36 рассказов - Арчер Джеффри - Страница 119

— Значит, ресторан?

— Нет, я буду работать на «Триумфе».

Шеф уставился на него, силясь понять: не то проблема в его английском, не то мальчишка смеется над ним.

— Что это такое — «Триумф»?

— Там делают автомобили.

— Ты собираешься делать автомобили?

— Ну, не то чтобы делать автомобили… монтировать колеса.

— Ты будешь ставить автомобили на колеса? — спросил шеф, не веря своим ушам.

— Нет, — рассмеялся Марк. — Скорее колеса на автомобили.

Шеф-повар по-прежнему смотрел на него в недоумении.

— А, так ты будешь готовить еду для автомобильных рабочих?

— Нет. Я же сказал: монтировать колеса, — повторил Марк, медленно и отчетливо произнося каждое слово.

— Это не есть возможно.

— Нет, это возможно, — отозвался Марк. — Я ждал целый год, чтобы доказать, что это возможно.

— Если я предложу тебе работать моим ассистентом, ты передумаешь? — спросил шеф доверительно и вполголоса.

— А почему?..

— Да потому, что у тебя талант, в этих твоих пальцах. Со временем, я думаю, ты станешь шеф-поваром. Может быть, даже хорошим шеф-поваром.

— Нет, спасибо. Я поеду в Ковентри, к своим приятелям.

Шеф-повар пожал плечами: тем хуже. И вернулся к говяжьей туше. Но когда его несостоявшийся протеже вышел через вращающуюся дверь кухонного зала, он, бросив взгляд на тарелки с копченой лососиной, буркнул: «Загубленный талант».

Марк запер свою комнатушку, выбросил в мусорную корзину настенный календарь и вернулся в гостиницу, чтобы сдать спецодежду кастелянше. Теперь оставалось только вернуть ключи от комнаты помощнику главного администратора.

— Вот твоя зарплата за последнюю неделю, твои карточки и справка об уплате подоходного налога. Да, кстати: шеф-повар просил передать, что с радостью даст тебе рекомендательное письмо. Не стану врать, будто такое случается каждый день.

— Там, куда я еду, оно мне не понадобится, — сказал Марк. — Но все равно спасибо.

Он быстрым шагом направился к вокзалу, помахивая небольшим потертым чемоданчиком, но вскоре поймал себя на том, что идет с каждой минутой все медленнее и медленнее. Добравшись до вокзала Юстон, Марк побрел к седьмой платформе и принялся ходить взад-вперед, поглядывая время от времени на большие часы. Он проводил взглядом сначала один, а затем и второй поезд, отправлявшийся в Ковентри. Становилось все темнее, и дневной свет уже едва просачивался сквозь стеклянную крышу опустевшего кассового зала. Марк резко повернулся и решительно направился обратно. Если он поторопится, то сможет добраться до гостиницы вовремя, чтобы принять участие в приготовлении сегодняшнего обеда.

Марк учился у Жака ле Ренэ пять лет. За овощами последовали соусы, за рыбой — птица, за мясом — десерты. После восьми лет работы в «Савое» он получил место второго шеф-повара и столько почерпнул у своего наставника, что завсегдатаи ресторана уже не могли сказать с уверенностью, когда именно у мэтра ле Ренэ бывает выходной. Еще через два года Марк получил статус шефа, а когда в 1971 году Жаку предложили вернуться в Париж и взять в свои руки кухню отеля «Георг Пятый», заведения столь же знакового для Парижа, как универмаг «Хэрродс» для Лондона, то Жак согласился при одном условии: Марк поедет вместе с ним.

— Только учти, что это — в другую сторону от Ковентри, — с усмешкой предостерег он юношу. — И притом имей в виду, что они обязательно предложат тебе мое место в «Савое».

— Я, пожалуй, все-таки поеду с вами: а иначе эти лягушатники так и не узнают вкуса приличной еды.

— Эти лягушатники, — заверил Жак, — всегда будут знать, когда у меня выходной день.

— Ну да. И в этот день уж точно будут заказаны все столики, — со смехом сказал Марк.

Прошло совсем немного времени, и парижане валом повалили в «Георг Пятый», но не в гостиницу, чтобы дать отдых усталым телам, а в гостиничный ресторан, дабы насладиться искусством двух шефов.

Когда Жаку исполнилось шестьдесят пять лет, у администрации «Георга Пятого» не возникло проблем с поиском его преемника.

— Первый англичанин, который станет шеф-поваром в этом ресторане, — провозгласил Жак, поднимая бокал шампанского на своем прощальном банкете. — Кто бы мог подумать! Конечно, тебе придется изменить написание своего имени, чтобы оно выглядело достаточно французским.

— Этому не бывать, — сказал Марк.

— Бывать, бывать. Потому что я рекомендую тебя.

— Но я отказываюсь от такой чести.

— Быть может, ты все еще хочешь ставить автомобили на колеса? — насмешливо спросил Жак.

— Вовсе нет. Дело в том, что я приискал маленький ресторанчик на Левом берегу. Моих-то сбережений вряд ли хватит, а вот с вашей помощью…

«У Жака» открылся на рю дю Плезир 1 мая 1982 года. Прошло совсем немного времени, и некогда постоянные клиенты «Георга Пятого» переместились с Правого берега на Левый.

Ресторан приобрел еще более широкую известность, когда оба шефа оказались в числе зачинателей новой французской кухни. Теперь столики приходилось заказывать за три недели, и исключение делалось только для кинозвезд и членов правительства.

Когда ресторан «У Жака» был удостоен третьей звездочки в каталоге «Мишелин»,[41] Марк, с благословения Жака, открыл второй ресторан. Ни пресса, ни знатоки так и не смогли решить, которому из двух заведений следует отдать предпочтение. Широкая публика, впрочем, не видела между ними особой разницы, судя по тому, с каким трудом удавалось заказывать там столики.

Когда в октябре 1986 года на семьдесят первом году жизни Жак умер, ресторанные обозреватели принялись самонадеянно рассуждать, что теперь-то уровень этих заведений обязательно упадет. Год спустя те же самые журналисты вынуждены были признать, что уроженец города, расположенного где-то в центральной Англии, название которого они не в состоянии выговорить, безусловно, входит в пятерку лучших шеф-поваров Франции.

После смерти Жака Марк почувствовал, что его все сильнее и сильнее тянет на родину. Прочтя как-то в «Дейли телеграф» о строительном проекте в районе рынка Ковент-Гарден, он связался с агентом по продаже недвижимости, намереваясь уточнить кое-какие детали.

Третий ресторан Марка был открыт 11 февраля 1987 года в самом центре Лондона.

Все эти годы Марк часто бывал в Ковентри, навещая родителей. Однако вытащить хотя бы одного из них в Париж ему никак не удавалось, несмотря на то что отец давно уже ушел на пенсию. Теперь, открыв ресторан в родной столице, он надеялся, что все-таки сможет соблазнить их своими кулинарными достижениями.

— А зачем нам ехать в Лондон? — говорила его мать, накрывая на стол. — Ты и так готовишь для нас, когда приезжаешь домой, а о твоих успехах мы читаем в газетах. Да к тому же у отца больные ноги…

— Что это такое, сын? — спросил отец несколько минут спустя, когда на столе появились котлеты из бараньей мякоти и к ним на гарнир морковь мини.

— То, что называется «новая кухня».

— Неужели люди платят за это хорошие деньги?

Марк рассмеялся и на следующий день приготовил ланкаширское баранье рагу — любимое отцовское блюдо.

— Вот это настоящая еда, — сказал отец, попросив добавки во второй раз. — И я прямо скажу тебе: ты готовишь почти так же хорошо, как твоя мать.

Через год «Мишелин» опубликовал очередной список ресторанов, получивших заветные три звезды, и «Таймс» на первой полосе известила своих читателей, что «У Жака» стал первым рестораном Великобритании, удостоенным такой чести.

Наконец родители Марка согласились приехать в Лондон отпраздновать это событие — не раньше, впрочем, чем Марк отправил им телеграмму с обещанием, что окончательно и бесповоротно отказывается от мысли работать на заводах «Бритиш Лейланд» — крупнейшей автомобильной компании. Он послал за родителями машину и поселил их в люксе «Савоя», а на вечер зарезервировал для них столик в своем ресторане.

41

Авторитетное издание, определяющее рейтинги ресторанов и гостиниц. Три звездочки в классификации Мишелин — знак высшего качества заведения: «Исключительная кухня; заслуживает специального посещения».