Время Вызова. Нужны князья, а не тати. - Злотников Роман Валерьевич - Страница 39

— Да нет, — усмехнулся Андрей, — поп других просвещает, а я тебе про себя рассказываю. Только, видно, зря… — Он покачал головой и, посмотрев еще разок на «партнера», решил, что тому совершенно не помешает еще немного «вкачки». Для усиления, так сказать, эффекта.

— И еще, Кирилл, я был бы тебе очень благодарен, если бы ты перестал всем рассказывать, как учил меня работе на бирже. Мы с тобой прекрасно знаем, что учился я сам, ну еще, может быть, у Мельхиора. А ты тут совершенно ни при чем.

Кирилл стушевался:

— Да я, это…

— Ну так мы договорились? — осведомился Андрей.

Кирилл нервно сглотнул. Он знал, что, когда Андрей говорит таким тоном, с ним лучше не спорить. Да и что тут отвечать? Больше не буду?..

В этот момент зазвонил телефон. Кирилл обрадованно кинулся к нему и вцепился в трубку.

— Алле… а, это ты, киска… не-эт… не-эт… ну конечно… обязательно… точно уехал?.. Ну целую… — Он бросил трубку, всем своим видом напоминая кота перед блюдечком сметаны.

— Андрюх, я…

Андрей молча махнул рукой, и Кирилл мгновенно исчез. Проводив «компаньона», Андрей задумался. В принципе он не рассматривал сегодняшнее как такой уж большой грех, скорее как замену большого на малый. По правде говоря, «пацаны» получали даже больше, чем, по идее, могли рассчитывать при неукоснительном выполнении им условий контракта. Вкладывать бабки на бирже, причем в одну-единственную конкретную компанию и строго оговаривая, что продать акции брокер может только после прямого указания… да зачем тогда вообще брокер? И почему «Воркутауголь»? Наверное, кто-то из «пацанов» был оттуда родом и с детства усвоил, что «Воркутауголь» — это круто. Либо кто-то из них там сидел… Завтра, совершенно точно, цена акций упадет еще сильнее. По всем признакам рынок был уже готов к дальнейшему падению «угля». Так что согласие Андрея на сегодняшнюю цену закрытия торгов было по большому счету чистой благотворительностью…

Конечно, и малый грех требует искупления, но… Просто Кириллу надо было все объяснять «в пределе». Иначе тот, радостно усвоив, как обычно, только внешнюю механику действа, вполне мог бы пуститься во все тяжкие и влететь в такое дерьмо, что… А так — ничего. Терпимо. Скорее даже победа. А победу стоило отметить. Андрей наклонился к телефону и набрал номер.

— Привет…

На том конце некоторое время удивленно молчали, а затем женский голос несколько иронично произнес:

— Надо же, его высочество вспомнили о нашем существовании?

Андрей вздохнул. Да уж, вечерок предстоял, как он это называл, «спарринговый». Тина была высокой блондинкой с ногами от ушей и всем остальным, что заставляет мужские особи, будто хороших охотничьих псов, делать стойку. Так что если она шествовала по фойе концертного зала, ресторану или выставочному залу, мужики выворачивали шеи и яростно пускали слюни. Но, в отличие от представительниц этого прославленного анекдотами цвета волос, по остроте и живости ума она могла дать сто очков вперед многим мужикам. Хотя демонстрировала его очень и очень дозированно. Но с Андреем она позволяла себе «расслабиться». Не то чтобы Тина была женщиной его мечты, она была дамой с амбициями и вполне себе на уме, но с женщинами он сходился трудно. А тут все вроде как вышло и без его особых усилий. То есть он, конечно, понимал, что Тина так стремительно «раскрутилась» с совершенно определенной целью — захомутать «перспективного» жениха (он в тот вечер впервые надел свежекупленный костюм от «Китон» и вообще позволил себе немножко посорить деньгами). Но поняв, что он не такой уж и «перспективный», Тина отчего-то не стала его «динамить», а вполне благосклонно отнеслась к дальнейшим отношениям, время от времени принимая тот или иной знак внимания. Продолжая, впрочем, активные поиски «перспективного».

— Так… все в трудах тяжких ради хлеба насущного.

— Вот как? А сегодня как же?

— Ну… сегодня можно и передых взять. Труды, так сказать, позволяют.

— И что же они нам позволяют? — заинтересованно спросила Тина. — «Дожо» или «Марио»?

— Что выберет леди, — благодушно позволил Андрей.

— Вот даже как… Ну тогда… «Бельфор»!

Как обычно, к тому моменту, как он подъехал, около Тины уже «били копытцем» несколько горячих кавказских мужчин. Один их них поигрывал брелком от «мерседеса», другой широко улыбался во весь рот, сиявший золотыми зубами (ну не доходило пока до них, что золотые зубы — это уже не круто), а третий что-то объяснял Тине, оживленно размахивая руками. Тина смотрела на него несколько иронично, но, в общем, благосклонно. На самом деле не столько даже проявляя интерес, сколько чтобы не обострять ситуацию. И кутала точеный носик в пушистый воротник. Андрей притормозил и окинул ее внимательным взглядом. С их последней встречи Тина обновила гардеробчик. Сейчас она была в роскошной соболиной шубке, белоснежных лайковых перчатках и высоких сапожках на каблуке «смерть мужикам» с соболиной же оторочкой. Андрей коротко бибикнул. Ему в принципе тоже было чем похвастаться. Например, этой сверкающей «ауди». Естественно, подержанной, но выглядела она… Впрочем, он купил ее вовсе не для хвастовства. Просто купленный после дедовой «Волги» «Форд Таурус» всего за одну грязе-соляную московскую зиму прогнил так, что ездил, по меткому выражению кого-то из знакомых, «махая крыльями», а машина время от времени была нужна. К родителям там смотаться… да и вообще, привык он к баранке. А уж после «Волги» «ауди» вообще казалась верхом совершенства. Так что Андрей иногда даже релаксировал за рулем. Просто садясь в машину и гоняя по улицам Москвы или выезжая на окружную и «притапливая».

Тина быстро высунула носик из воротника, окинула машину оценивающим взглядом и, благосклонно улыбнувшись, царственной походкой двинулась в его сторону. Кавказские мужчины разинули рты, глядя, как двигаются эти точеные ножки. А когда она грациозно опустилась на переднее сиденье, элегантным движением закинув свои так убойно действующие на мужиков нижние конечности внутрь, один из них даже сглотнул.

Ресторан был еще полупустым. Андрей передал Тине меню и огляделся. За соседним столиком решала нелегкую проблему выбора компания «братков». Парни были явно с простыми и незатейливыми вкусами, а тут такое…

— Знаешь че, — решил один, — берем эти, как его, артишоки. Я пробовал — ну точно как картошка. И этих, как его, лягух.

— Кого? — изумленно произнес другой.

— Да ладно те, это ж не те жабы, что у нас квакают. Эти, они совсем как курица…

— Ну-с, молодой человек, как вы насчет устриц? — Тина смотрела на него поверх меню.

— Устрицы — так устрицы, — кивнул Андрей. Не то чтобы он так уж любил устриц, по нему, так лучше было бы обойтись куском мяса с кровью, но раз дама желает…

— То есть вы не против морского стола на сегодняшний вечер? — еще раз уточнила Тина. Андрей развел руками, показывая, что передает все в ведение женщины. Тина торжествующе кивнула и, подозвав официанта, выстрелила заказ. Андрей мельком прикинул, что сегодняшний вечер обойдется ему сотни в три баксов, ну да а чего он хотел? Уж коль приглашаешь такую девушку — значит, придется платить. Да уж, ее будущему мужу не позавидуешь. Тина как раз из тех женщин, что легко могут сделать мужчину миллионером… если он до этого был миллиардером.

После устриц подали тигровых креветок — варенных со специями и на гриле, затем каракатиц в собственных чернилах. А когда принесли лобстеров, около столика нарисовался элегантный тип. Тип был ухожен, с вычурным перстеньком из белого золота на пальце. В марках костюмов Андрей пока разбирался не очень, но похоже было, что на этом что-то вроде «Ричарда Джеймса», а из-под манжеты выглядывал краешек «Петек Филиппа». Короче, совершенно во вкусе Тины. Куда уж ему со своим единственным «Китоном» и простенькой «Аппеллой» на запястье…

Тип блеснул безупречными зубами и, вежливо кивнув Андрею, элегантно склонился перед Тиной.

— Девушка, вы позволите вас пригласить?

Тина блеснула ослепительной улыбкой и… внезапно ответила: