Бойцы с окраины Галактики - Злотников Роман Валерьевич - Страница 85

Ему ответил одобрительный и угрожающий гул. Трое офицеров невольно попятились. У Эсмиель мелькнула запоздалая мысль, а не слишком ли она переоценила свои способности справиться с ситуацией. Но в следующую секунду она шагнула вперед, уже зная, что надо делать.

— Так ты говоришь, что давно мечтал попробовать настоящую леди? — Ее голос звучал ласково, но что-то в нем заставило обступивших их людей слегка отшатнуться. Волосатый тоже качнулся назад, но, поймав себя на этом движении, сердито оскалился и, торопливо шагнув к ней, развязно протянул руку и стиснул ее грудь.

— Конечно, белокурая. Клянусь темной бездной, вряд ли среди этих белоголовых субчиков остались настоящие мужики, так что тебе со мной понравится, уж будь уверена. — Он сделал движение, чтобы прижать ее к себе, но Эсмиель быстро вскинула руку и спокойным, нарочито медленным жестом ткнула мужику в глаз. Волосатый вскрикнул и, схватившись за глаз, отступил назад.

Эсмиель повела по сторонам холодным взглядом, заставив толпу податься на шаг назад, и, снова повернувшись к волосатому, лениво произнесла:

— Ты опоздал. Я больше не леди. Я — жительница Земли. И не стоит пытаться на своем опыте узнавать, в чем разница.

Но тот слишком разозлился, чтобы уловить в ее голосе то, что заставило остальных еще дальше отойти назад. Он взревел и бросился вперед. Эсмиель сделала шаг в сторону, а потом, подпрыгнув, резко ударила ногой в основание черепа. Волосатый сделал еще несколько шагов, но умер он уже на втором, и его тело с деревянным стуком налетело на стену и рухнуло вниз. Эсмиель проводила его спокойным взглядом и снова повернулась. Толпы больше не было, люди быстро и бесшумно рассосались по всему отсеку и уселись на пол, старательно отводя от нее глаза. Рядом стояли только капитан и три офицера.

— Леди, я… — сглотнул капитан.

Эсмиель устало качнула головой:

— Оставьте, капитан. За последние несколько часов со мной произошло слишком многое. Я устала. Мне надо отдохнуть.

— Да, конечно, леди, мы сейчас…

В это мгновение пол содрогнулся, погас свет, а потом вспыхнул, но гораздо более тускло, чем раньше. Вокруг послышались удивленные и испуганные возгласы, а капитан пробормотал:

— О темная бездна, что происходит?

А Эсмиель ошеломленно распахнула глаза и прижала руку ко рту, потому что внезапно осознала, в чем причина происходящего. Но когда капитан повернул к ней растерянное лицо, она уже успела овладеть собой и спокойно произнесла:

— Не волнуйтесь, капитан, похоже, это мой муж. Он пришел для того, чтобы забрать нас отсюда.

9

Берс остановился у очередного поворота коридора и осторожно заглянул за угол, но он уже знал, что там увидит. И этот отрезок коридора был пуст. Он мотнул головой, давая сигнал бывшим пленникам канскебронов двигаться вперед, и повернулся к Ольге. Та заняла позицию у предыдущего поворота коридора и настороженно смотрела назад. Берс нахмурился. Все происходящее ему очень не нравилось. За последние полчаса они наткнулись только на троих тактов, и Ольга хладнокровно расстреляла их остатком заряда своего плазмотрона, а потом деловито оторвала у них оружейные блоки и один вручила Эсмиель.

— Ну и что ты об этом думаешь? — глухо спросила Ольга, подойдя вплотную.

Берс скривился:

— Они ведут нас по своему Рисунку.

Они помолчали, потом Ольга негромко произнесла:

— Пока я не вижу в нем ничего плохого. У меня сложилось впечатление, что они собираются позволить нам уйти.

Берс упрямо поджал губы:

— Возможно, это так и есть, но это их Рисунок. Насколько ты готова довериться одному из Верховных?

У Ольги расширились глаза:

— Это его Рисунок?!

Берс молча кивнул и бросил взгляд вдоль коридора. Эсмиель, одетая в безразмерную куртку, снятую с такта и слегка заляпанную его кровью, стояла рядом и смотрела на него. Берс пока не мог себе позволить хоть немного расслабиться. Они с Ольгой находились на грани боевого транса, и, пока все они не окажутся в пустоте на расстоянии не менее чем сотни световых часов от Малой Гронты, ему придется нести это бремя.

Последние десять минут продвижения до точки, в которой Берс так четко чувствовал Эсмиель, они практически не встречали сопротивления. Два такта, попавшиеся им на постоянном посту, расположенном в узловой точке коридоров, были не в счет. Причем настолько не в счет, что, когда Валькирия опустила плазмотрон, в ее глазах плескалось удивление:

— Они даже не сделали попытки поднять оружейные блоки.

Берс, так же заметивший нечто неестественное в поведении столь блестящих бойцов, какими всегда являлись такты, недоуменно повел плечом, но размышлять об этом было некогда.

— Пошли, это — потом.

Валькирия молча смотрела на него, потом пожала плечом:

— Что ж, это твой Рисунок, но это неестественно.

В следующее мгновение две безмолвные тени уже мчались дальше по коридору. Спустя два поворота Берс указал на большие раздвижные двери с короткой надписью, сделанной прямо на стене ниже и левее обреза, и, вскинув плазмотрон, нажал на спуск.

Эсмиель, обхватив руками обнаженные плечи и плотно сдвинув колени, молча сидела на полу, близко к центру помещения. Рядом нервно топтались капитан и два офицера. Они, единственные в помещении, остались на ногах, остальные лежали, сидели и ползали, торопливо бросая по сторонам тревожные взгляды. На станции происходило что-то серьезное. После того странного толчка несколько раз гасло освещение, а двери глухо вибрировали. Спустя пятнадцать минут главные раздвижные двери с легким шуршанием распахнулись, и в отсек ввалились около трех десятков тактов и толпа Вопрошающих. Эсмиель поймала несколько ошарашенных взглядов, а капитан, при появлении канскебронов привычно рухнувший на пол, подполз к ней и удивленно прошептал:

— О святые стихии, похоже, ваш муж высадил на станцию несколько десантных дивизий…

— Мне кажется, их всего несколько человек, — сказала Эсмиель и, наткнувшись на удивленный взгляд капитана, слабо улыбнулась и добавила: — Это не совсем обычные люди. Прикажите своим людям собраться ближе к центру, лечь на пол и ни при каких обстоятельствах не делать резких движений. Я боюсь, что, когда мой муж появится здесь, у него не будет возможности отделять друзей от врагов.

Такты сразу по прибытии выстроились вдоль стен и взяли пленников в оцепление. Однако этот смертоносный молчаливый караул пробыл в отсеке едва десять минут, потом по их рядам прошла странная волна, будто эти лишенные эмоций боевые машины удивленно покачивали головами, и они, четко повернувшись, двинулись в сторону распахнувшихся дверей, сопровождаемые большинством Вопрошающих. Спустя минуту из канскебронов в отсеке осталось всего две дюжины Вопрошающих, а еще через десять минут Эсмиель, все так же сидевшая на полу, вдруг вскинула голову и, повернувшись к дверям, устремила на них вспыхнувшие отчаянной надеждой глаза и громко прошептала:

— ОН пришел!

Берс нырнул в еще дымящийся и пылающий багровыми краями пролом и, кувыркнувшись в воздухе, приземлился, одновременно перебросив плазмотрон в левую руку. Эсмиель была здесь, жива и окружена неврагами. Это было главное.

Враги стояли вдоль стен и невероятно медленно разворачивали свои сенсоры в его сторону. Берс презрительно поморщился и двинулся вдоль стены, отрывая у этих странных созданий верхние части тел, которые очень слабо напоминали нормальные человеческие головы. Он знал, что эти существа не представляют особой опасности, но их уничтожение диктовалось внутренней логикой Рисунка.

Справа полыхнул плазмотрон сестры. Берс опять поморщился. Конечно, так быстрее, но она уже разрядила батарею, а заряды могли бы им еще пригодиться.

По-видимому, Валькирия быстро пришла к такому же выводу, поскольку после второй вспышки огонь прекратился, и буквально через мгновение с противоположной стороны зала послышался громкий хруст разрываемых позвонков. Вскоре все было кончено. Берс остановился и медленно повел головой по сторонам, будто принюхиваясь к возможным угрозам. Все было спокойно. Он повернулся к центру зала и, чуть напрягшись, вынырнул на поверхность багрового озера, покрывавшего его сознание. Черно-белые силуэты, ранее видимые скорее даже не как реальные фигуры, а как некие носители функций ВРАГ-НЕВРАГ, обрели объем и цвет, превратившись в испуганных людей, судорожно распластавшихся на полу и старательно отводящих глаза, когда взгляд Берса случайно поворачивался в их сторону, но в центре зала во весь рост стояла Эсмиель. Берс почувствовал, как екнуло сердце, и едва удержался, чтобы не прыгнуть вперед, к ней, поднять на руки, закружить и… но все же сумел удержаться и остаться на месте. Ольга неслышно подошла и коснулась рукой его плеча. Берс повернулся. Вот это да, если он выглядит так же, как и она, то немудрено, что эти люди готовы провалиться сквозь пол, лишь бы не привлекать к себе их внимание. Сестра была густо покрыта какими-то черно-багровыми ошметками, лицо измазано пеплом и кровью, а сквозь изрядно порванный комбинезон сверкали черные пятна обожженной холодом пустоты кожи. Ольга замерла, вглядываясь в него, а потом негромко произнесла: