вам, в каком месте искать. Так будьте добры, пошевелитесь!

— Да, сэр, сейчас…

Майкл откинулся на спинку. Сандерс, Сандерс… он был первым из людей, который столкнулся с расой Учителя. И Учитель сильно сожалел о том, как это произошло. Ибо тот, с кем они столкнулись, оказался изгоем, безумцем, изгнанным из их числа или даже бежавшим от своих, ибо он приводил в ужас всех собратьев своими извращенными желаниями. Так что благодаря тому, что встреча с ним оказалась первой, в аналитические структуры людей оказалась вброшена совершенно извращенная информация о расе Учителя. И это сильно затруднило правильный контакт… Неужели это именно тот самый Сандерс?

Коммуникатор вновь ожил.

— Сэр, вы оказались правы. Это тот самый Сандерс. Мы немного пересмотрим план операции…

— Подождите… — В голове Майкла вертелось что-то еще. Что-то, что он вроде как знал, но никак не мог вспомнить. Сандерс… Сандерс… Майкл торопливо развернулся к монитору и вывел на экран изображение Кадогена. Кого-то он ему напоминал…

— Паркер, немедленно поднимите наше досье на Сандерса и сравните изображение этого Кадогена со всеми, имеющимися в его досье. Быстро!

Следующие несколько минут Майкл буквально не находил себе места. Наконец вновь раздался вызов.

— Сэр… вы оказались правы, сэр. Это напарник Сандерса по операции на Хлайбе, офицер русского специального подразделения «Бешеные медведи» Касьян Полубой. Я немедленно вызываю подкрепление, сэр.

— Вызывайте, Паркер, но вряд ли это нам поможет…

— Сэр?..

— Их уже там нет. Уверен. Так что лучше подготовьте группу для детального обыска. Я хочу, чтобы вы осмотрели там каждый квадратный сантиметр пола и стен и минимум на полметра вгрызлись в глубь земли. Все понятно?

— Да, сэр.

Майкл отключил коммуникатор и откинулся на спинку. Значит, Сандерс… но что это может означать? Личную месть? Вряд ли… Лично ему Макнамара ничем не насолил. К тому же этот самый Полубой вполне может, конечно, приехать в гости к старому соратнику по лихому делу, но вот легализовать его в виде Моргана Кадогена «пенсионеру» Сандерсу не под силу. Значит, кто?

— Вилкинсон… неужели это ты? — пробормотал себе под нос Майкл.

Черт, это был опасный противник. Едва ли не самый опасный среди всех. Но… слава богу, теперь уже известный. И это сильно облегчало дело. Хотя кое-какие концы следовало немедленно спрятать в воду. Майкл нажал клавишу коммуникатора:

— Вызовите ко мне Шеека.

— Да, сэр.

Майкл встал и прошелся по кабинету. Концы в воду… но для того, чтобы они были спрятаны надежно, водичка должна быть мутной… А когда водичка становится наиболее мутной? Когда сильно растет международная напряженность и между государствами тает всякое доверие. Тогда много чего можно отнести на происки врага. Кое-что начало вырисовываться… правда, пока еще смутно, смутно… ну да время для того, чтобы все продумать и подготовить, еще было.

Дверь кабинета тихо распахнулась. В вечернем сумраке фигура Шеека была почти не видна. Ну да разве было время суток, когда Шеека можно было ясно разглядеть?

— Заходи, — негромко отозвался Майкл.

Шеек сделал шаг вперед, притворил дверь и замер, ожидая распоряжений.

— Сделаешь вот что… — начал Макнамара.

Когда Шеек исчез, Майкл подошел к окну, уставился на панораму ночного Нью-Вашингтона. Красивый вид… но, если ему удастся то, что он задумал, этот вид скоро исчезнет. Ну что ж, наверное, Древний Рим имел не менее красивый и величественный вид, как и Александрия, как и средневековый Париж, как и довоенная Варшава. Города зарождаются, растут, хорошеют и… исчезают. И его, Майкла, задача состоит в том, чтобы такая же судьба не постигла все человечество. И только он знает, как этого добиться. А это такая цель, которая оправдывает любые средства. Ибо если Майкл потерпит неудачу, то не останется не только Нью-Вашингтона, но и вообще… НИЧЕГО. И никто, никакой Вилкинсон, не смеет стоять на его пути.