Пес войны. Трилогия. - Трофимов Ерофей - Страница 162

Дункану повезло. Точнее, сработал наработанный годами профессионализм и опыт, который, согласно старой пословице, пропить невозможно. Увесистый агути вскоре шкворчал над костром, исходя жиром и умопомрачительным запахом. С лёгкой усмешкой на маловыразительном лице индеец поворачивал жаркое над углями, то и дело посыпая его какимито порошками.

Сидевшие у костра воины с интересом наблюдали за его действиями, откровенно исходя слюной. Вернувшийся Араб, подсев к костру, с интересом принюхался к мясу и, удивлённо посмотрев на проводника, спросил:

– Чем посыпаешь?

– Это наши индейские травы, – пожал плечами Дункан, продолжая поворачивать жаркое.

– Поделишься секретом?

– Вернёмся в деревню, там посмотрим, – без улыбки ответил проводник, повернувшись к нему.

Молча кивнув, Араб устроился поудобнее и принялся сосредоточенно наблюдать за его действиями, то и дело задавая вопросы. После ужина, развесив гамаки на деревьях, вся четвёрка устроилась спать.

* * *

Едва только в агентстве улеглась волна, поднятая похищением дочери сенатора, как на голову директора Сторма снова обрушилась новая неприятность. Несмотря на все его доклады о сложностях, связанных с очередным открытием проекта «Дикая энергия», он снова был вызван на доклад в Совет безопасности, который заседал в сильно усечённом составе. Едва увидев сидящего во главе стола сенатора Ливински, директор немного воспрял духом. Как ни крути, а сенатор буквально пару дней назад лично столкнулся с тем, что умеет бывший наёмник по кличке Араб. И теперь директор очень надеялся, что, благодаря этому неприятному знакомству, Ливински примет правильное решение. Однако сидевшие рядом с сенатором чиновники, которых Сторм знал только понаслышке, имели на этот счёт своё мнение, с порога принявшись устраивать директору разнос за некомпетентность. Не дослушав их вопли до конца, Сторм достал из принесённой с собой папки заранее приготовленный рапорт и, молча положив его на стол, продуманным жестом подтолкнул к Ливински.

Не ожидавшие от него такого жеста чиновники удивлённо переглянулись, замолчав на полуслове. С интересом покосившись на лежащий перед Ливински лист, один из чиновников поинтересовался:

– Что это?

– Судя по всему, это прошение директора Сторма об отставке, – тихим, почти безжизненным голосом ответил сенатор.

– Вот как? Что ж, если он сам пришёл к такому выводу, мы вполне можем удовлетворить его прямо сейчас, – с ходу повеселел чиновник, протягивая руку за документом.

Но Ливински опередил его, накрыв бумагу узкой, тщательно ухоженной ладонью. Медленно повернувшись к тянущемуся за рапортом чиновнику, он всё так же тихо прошипел:

– И кого же вы готовы поставить на его место? Кто у вас есть, чтобы обеспечить надлежащую безопасность целого региона?

– Ну, подходящую кандидатуру подобрать будет несложно, – начал чиновник, но сенатор не дал ему закончить.

– Вы слишком плохо владеете информацией, господа. Я и сам до определённого момента придерживался такого же ошибочного мнения. Но с определённого момента я понял, что знаю только то, что лежит на поверхности. Как ни крути, но мы слишком мало знаем. Перед вами, господа, единственный в стране человек, который понастоящему владеет информацией.

– Как вас понимать, сенатор? Вы не хотите принимать его отставку? – растерялся чиновник.

– Вы меня правильно поняли. Директор Сторм действительно знает, что там и как. Особенно о том, что касается интересующего нас проекта. А поэтому я предлагаю не шуметь, а просто внимательно его послушать. Рассказывайте, директор. Всё. Все ваши наработки, мысли, предположения, а главное – предложения.

Растерявшись от таких слов, Сторм на минуту застыл, собираясь с мыслями, после чего, откашлявшись, заговорил. Вся его речь сводилась к тому, что этот проект не просто опасен, а ещё и разорителен для страны, не только в финансовом плане, но и в плане человеческих ресурсов. С момента его запуска была потрачена огромная масса денег и погибло ещё больше людей, но на выходе не было даже крошечного результата. Деньги ушли, люди погибли, одного оборудования было потеряно больше чем на двадцать миллионов долларов. Короче, всё говорило о том, что этот проект проще признать неудавшимся и просто закрыть, как закрывались уже до него многие другие дела.

Внимательно выслушав этот спонтанный доклад, чиновники удивлённо переглянулись и, помолчав, вопросительно посмотрели на Ливински.

– Что вы предлагаете конкретно, директор? – помолчав, спросил сенатор.

– Полностью закрыть проект. С этой энергией всё настолько непонятно и нестабильно, что все наши аналитики, включая научный состав, просто не знают, что делать. Начнём с начала. Активировать эту энергию можно только при помощи специально обученного человека, так называемого посвящённого. Для всех остальных эта энергия смертельно опасна. Полный отчёт по этому поводу был направлен мною в совет ещё шесть лет назад, когда погибла профессор Макгрегор. Больше того, любая попытка выдернуть так называемых хранителей из их постоянной среды обитания может привести к столкновению с обитающими рядом реликтовыми расами. Местное население считает этих хранителей святыми и почитает, как святых. Думаю, никому не нужно напоминать, какой резонанс вызовет любое применение силы при захвате хранителя?

– С этим мы все согласны, но вы так ничего и не предложили, – задумчиво протянул один из чиновников.

– Как я уже сказал, проект обходится нам слишком дорого и его нужно закрыть. Вся проблема в том, что, продолжая упорствовать, мы теряем не только деньги и своих людей. Мы ещё и теряем вес среди вольных исполнителей. С нами давно уже не желают иметь дела любые солидные отряды наёмников. Если, конечно, эпитет «солидный» можно отнести к людям подобной профессии. Но тем не менее это так. И, что самое неприятное, даже полные отморозки уже начали требовать полной предоплаты своих услуг.

– Значит, вы настаиваете на закрытии проекта? – задумчиво спросил сенатор.

– Да, сенатор, настаиваю, – твёрдо ответил директор. – Мы не можем ни получать, ни контролировать эту энергию. Больше того, мы так и не смогли понять, как эта энергия действует на человеческий организм.

В кабинете повисла напряжённая тишина. Сенатор Ливински задумчиво двигал лежащий перед ним лист бумаги из стороны в сторону. Чиновники почтительно молчали. Мешать размышляющему начальству не полагалось. Помолчав несколько минут, сенатор внимательно посмотрел на Сторма и задумчиво произнёс:

– Всё то, что вы сейчас сказали, соответствует действительности, но закрывать проект сию минуту мы не станем. Как не станем и выдёргивать хранителя из джунглей. Мы поступим подругому. Затребуем у военных передвижную лабораторию и роту солдат для прикрытия. Вы обеспечите экспедицию специалистами и оборудованием. Вашим оборудованием.

– И что дальше? – не понял Сторм.

– А дальше ваши люди отправятся в Колумбию и будут изучать хранителя прямо на месте. Мы должны получить хоть чтото. Понимаете, директор, должны? И ещё: все данные по этому вашему наёмнику отправьте в архив с грифом «особо секретно». Хватит дразнить этого зверя. Слишком чревато.

– Вы снова хотите рискнуть людьми и оборудованием? – спросил Сторм.

– Я же сказал, камень никто трогать не будет. Нас интересует только хранитель, – ответил сенатор с заметным раздражением.

– Но я же сказал: как только там появятся военные, сразу вспыхнут беспорядки. Кроме того, это территория чужого государства, а это будет означать вмешательство во внутренние дела.

– А кто вам сказал, что солдаты пойдут туда в нашей форме и со знаками различия? Их переоденут в наёмников. Мы проведём эту операцию под грифом борьбы с наркотрафиком. Не думаю, что правительство Колумбии будет сильно возражать против такой постановки вопроса. Это всё, директор. О готовности транспорта и солдат вам сообщат, – закончил сенатор, жестом отпуская директора.

Понимая, что спорить и чтото доказывать бесполезно, Сторм медленно поднялся, вежливо кивнул всем присутствующим и покинул зал. По крайней мере он сумел добиться хотя бы того, что охоту за Арабом и его семьёй прекратили. И дело тут было вовсе не в его хорошем отношении к наёмнику, а в том, что директору надоело терять людей. Сев в машину, директор испустил долгий, тяжёлый вздох и, приказав водителю ехать в агентство, принялся размышлять. Очередной приказ сильно удивил и насторожил его. Как старый, опытный волкодав, он просто нюхом чуял, что пропажа ранее отправленных в Колумбию наёмников – не просто случайность. Они могли нарваться на команду какогото наркобарона, перевозившего очередную партию кокаина от лаборатории к месту продажи. Вполне возможно, что их попросту вырезали местные индейцы, которым притеснения, терпимые от белых подонков, давно уже стоят поперёк горла. Всё это вполне может быть, но при любом раскладе они успели бы подать сигнал бедствия.