Сердце розы - Озкан Сердар - Страница 24

Мамочка, мне так не хватает тебя… Ты ведь тоже по мне тоскуешь, правда?

Тогда приходи и забери меня отсюда. Я послала тебе адрес в четвертом письме.

Я знаю, ты придешь, ты жива… Ты должна на прийти… Если ты не придешь, то мне придется смириться с тем, что Иные сказали правду. Придется смириться с тем. что я никогда не увижу тебя в этом мире.

А в этом случае, чего бы то ни стоило, я приду к тебе сама.

Мэри.

— О господи, — прошептала Диана. — В четвертом конверте не было письма.

40

Диана позвонила госпоже Зейнеп, чтобы рассказать ей о письме Мэри, а потом обшарила весь дом в надежде найти исчезнувшее письмо. Она обыскала комнату мамы, все шкатулки и ящики, но письмо так и не нашлось. Ближе к вечеру зазвонил телефон.

— Здравствуй, Диана, — услышала она голос госпожи Зейнеп. — Удалось найти письмо?

— Нет. хотя я обыскала весь дом. Я тут уже схожу с ума… — не волнуйся гак. Не получив ответа от мамы, я думаю, Мэри снова попытается связаться с ней.

— Она не появлялась ни дома, ни в отеле. Не представляю, кто мог сказать ей о смерти мамы. Я так боюсь, что она сделает какую-нибудь глупость.

— Нет. нет, даже не думай об этом. Если она не сможет связаться с матерью, она, по крайней мере, позвонит мне, так что не беспокойся… Завтра я отправляю тебе посылку. Открой ее и. если появится Мэри, отдай ей. Возможно, это хоть немного ее утешит. Но пока попробуй еще поискать письмо.

— А может, его вообще нет?

— Но ты же говорила, что есть четвертый конверт. Если есть конверт, то должно быть и письмо.

41

Диана искала письмо еще два дня, но безрезультатно. Она даже ходила на могилу матери, чтобы спросить, где письмо, но так и не получила ответа.

Вернувшись домой, она прошла в библиотеку. Среди сотен толстых книг, стоявших на полках, она наконец отыскала «Маленького принца», которого часто читала в детстве. В прощальном письме отцу Мэри писала, что снова перечитала «Маленького принца», впервые за много лет. И утверждала, что книга показалась ей совсем другой. Интересно, так ли это? Может, Мэри права?

Диана сдула пыль с обложки и, усевшись прямо на пол, открыла книгу.

Два часа спустя она все так же сидела на полу, опираясь о стену, и размышляла о том, как изменилась книга. Потом потянулась к своему дневнику и записала:

Дорогая Мэри!

После стольких лет я только что снова перечитала «Маленького принца». Ты права, книга стала совсем другой.

Думаю, я тоже начинаю понимать, что значит «приручить розу». Но еще не факт, что у меня по лучится. В этом и есть различие между нами. Ты можешь приручить свою розу. Ты гораздо раньше меня поняла, что твоя роза утеряна и сделала все, чтобы найти ее. И ты приручила ее…

Знаешь, о чем я думаю, Мэри? Лучше бы отец забрал меня, а ты остаюсь с мамой. Из нас двоих ты больше заслуживаешь этого.

Теперь я понимаю, что мама не тебя мне доверила, а скорее меня тебе. Она знаю, что ты будешь нужна мне. Теперь и я это знаю. Именно поэтому ты должна прийти сюда. Ты снова должна поверить, что мы можем встретить маму и в этом мире. Ты должна понимать, что она с Господом, а Господь всегда с нами.

Вспомни, когда ты была маленькой… Помнишь, что ты ответим Иным? Когда они говорили, что твоя мама умерла, что она далеко, что ты не встретишься с ней в этом мире? Разве ты не верила, что есть другой ответ?

Так что же случилось? Почему ты вдруг изменяюсь? Неужели потому, что вдруг стала взрослой, как и я?

И все же я не теряю надежды, что ты найдешь меня здесь. Так подсказывает мне сердце. Оно говорит: «Мэри искала тебя задолго до того, кок ты начала искать ее».

Диана.

42

Едва она открыла дневник, как в дверь позвонили. Диана бросилась открывать.

Разумеется, это был почтальон Габриэль. В руках у него была огромная бандероль.

— Доброе утро, Диана. Для вас экспресс-доставка из Стамбула. Чье сердце вы похитили там?

— Надеюсь, мне это удалось, — ответила Диана, думая о госпоже Зейнеп.

Бандероль быта гак перевязана и стянута лентами. что больше напоминала мумию. Кроме того, Габриэль вручил Диане письмо.

Улыбкой попрощавшись с почтальоном, Диана вскрыла конверт.

Дорогая Диана!

В бандероли ты найдешь Сократа, а на его ветке венок Мэри, сплетенный из роз. Мэри считает, что услышит голос матери только после того, как услышит Сократа. Надеюсь, ее желание скоро исполнится.

И еще одно. Желтый Цветок просит тебя кое о чем. Она специально переработала одну из историй о Ходже Насреддине для Мэри и хочет, чтобы ты прочитало эту историю, когда вы обе наконец-то встретитесь. Когда Мэри услышит стихи Сократа, ей понадобится ключ, чтобы понять их, а ключ можно найти только в этой истории.

Ключ к сокровищу

Однажды Ходжа Насреддин потерях ключ к своему сокровищу. И хотя он мысках и свою улицу, и все соседние улицы, и даже дорогу, ведущею в деревню, ключа так и не нашел. Тогда он поэтах соседей, чтобы они помогли ему найти ключ. Они тоже обысках и все село, но ничего не нашли. Тот словно сквозь землю провалился. К счастью, никому из соседей пришло в голову спросить Насреддина:

— Ходжа, а ты уверен, что потерял ключ на улице?

— Нет, конечно, — ответах Ходжа. — Я уронил его в доме, но на улице светлее и легче искать.

Желтый Цветок говорит, что Мэри не следует искать к ключ к своему сокровищу вокруг себя, лучше поискать его в себе самой…

Или в ящике ночного столика у изголовья кровати.

Мы с Желтым Цветком от души благодарим тебя, моя дорогая.

Зейнеп.

43

Когда Диана наконец распаковала бандероль, оказалось, что Сократ был еще укутан серебристой материей. Диана бережно поставила вазу на стол, а потом, словно открывая статую, сдернула покрываю.

Сократ!

— О Боже, — прошептала Диана и упала на колени. — О Господи!

Она не могла отвести глаз от Сократа. Это был розовый куст с четырьмя черными розами.! Четыре черные розы!

Диана, онемев, смотрела на Сократа.

Четыре черные розы!

Она вскочила и подбежала к серебряной рамке, которую подарила ей мама. Потрогав четыре черные розы, украшающие ее, по одной в каждом углу, Диана перечитала стихи, выгравированные там:

Это не то, что ты думаешь.

Ты не теряешь меня.

С тобой говорю отовсюду,

Буду я рядом всегда.

Ее словно унесло в прошлое. Она вспомнила, о чем Мэри писала в своих письмах… Как Мэри сказала Иным: «Это не так». И слова, которые мама говорила ей во сне: «Ты не утратила меня». И как розовая роза сказала Мэри: «Твоя мама говорит с тобой отовсюду…»

Диана вспомнила дни, проведенные в саду. Вспомнила Артемиду и Мириам, которые переплелись в своей вазе, и в ушах эхом зазвучали отголоски их спора. Она вспомнила, о чем ей рассказывала госпожа Зейнеп. То, о чем писала Мэри и говорила госпожа Зейнеп. было очень похоже на стихи мамы.

Диана вспомнила, как увидела маму в голубых глазах госпожи Зейнеп. И сейчас ей казалось, что она снова смотрит ей в глаза. И это глаза ее мамы…

Диана вспомнила, как все спрашивала маму о ключе к своему «сокровищу» и как мама всегда отвечала, что у нее нет ключа. И еще все те сказки и истории, которые она слышала от нее в детстве… Истории Желтою Цветка… И те желтые розы, что принесла мисс Джонсон на могилу.

Каждая строчка стихотворения напоминала об одном из писем Мэри, и Диана чувствовала, что с каждым мгновением она все ближе к исчезнувшему письму.

«Это не то, что ты думаешь», — строчка напоминала первое письмо Мэри, когда она отвечала Иным: — Нет, это не так. «Ты не теряешь меня», — это второе письмо, где мама произносит то же самое во сне Мэри. А строчка «С тобой говорю отовсюду» относится к третьему письму, где об этом Мэри говорит розовая роза. Значит, четвертое письмо скрыто в последней строке.

Диана снова и снова повторила ее вслух.

— Буду я рядом всегда… Буду я рядом всегда…

Она вдруг умолкла, потом подошла к серебряной рамке, сняла ее со стены и повернула. В правом углу была маленькая замочная скважина. Она не ошиблась! Диана положила рамку па стол и побежала в свою комнату. Открыв ящик ночного столика, она дрожащими пальцами принялась перебирать какие-то 5у- маги, ручки, пока наконец не наткнулась на маленький ключ, приклеенный скотчем ко дну ящика.