Сила разума - Николаичева Екатерина Александровна - Страница 61

— Да с какой это стати? — То же самое было написано и на лице Хэйтэна.

— На это есть две причины, — хмыкнула девушка, опуская взгляд. — Первая… Как ты думаешь, к кому первому обратится архимагистр с вопросом, куда подевалась такая компания учеников?

— А я спал, — нагло улыбнувшись, возразил Мир.

— Да, но кто тебя знает… лично я не чувствую к тебе доверия. Не знаю, как остальные…

И, словно по команде, все подозрительно уставились на Мира. Последнего перекосило.

— Ну и вторая причина — без тебя у них, — кивок в сторону четверки, — ничего не выйдет. Я знаю, все обернется прахом. — И замолчала.

Молчал и Мир. Но недолго. Улыбнулся так, как не улыбался еще никогда, — просто по спине у всех, включая провидицу, пробежали мурашки.

— А мне плевать!

— Ну еще чуть-чуть… ну еще! Давай же! — подбадривала Эно.

— Не получается, крепко, гад, уцепился!.. — пыхтел Хэйтэн.

— Да еще защита у него хитрая, — мрачно поддержал Ниам, чем-то сильно заинтересованный.

— И главное — какой упертый! — в восхищении добавил Амит.

Рядом стояла Кэрин и скорбно взирала на происходящее: уцепившись за косяк и явно используя для этого магию, в воздухе висел Мир. Почему висел? Так ведь за ноги его тянула внушительной толщины и силы свитая из мерцающего воздуха веревка. Кроме всего прочего, на подкладке его мантии оказалось столько защитных хитроумных рунных связок, что ломающий над всем этим голову Ниам уже забыл в общем-то, что целью их мероприятия было оторвать Мира от косяка, который он неожиданно так сильно «возлюбил». При этом Эно и Хэйтэн не скупились на возгласы и проклятия, и только благодаря вовремя поставленному Амитом звуковому барьеру напополам с прикрывающей магические выбросы сферой здесь не оказалась вся ШМИ разом.

Но Мир все не поддавался. Девушка страдальчески на это смотрела. В своих видениях ничего подобного она не помнила. Притом Хорна утверждала, будто Кэрин видит все варианты. А впрочем, ее видение начиналось не с этого места. Чуть позже, наверное… В ее варианте Мир был с ними, а уж как он на то согласился — не объяснялось. Девушка схватилась за виски. Как все запущено, неужели здесь не найдется ни одного достаточно разумного индивидуума?

— Поддается! Вроде поддается! — радостно воскликнул Хэйтэн. — А, леший, вот опять зацепился!

И тут происходящее увлекло и Кэрин. Она смотрела чуть со стороны и заметила то, на что не обращали внимания остальные: Мир постепенно, но уверенно сползал на пол. А это значит… Додумать она не успела, так как парень таки достиг пола. После чего, уверенно накарябав там пару рун, избавился от веревки и встал, вскинув руки вперед.

— Объявляю переговоры! — поспешил он пресечь новые поползновения со стороны Хэйтэна.

Все заинтересованно замолчали. Парень страдальчески наморщил лоб.

— Я… я пойду с вами, — сказал он так, будто бы взвалил на плечи пудовый мешок. И тут же злорадно усмехнулся: — Но при одном условии… — Он пристально посмотрел на Хэйтэна.

Эно встрепенулась, шевельнула губами и тут же скривилась — прочитать мысли Мира не удалось. Но ничего, она у Хэйтэна послушает…

Хэйтэн долго непонимающе и даже несколько потрясенно разглядывал Мира. Затем медленно кивнул. Мир торжествующе улыбнулся. Эно попыталась залезть в голову друга, но получила невразумительный свист, выводящий похабную мелодию. И в возмущении уставилась на Мира. Тот состроил невинную физиономию…

— Так мы идем или нет? — чувствуя, что теряет терпение, поинтересовалась Кэрин.

И удостоилась от высокомерного насмешливого взгляда каре-зеленых глаз.

— Конечно нет! — Но тут же Мир перебил возможные возмущения: — Мне нужно собрать вещи…

— Что ты так долго? Ну вот скажи, что ты там с собой берешь? — взвыл Хэйтэн над ухом в который раз, а я, дабы он наконец-таки заткнулся, решил ответить:

— Ну вот, к примеру, запасные носки. — Я махнул последними.

— Зачем?

— Ну как же, для смены, пока я буду стирать первые.

Молчание.

— Ты стираешь носки?

— Ну да, а что?

— Но ведь для этого есть подходящее заклинание.

— Ах да, верно. Привычка просто.

— И для сушки есть заклинание!

— Ну значит, если порвутся, то сменю, пока буду штопать.

— Ты их еще и штопаешь?

— А тут что тебе не так?

— Но и для этого есть заклинание!

— Э-э-э… а если они так порвались, что зашить невозможно?

— Убедил. Но зачем тебе остальное?

— Под остальным ты что имеешь в виду?

— Вот эта травка! Да она на каждой обочине растет!

— Да, но сушить ее будет некогда.

— Для этого есть подходящее заклинание.

Тут я не выдержал.

— А для денег что, тоже есть подходящее заклинание?! — Я в ярости тряхнул перед носом у этого мага мешочком с золотом, вытащенным из тайника.

— Ого! — Хэйтэн округлившимися глазами сразу определил, что там у меня не медь, а золото. — Мне папаня и за два года столько на расходы не дает. Ты все берешь с собой?

— Что я, дурак? — дернул плечом я.

Отсыпал нужное количество и вернул мешочек на место.

— Да, жаль, — кивнул грустно Хэйтэн.

— Чего тебе жаль? — подозрительно покосился на него я.

— Да так, ничего, — задумчиво ответил этот нахал.

И ведь соврал паршивец, как пить дать — соврал…

Про деньги стоит начать отдельный разговор. Пожалуй, многим удивительно то, что, появившись здесь с такой кучей денег, я не стал швырять ими направо и налево. Хотя стоит вспомнить тот детский случай бахвальства перед Дионом во время поступления. Но вернемся к деньгам. Наверное, все дело в том, что я слишком привык к тому, что они мне не нужны. Ну скажите, зачем в деревне, а тем более в лесу, деньги? Здесь было чуточку иначе, однако в то же время я знал, что денег бывает мало и что они имеют свойство кончаться быстро.

Нет, не то чтобы я экономил, нет. Но и не шиковал, тратя их только на действительно нужные вещи. Стоит, наверное, расписать, как обычно я провожу выходные.

Позавтракав в ШМИ, я, как правило, направлялся на главный рынок, этакий безумный мир торговли, и делал там все, что необходимо: отдавал сапожнику сапоги для починки, совершенно забывая при этом, что есть подходящее бытовое заклинание, покупал взамен износившейся одежды что-нибудь новое, заходил в лавку к травнику пополнить запасы, любовался рядами оружейников, заглядывал в магазинчики магов, иногда выбирая амулет по душе, а потом нещадно экспериментировал с ним. Ей-ей, видел бы создатель амулета, что я вытворяю, повесился бы! В общем, весело проводил время, после чего, утомленный шумом, заскакивал в уже привычную забегаловку, где тепло и уютно, и заказывал пива (но не более одной кружки), после чего порой заскакивал в заведения определенного предназначения. Чаще всего бывал в городском парке — хотя, когда листья опали, перестал.

Но даже в выходные я находил время для своих исследований. Я говорю о малой дворцовой площади. Кстати, стоит пояснить планировку самого города. Центральная часть, так сказать, золотая, принадлежала дворянству, влиятельным магам, военачальникам и богатым людям. Дворец короля стоял не в самом центре, а прямо на границе между золотой и серебряной частями, причем один из его фасадов выходил на золотую, а другой — на серебряную. Также на золотой части располагалась Главная дворцовая площадь, а на серебряной — Малая. Кстати, на серебряной проживали зажиточные ремесленники, купцы, маги среднего порядка, достаточно богатые горожане и так далее. Ко всему прочему, в этой части города находилась ШМИ. Вернее, как бы посередине, мол, не только дворяне могли туда поступать. Ага-ага… В медной части города жили бедняки и прочая публика, не столь зажиточная, что в серебряной.

Не знаю, как там Главная площадь, но Малая была прекрасна. Дворец с этой стороны не представлял ничего особенного — так, изящная громадина, с безлюдными балконами и переходами. С этой стороны за дворцом следили, но не особо тщательно, даже камень кладки кое-где пообвалился. Но всю прелесть площади составляли фонтаны. Огромные, изящные, с замысловатыми фигурами, с тоннами искрящейся воды, низвергающейся вниз. Среди них были не только большие, но и маленькие, размером с колодец, в котором можно было любоваться собственным отражением.