Бешеный медведь - Злотников Роман Валерьевич - Страница 53

— О, Лив, я жутко рад тебя видеть!

Блондинку передернуло, но Сэм уже вскочил на ноги и устремился к Лив:

— Ты пришла меня проводить?

Лив покосилась по сторонам. Вроде никто не услышал последней фразы… Она обворожительно улыбнулась и, просунув руку под согнутый локоть Сэма, тихо произнесла ему на ушко:

— Ну конечно, милый. Кстати, а ты не покажешь мне корабль? Ты мне так много о нем рассказывал.

Сэм на мгновение задумался (душераздирающее зрелище).

— Сейчас должны подъехать из «Педигаст голо»… да и черт с ними, подождут. Пошли.

И они, под сверкание вспышек и взблески голо-лучей, торжественно двинулись по трапу внутрь…

Внутри Сэм, естественно, тут же попытался показать ей его спальню. Но Лив с милой улыбкой двинула ему коленом в промежность (не сильно, но чувствительно), после чего он расхохотался и, заявив, что именно за это он в нее и влюбился, поволок ее в оранжерею, данс-холл, ресторан верхней палубы, бассейн… Когда они подошли к ресторану нижней палубы, Лив, благодарно улыбнувшись, напомнила:

— Кстати, тебя уже давно дожидаются эти типы из «Педигаст голо».

— Вот дьявол, — ругнулся Сэм, — совсем вылетело… С тобой, Лив, я просто теряю голову! Пошли?

— Чуть позже, милый. Мне надо бы… — и она бросила многозначительный взгляд в сторону дамской комнаты.

— О-о, ну конечно.

Когда Сэм исчез, Лив заскочила в дамскую комнату и принялась лихорадочно сдирать с себя роскошный костюм, шляпку и туфли. Из сумочки-мешка был извлечен рабочий комбинезон из ирноплекса (специально подобранный на два размера больше, чтобы своей мешковатостью скрыть фигуру), парик, голомаска и астробутсы, натягиваемые на ногу как перчатка. Обычный набор члена экипажа корабля (ну за исключением парика и маски, естественно). Натянув все это, Лив запихала свои вещи в утилизатор (шесть с половиной тысяч соверенов, да она раньше полгода работала за эти деньги!), включила голомаску и быстро покинула пустынный (пока еще) зал ресторана. Спустившись на уровень экипажа, она быстро прошла центральным коридором и вышла на бетон ангара со стороны, противоположной всей великосветской тусовке. На нее никто не обратил особого внимания, поскольку народу вокруг в подобной одежде сновало до черта. Сэм, как обычно, в последний момент припомнил еще о каком-нибудь вине, белье или редком сорте табака, который ему оказался непременно необходим для этого круиза…

Челнок «лихих ребят» был припаркован в шестнадцатом секторе, на задворках посадочного поля. Давешний верзила маячил в проеме люка, довольно хмуро оглядывая окрестности. Когда Лив соскочила с так удачно подвернувшегося по пути автоматического транспортера, он окинул ее сумрачным взглядом и бросил сквозь зубы:

— Шел бы ты отсюда, парень.

Лив отключила голомаску, стянула с головы парик и, кивнув здоровяку, бросила:

— Все — отчаливаем…

Верзила восхищенно покрутил головой:

— Эк, вы ловко, мисс… — И, повернувшись внутрь, заорал: — Эй, Кидд, старший на борту, — взлетаем!

Лив появилась в рубке, когда корабль вышел на ходовой режим. Окинув взглядом вполне рабочую атмосферу, она хмыкнула и, усевшись в свободное кресло (дежурная ходовая смена составляет всего половину от боевой), повернулась к здоровяку:

— А расскажите-ка мне о вашем капитане.

Тот хмыкнул и, пожав плечами, ответил:

— А че? Нормальный капитан.

— Да нет, я не против… — усмехнулась в ответ Лив, — просто интересно — отсутствует он, как видно, давно, а никто его не сместил, и команда, прямо скажем, выглядит прилично. Никто не запил, не опустился. Насколько я знаю, обычно на «пиратах» основа дисциплины — кулак капитана, не так ли?

— Да нет, мисс, — покачал головой здоровяк, — это все из дешевых сериалов. На кулаке далеко не уедешь. Тут же соберут сход и сместят. Ты так кораблем командуй, чтоб у джентльменов доход был, чтоб трупов особо не прибавлялось, чтоб корабль все время был в исправности, ну а кулак… когда и кулак, конечно, — внезапно согласился он, — тут народ простой, долгие речи понимает гора-аздо хуже прямого в челюсть. Только нужно, чтоб за дело, а то никто не потерпит…

— Ну а все же, почему? — не успокоилась Лив.

— Да тут все просто… все, что я вам рассказал, — капитан делает. Из бойни у Акмона мы благодаря ему выбрались, почитай, без единой царапины. А через две недели он весточку прислал. Да какую… Все джентльмены, после того как гетайров прижали, — зубы на полку положили, а он все наши денежки в «Ершалаим Сити бэнк» перевел. Все до цента! Да еще свою долю там же положил. Ну вроде как на обслуживание корабля. И приказал нам усвистеть подальше на окраины и сидеть там, не высовываясь. А чтоб дурака не валяли, поскольку для любого матроса безделье — первейший враг, скинул десять гигабайтов планов тренировок и технического обслуживания. Все как есть инструкции по приборам и механизмам… Уж где он их откопал — ума не приложу. И сказал, что как появится — тут же устроит нам форменный экзамен. И кто, как минимум, второго класса не покажет, того по плечи в палубу вобьет, а потом в эти плечи лапой упрется и напрочь его дурную башку оторвет.

— И что, все послушались?

— Вы, мисс, нашего капитана не знаете… — ухмыльнулся здоровяк, — коль сказал — оторвет, то, значит, так и будет! Да и потом он перед той бойней у Акмона команду хорошенько прошерстил. У кого башка дурная или гонору много, из команды вверх тормашками полетели. А взамен толковые ребята пришли. Так что особо буйных у нас теперь и нет.

— Да уж, — покачала головой Лив, — как я вижу, у вас капитан в бо-ольшом авторитете.

— А то как же, мисс, хошь его и нет, а все, что требуется капитану, он исправно выполняет. Корабль — в порядке, мы ж ведь на этого вашего Уэверли вышли не потому, что что-то поломалось, а потому, что кое у чего ресурс вышел. А он приказал непременно вовремя все менять. Соверены, опять же, капают, а как он капитаном стал, мы еще ни одного человека не потеряли.

— Как это соверены капают?

— Ну… — здоровяк пожал плечами, — мы ж джентльмены удачи, мисс, нам без дела нельзя, а то совсем оборзеем. Никакие тренировки не помогут. Вот мы и взяли двух торговцев… но по-божески. Только кассу почистили и товар чуток пощипали. Причем как взяли… — здоровяк аж зажмурился, — я такое только в учебных фильмах видел, для состава абордажных групп — без сучка, без задоринки. Так в фильмах по десять дублей делают, а мы раз — и в дамках. Раньше-то мы, прежде чем даже на каботажную баржу налететь, по сто раз примерялись и прикидывали. А тут… И опять же, как мы тех торговцев взяли, нам сразу и работа нашлась. По конвоированию. У купцов же очко оно того, слабое. Как слух пошел, что пираты объявились, — оно и взыграло. Так что мы на этом очень даже неплохие бабки срубили…

Лив расхохоталась:

— Это значит, вы своими налетами еще себе и рынок создали?

— Ну… навроде того… — осклабился здоровяк, а потом слегка прищурился и спросил: — Мисс, мы уже почти полчаса в ходовом режиме. Не пора ли задать координаты?

— Ишь какой быстрый, — усмехнулась Лив, поднимаясь, — становитесь на курс девятьсот сорок три и держите его следующие шесть дней. А там посмотрим…

Следующий раз она встретилась со здоровяком во втором ангарном отсеке, где у команды был оборудован фехтовальный зал. Лив как раз отрабатывала очередную связку с таирским боевым шестом, когда он появился в зале. Появился, окинул очень откровенным взглядом ее крепкую фигуру в обтягивающем трико, а затем, когда Лив в быстром темпе прошла связку, закончив ее сильным ударом по манекену, от которого у того перекосило крепление головы, уважительно цокнул языком.

— Да уж, не хотел бы я встретиться с вами на узкой дорожке.

Лив сердито мотнула головой. Она-то была собой очень недовольна. Занятия с шестом она забросила еще два года назад (как-то несолидно было управляющему крупной компании носиться по залу с боевым оружием и отрабатывать удары и блоки), и это сказывалось. Одни мышцы оказались закрепощены, другие недостаточно растянуты, третьи просто ослабли. Так что теперь у нее не было ни силы удара, ни скорости…