- Щабельник Виктория "Тера" - Страница 93

   - С ней все будет в порядке, - возразил Алекс, подхватывая меня на руки и двигаясь прочь от опасного места.

   - Эй, народ, - обратил на себя наше внимание кэп, - не хочу вмешиваться в вашу идиллию, но как на счет сокровищ?

   - Иди к черту! - прорычал Марк.

   - Нет, я серьезно. Что, все это было зря? И где хотя бы тот камень? Хотелось бы хоть что-то получить в виде моральной компенсации.

   Проигнорировав не в меру корыстного кэпа, наша группа поспешила вниз, к океану. В то же самое время из кратера вырвалась громадная туча пепла и мелких камней. Резко потемнело, стало трудно дышать. Теперь наша жизнь зависела лишь от скорости и изрядной доли везения.

   Но нам не повезло. Новый толчок разорвал под нами землю пополам, разделяя нас с Марком и кэпом. Земля двигалась, словно живая.

   - Твою мать! - Проскрежетал зубами Алекс. Мы видели, как кэп с усилием оттаскивает Марка от расщелины, не позволяя тому сделать роковой прыжок. Он что-то кричал, но сквозь нарастающий гул было трудно что-либо разобрать.

   - Самолет на той стороне. Нам не выбраться, - в голосе Тимура послышались нотки паники.

   - Придется на корабле. Другого выхода нет.

   - Надеюсь. Это быстрый корабль, - заметил Тимур, - очень-очень быстрый.

   Теперь небольшой остров, который можно было бы обойти за несколько часов, казался нам огромным. На каждом шагу нас поджидали препятствия, которые могли стоить всем жизни. Новый грязевый поток обрушился с вершины и мы ускорили движение, насколько это вообще было возможным.

   - Алекс, я могу идти сама. Ты устал, - мужчина проигнорировал мои слова на его висках и над губой выступили капельки пота, но я настояла.

   - Мы погибнем оба!

   Меня поставили на землю, схватили за руку и потащили вслед за Тимуром. На бегу Алекс сорвал с себя ставшую от пота и копоти черной рубашку, под которой я увидела бронежилет. Вскоре он также последовал за рубашкой.

   Расстояние до судна казалось бесконечным. Я спотыкалась, меня поднимали и я снова бежала вперед. Горло саднило, глаза слезились, меня душил кашель, и я уже не видела, куда бегу. И если бы не Алекс, настойчиво тянущий меня вперед, не знаю, смогла бы я сделать еще хотя бы шаг.

   К берегу мы выбрались порванные, окровавленные, задыхающиеся от бега и пара, наполнявшего наши легкие. Вулкан мог извергнуть лаву в любой момент.

   - Быстрее, на борт! - распорядился Алекс и передал меня на руки Тимура, сам став за штурвал.

   Казалось, время растянулось пока судно набирало ход. Мы плыли прочь от острова, ставшего для кого-то могилой, а для кого-то крахом надежд.

   Огромная гора сотряслась от страшного грохота, над ней в небо взмыл столб дыма и пепла, каменный дождь снова обсыпал склоны гор. Несколько мелких упали на палубу. Тимур подобрал один из них и издал изумленный возглас. Почему-то в этот момент, я не удивилась, увидев в его руках грязно-серый камень, который стоил миллионы.

   - Ну, вот мы и нашли твои сокровища, папа, - прошептала я, прикрывая глаза, - неужели все зря?

   - Они выбрались, я верю в это. Ты же знаешь, Марк не сдается.

   - Я знаю...

   Сквозь темные тучи пепла я увидела "белую птицу" взлетевшую над островом и устремившуюся от него прочь. И меня беспокоила мысль: кому из них двоих удалось спастись? Кэпу или Марку? Или им обоим? И все же, я надеялась, что мой Призрак выжил и когда-нибудь я снова увижу его. Потому что, нет ничего важнее надежды.

Эпилог

   - Почему? - я положила голову Алекса себе на колени. - Почему ты позволил ему выстрелить в тебя?

   Прошло несколько дней, а события на острове все еще не давали спокойно спать по ночам. Я знала, что теперь обрела свой собственный нескончаемый кошмар, и даже не пыталась с этим бороться. Слова папы про нашу с ним схожесть, убийство одного из бандитов изменили мое отношение к жизни. Я стала совсем другой.

   - Он твой отец, - ответил Алекс, бросая на меня хмурый взгляд, - я бы никогда не смог причинить тебе такую боль. Да и ты бы никогда не простила убийцу отца.

   Его рука потянулась к моей щеке, и я почувствовала едва уловимое прикосновение. Лицо, как и тело, все еще болели от побоев, но я не позволяла себе зацикливаться на этой боли.

   Мы находились в огромном номере отеля, который Алекс снял, едва мы вернулись домой. Первые сутки кровать королевских размеров вызывала лишь одно острое желание - прилечь и как следует отоспаться. Но спустя какое-то время все переменилось. Я уже давно осознала, какое важное место занял в мой жизни Алекс. Недоверие, подозрение покинули меня, осталась злость на саму себя и отчаянное чувство бессилия хоть что-то изменить и исправить. Я менялась, не желая этого, отчаянно боясь превратиться в своего отца.

   Словно угадав, что меня тревожит, Алекс тихо произнес:

   - Он был болен и не ведал что творил.

   - Именно так я все объяснила Тимуру. Я и сама это знаю, но мне не легче. Я прочитала его досье. Да, именно то, которое ты приказал уничтожить Севе. Но он не смог мне отказать. У папы была шизофрения. Но он всегда отдавал себе отчет в своих действиях. И полным безумцем он не был. Скорее, социопатом, погруженным в мир галлюцинаций и горячечного бреда. И история со Странником стала для него роковой. Управлял ли действиями моего отца бездушный камень? Заставлял ли идти на поступки, от которых стынет в жилах кровь? Мне хотелось верить, что да, просто потому, что иначе пришлось бы думать о плохой наследственности.

   - Не думай об этом. Ты же знаешь, что все закончилось. Контора никогда точно не узнает, что же произошло на острове. Им придется довольствоваться моими отчетами. А так же заявлением об увольнении.

   Для меня это стало новостью, и я с живостью посмотрела на Алекса.

   - Видишь ли, я собираюсь жениться. А моя невеста не хочет, чтобы я был замешан в темных делах.

   - А твоя невеста знает, что она скоро станет женой?

   - Боюсь, что это я как-то упустил из виду.

   Алекс поднялся и поправил рубашку. Затем извлек из кармана небольшую коробочку и протянул мне:

   - Я плохо представляю что говорят в таких случаях. Никогда раньше этого не делал...

   Вид смущенного Алекса вызывал чувство, близкое к умилению. Я ощущала какую-то детскую радость, мне хотелось засмеяться, но я боялась его обидеть и оттолкнуть, потому что больше всего на свете хотелось, чтобы он продолжал.

   - Елена! Будь моей женой! - вот так просто, и без прикрас.

   Мне вручили коробочку, и, сделав глубокий вздох, я ее открыла. На темной подушечке из бархата в свете утренней зари множеством граней переливался дымчато-серый бриллиант. Он не был двойником Странника и имел куда меньший размер, но взяв его в руки, я почувствовала, что погружаюсь в Тайну. Я удивленно посмотрела на Алекса:

   - Помнишь камень, который подобрал Тимур? Я еще раз осмотрел судно и нашел несколько алмазов разных размеров. Они и на алмазы-то не были похожи. Без огранки простые булыжники. Мы решили, что вот этот самый красивый и тебе понравится.

   - Мне нравится, - шепнула я, завороженная блеском камня. Он мне пел, и я слушала его чарующую мелодию.

   - Значит, ты согласна? - было странно и непривычно видеть на лице Алекса это выражение робости и надежды. Я не могла ответить, просто кивнула и заплакала.

   Контора нас не отпустила. Нет, на этот раз к нам не подсылали убийц. Они действовали другими методами. Они выжидали. И оказались правы. Потому что ни один Искатель не может просто перестать им быть. Отец был прав, в этом мы с ним были схожи. И если я не собиралась однажды проснуться посреди ночи в незнакомом месте, или сойти с ума, от чувства, которое он называл жаждой, я должна была делать то, на что оказалась способной. Мне хотелось, чтобы моя жизнь чего-то стоила, хотелось доказать, что я не такая, как мой отец. Поэтому однажды мы с Алексом вернемся туда, откуда сбежал мой отец. Но уже на наших условиях.