Чужой монастырь - Краснов Антон - Страница 70

— Оператор! — воскликнул Алькасоол.— Что там с подкреплением?

— Альд Каллиера недавно передал, что его отряд вступил в бой с сардонарами в основном транспорт­ном отсеке, на подуровне Академии. Несут большие потери... При удачном стечении обстоятельств...

— Другие резервы?

— Из Ланкарнака, арламдорский Уровень, пере­брасывается соединение в три тысячи воинов. Его ве­дет лично правительница Энтолинера, Обращен­ная,— доложил Эдер.— Сейчас они находятся на од­ном из плато транспортного... Перемещаются к нам.

— Дай картинку! Так... А Беллона?

— Альды и туны из числа беллонских Обращенных перебрасываются от Тридцатого озера альдманна Каллиара. Они еще не дошли до портала транспортного отсека на своем Уровне...

— Так... Этих можно отбросить, они определенно не успевают,— пробормотал Алькасоол,— никак не успевают.— Получив еще несколько подобных сводок от первого оператора Эдера, он резюмировал со спо­койствием, неприятно удивившим его самого: — Ну что же... Если учитывать резерв, то рассчитывать-то мы можем только на людей Каллиеры, которые уже где-то на подходе. Потери... Потери очень значитель­ные, истреблено больше половины наличного состава Академии — то есть те, кто был на месте в момент на­падения.

— Есть еще одно неприятное соображение,— под­нимая лицо от пультов управления, произнес Эдер.— Даже люди Каллиеры могут не пробиться че­рез заградительные посты, выставленные сардонарами, начиная от ствола основного транспортного... Продвижение к Центральному посту чревато больши­ми потерями. Но даже если пробьют — не факт, что уже не будет поздно.

Алькасоол сложил руки на груди и уставился перед собой невидящим взглядом. Сцепляя в мозгу обрыв­ки разрозненных фактов, предположений, допуще­ний, он пытался выйти на тот единственный план действий, который позволит спасти людей и дело Об­ращенных.

Бой в медицинском отсеке стихал. Уцелевшие бой­цы Ингера были оттеснены в боковую галерею и уже не могли серьезно воздействовать на общий ход этого сражения. У дверей Центрального поста возились не­сколько сардонаров, укладывая и приводя в боевое со­стояние вышибной заряд, находящийся в металличе­ском «гробу». Глаза Акила пылали. Он отошел от места скорого взрыва на добрую сотню шагов и теперь стоял у стены, окруженный полукольцом своих людей и со­провождаемый Ноэлем и магистром Ихилом. Поми­нутно к нему подбегали курьеры, вырвавшиеся с мест локальных схваток, и докладывали ситуацию. Послед­ний из этих курьеров принес сообщение о том, что люди альда Каллиеры выиграли бой с крупным отря­дом гареггинов и движутся по направлению к Центра­льному посту по резервной галерее, которая может быть расконсервирована только в исключительном случае. Резервная галерея параллельна стреловидному тоннелю и проходит...

— ...То ли под ним, то ли над ним,— закончил курь­ер.— Они выломали кусок в переборке, а за ней оказа­лась пустота. Отряд Обращенных ушел туда... Удалось узнать...

— Нуда,— произнес Акил,— то ли справа от тонне­ля, а может быть, и слева. Рогатый череп Илдыза! Ма­гистр Ихил, что это еще за новости? Что за резервная галерея?

Начальник основного транспортного отсека мот­нул головой, в глазах его плавало недоумение:

— В самом деле, узнаю только сейчас... Все было рассчитано верно. От ствола большого транспортного до дверей Центрального поста по нынешнему раскладу им прорываться не меньше трех часов, даже если пренебречь их возможными потерями и представить, что они неуязвимы.

— Ты о чем мне сейчас говоришь?! — воскликнул Акил и шагнул к Ихилу, оказавшись с ним лицом к лицу.— Ты вот о чем мне сейчас говоришь? Чем ты со­брался пренебречь?! Я спрашиваю тебя о резервной га­лерее и о том, откуда она вообще взялась! А еще о том, почему тебе все это неизвестно... я же вижу по твоему лицу! Вот что, магистр Ихил. Отвечай мне внятно: ты ЗНАЛ о существовании галереи, по которой сейчас должны идти люди Каллиеры?

— Нет,— угрюмо ответил тот.— Я дал тебе все све­дения, которыми владею. Ума не приложу, как такое могло произойти.

— Значит, альд Каллиера знает больше тебя о пла­нировке отсеков, галерей и других помещений при Академии? — спросил Акил и жестко сцепил челюсти, так что на скулах заиграли каменные желваки.

— Нет! — качнул головой Ихил.— Ему не может быть известно больше! Он попал в Академию позже меня, он занимает менее значительный пост, и не в Центре, а на периферии, на Уровне Арламдора. В кон­це концов, кому, как не мне, знать о тоннелях и шахтах тайных и явных!

— Ну вот видишь, ты сам все сказал,— со скрытой угрозой проговорил Акил и откинул со лба длинные рыжеватые волосы,— и сказал верно. Кому, как не тебе...

-Я...

— Подожди. У нас нет времени, но все-таки порас­суждаем. Кому известно больше остальных о... Ну ты понял.

— Центральному посту, понятно,— с неохотой от­ветил магистр Ихил.— Первому оператору Эдеру, ко­нечно. Алькасоолу, как главе Обращенных. Ингеру, который продолжает сражаться в сотне шагов от нас и до сих пор не взят!..— добавил он, и глаза его блесну­ли.— Очень много знали те, кто погиб в двадцать пер­вом шлюзе в памятной нам всем битве. Но их нет. Тем не менее... -Что?

— Продвижение Обращенных по этой злополучной галерее, о которой мы и сейчас имеем очень слабое представление, может означать только одно,— сказал Ихил.

— Что же?

— Что в отряде Каллиеры есть кто-то более осве­домленный, чем он сам.

— Это ж самому глупому демону ясно! Кто именно? Магистр Ихил нервно повел плечами:

— Ну... тут можно только гадать. Все наиболее вы­сокопоставленные лица Академии должны быть здесь. Кто-то блокирован в своих отсеках и думает о продол­жении сопротивления или капитуляции. Кто-то уже убит. На территориях мало иерархов Обращенных, да еще таких, чтоб были выше альда Каллиеры. Тем более что если я сам не знаю — то кто же?..

— Во имя Леннара! — машинально воскликнул многоустый Акил, стискивая мощные кулаки и подно­ся их к лицу, так что под одеждой его выпукло и зримо прокатились бугры мощных мышц.— Ничего! Скоро все будет ясно, как глаза ребенка!

При имени бывшего вождя Обращенных бледный магистр Ихил вздрогнул и отвернулся.

Гареггин Исо от дверей Центрального поста подал сигнал, что вышибной заряд уложен и подготовлен к взрыву. Акил и его люди тотчас же нырнули в нишу, за которой находилась дверь так называемой реабилита­ционной камеры, мощная, звукоизолирующая, герме­тичная. Но даже тут был слышен глухой рев взрыва, а пол под ногами содрогнулся, и зазвенели у стены какие-то пробирки, расставленные в длинные полупро­зрачные ящики...

Недаром эрм Кериак-Йол, отвечавший за оружей­ные терминалы Академии, так противился примене­нию взрывчатки в качестве вышибного заряда для ата­ки Центрального поста. Последствия взрыва в самом деле были впечатляющими: взрывная волна прокати­лась по вспомогательному медицинскому отсеку, со­крушив на своем пути решительно все, разбив внут­реннюю переборку и разнеся всю аппаратуру. Мощ­ные вентиляционные трубы с идущими вдоль них ка­белями, спускающиеся с потолочного перекрытия зала, были сорваны и разве что не завязаны узлом. Те из гареггинов, кто самонадеянно остался в зале и из предосторожности лишь отдалился на безопасное (по их разумению) расстояние, в большинстве своем по­жалели. То есть пожалели те, кто выжил, тогда как, на­пример, молодому гареггину Иоару, участвовавшему в переноске взрывчатки, снесло голову, а несколько его чуть более счастливых собратьев оглохли. В иной ситу­ации рыжеволосый вождь сардонаров был бы взбешен таким нерациональным расходованием ценного чело­веческого материала, все-таки создать, подготовить и выучить гареггина — это сложный и трудоемкий про­цесс. Но сейчас любая цена не казалась запредельной, потому что на кону стояло обладание Центральным постом Корабля и — всем миром. «Вы идете на при­ступ последней твердыни мира,— в свойственной ему высокопарной манере сказал соправитель Грендам, оставшийся единолично править Горном и Ганахидой,— не посрамите же своей чести!»