Ларец Душ - Флевелинг Линн - Страница 90

- Ну да, как сейчас, когда всем наплевать на бедняков, подыхающих от сонного мора.

- Да, весьма похоже. Впрочем, и беднякам из бедняков, сдаётся мне, не так уж много дела до того, что творится у богатеев. Пропасть слишком уж глубока. И немногим довелось побывать по обе её стороны, как нам с тобой.

Они навестили того продавца камней с Улицы Порося, на которого указал Теро, но торговец, кажется, не имел никаких дел с каким-либо непонятным народцем.

- А много людей купило у Вас вот такие вот камушки? — поинтересовался Алек, показав торговцу кристалл, выкупленный у мальчишки из Ринга.

- В основном это маги, да нечистые на руку ювелиры, — торговец внимательно изучил камень. — Нет, это не мой. По правде сказать, он лучше любого из тех, что имеются у меня. Если его огранить, то можете запросто выдать за цитрин или берилл. Или даже за желтый сапфир.

- А не знаете, кто ещё торгует такими? — спросил Серегил.

- Только госпожа Элейн с Улицы Вала.

Туда они и направили свои стопы, но это тоже оказался тупик. Как и прошлый продавец, женщина была уверена, что непременно запомнила бы, если бы продала камень такой чистоты кому-то, подходящему под описание вороны.

- Получается, они могли привезти их с собой, откуда бы они там ни были?

- Или купить у уличного лоточника на любом из рынков, — со вздохом ответил Серегил.

В Оленя вернулись как раз к ужину, и обнаружили в кухне дожидающегося их Микама. Тот приехал, одетый для ночного ремесла: в домотканом платье, в забрызганных грязью сапогах. У ног его валялся небольшой мешок с вещами. В усах и гриве тронутых сединой рыжих волос ещё поблескивали бисерины дождевых капель.

Прихватив еду, чтобы поужинать без посторонних, они отправились наверх, и Серегил изложил обстоятельства относительно сонного мора и поведал про утрату Мирриции.

- Да упокоит Астеллус её с миром, — грустно сказал Микам. — Если эти вороны — те же самые люди, что атаковали бедняков Нижнего Города, то сюда их, должно быть, выгнал коратанов карантин?

- Похоже на то. В то же время, Кепи впервые обнаружил их именно здесь, — Серегил рассеянно постучал оловянной ложкой по краю нетронутой миски с супом.

— Нам следует послать кого-то понаблюдать за храмом на улице Жёлтого Угря. Если та маленькая предательница, что навела нас на засаду, действительно, менялась с ними, она должна объявиться там.

- А мне бы хотелось всё же потолковать с тем стариком. Ужасно хочется знать, как ему удалось так меня прокатить.

- Итак, что конкретно делать? — спросил Микам, когда приступили к вину.

Увидев знакомый азартный блеск в глазах старого друга, Серегил улыбнулся. Когда же Алек и Серегил обрисовали Микаму весь клубок проблем касательно воронья и дворян-заговорщиков, тот оживился ещё больше.

- Короче, мы с Алеком идём в Ринг?

- Я тоже периодически буду ходить с тобой, но по крайней мере один из нас с тобой должен быть обязательно. И только днём, — отвечал Серегил. — И мне бы хотелось, Микам, чтобы ты, пока ты не при делах, сидел бы тут, незаметно. Нас же с Алеком должны видеть в городе и на Улице Колеса.

Микам достал свою трубку и взял кисет, чтобы закурить:

- Всё прекрасно меня устраивает.

Дождливая погода продержалась ещё несколько дней. Один Серегил с Алеком посвятили посещению Дворца, куда были приглашены с визитом к Элани, а последовавшей за тем ночью обшаривали дом Кирина в поисках свежих улик. В потайной комнате у Кирина прибавилось золота, однако новых шифровок больше не оказалось. Видимо, Клиа удалось пресечь это, по крайней мере на данный момент.

Кепи отправили наблюдать за храмом у Морского Рынка, на случай, если там объявится с сонным мором тот парнишка, который менялся со стариком, или кто-то ещё. Так, под нависшей над нищим районом угрозой карантина, Алек с Микамом и совершали свои вылазки в Ринг. Алек ходил в прежнем своём наряде нищенки, Микам же вполне соответствовал легенде, нарядившись в потёртый солдатский китель, и с повязкой на одном глазу. И хотя им удалось разыскать ещё несколько человек, по преимуществу ребятишек, которые заявили, что якобы имели дело с вороньём, но ни одного, похожего на того, кто был им нужен, они так и не застали. Один из ребят общался со старухой со странным поясом в побрякушках, старика же не видел никто. Поговаривали о молодой девице в драном платье, а также о хромом парне на костылях, но большего никто поведать не смог, сколько они ни расспрашивали. И, подавно, никто не помнил высокого с мечом, ошивавшегося где-нибудь неподалёку.

Вскоре на Улице Колеса объявился Кепи с вестями про парнишку, похожего по описанию на того, у которого Алек выкупил свой жёлтый кристалл. Мальчика принесли в храм на Улице Желтого Угря, а с ним и многих других.

- Торговцы с площади из-за этого уже все на ушах, — сообщил Кепи, по обыкновению уплетая полученную на кухне еду под присмотром обожающей его кухарки. — И с каждым днём всё громче крики про карантин, потому что народ начинает обходить местные лавки стороной.

- Тогда нам лучше поторопиться, — сказал Серегил.

Когда же Алек с Серегилом прискакали к храму, то обнаружили, что он взят в кольцо толпой разгневанного народа, орущего на жрецов и насмерть перепуганных служек.

- Вы же знаете, что мы не в состоянии остановить эту болезнь, — кричал в ответ верховный жрец. — Милостью божией, люди добрые, дайте им хотя бы упокоиться с миром!

Протиснувшись сквозь толпу, они вошли внутрь. Когда они оказались в храме, Алек покачал головой, оглядев уложенные вдоль стен ряды всех этих уснувших бедолаг с безучастными выражениями на лицах. Парнишка, у которого он купил камень, лежал на соломенном тюфяке возле самой двери.

Алек разыскал дежурного дризийца.

- Разрешите, пожалуйста, взять пару ваших служек, Брат. Мне нужно послать весточки.

Двое юношей были немедленно отправлены: один с посланием для Валериуса, другой — к Теро.

А Алек с Серегилом, тем временем, для пользы дела, решили осмотреть больных на предмет каких-нибудь отметин или ещё чего-нибудь особенного.

- Нашёл кое-что, — сообщил Алек, опустившись на колено возле одной из маленьких девочек. — Видишь, кто-то отрезал ей сзади клочок волос? И ещё у некоторых из здешних малышек я видел то же самое.

Он обернулся к дризийке:

- Вы не замечали подобное у других больных, которые прошли через ваши руки?

- Нет. Но мы занимаемся недугом, а не волосами.

- Алек, посмотри-ка! — Серегил указал на малышку в дальнем конце комнаты.

То была золотоволосая дочурка прачки и мать её была с нею. Девочка всё ещё была жива.

- Она уже протянула на несколько дней дольше, чем мы рассчитывали, — в надежде заметил Алек.

- И всё же нельзя быть ни в чём уверенным до конца, — с сомнением отозвался Серегил.

Маг и дризиец приехали в течение часа.

Толпа росла, однако перед Валериусом уважительно расступилась.

Мантия Теро была изрядно помята, да и сам он выглядел осунувшимся.

Ему хватило одного взгляда на помещение, чтобы оценить обстановку:

- Ваш гонец рассказал мне кое-что о том, что произошло, но это! Только посмотрите на малышей!

- Я говорил со жрецами, — сказал Серегил. — По крайней мере половину из них видели, как они менялись с воронами. Полагаю, тут всё же, скорее, магия, а не просто болезнь. Либо, как вариант, магия, вызывающая недуг.

Теро кивнул:

- Посмотрим, что удастся найти мне.

Маг двинулся вдоль рядов больных, прикасаясь к ним, проникая в их сознание…. по крайней мере, пытаясь туда проникнуть. Но, кажется, сознания-то в них и не осталось. Тела были абсолютно пусты, простая дышащая оболочка. Но не было и признака чего-либо постороннего — и это доставляло ему смутный дискомфорт — хотя бы, какой-нибудь неприятный запах. Он потратил ещё какое-то время, а когда закончил, вымыл руки.

- Ну что, нашёл что-нибудь? — поинтересовался Валериус.

- Не уверен. Похоже, что на них не наложили что-то, а, скорее, отняли, оставив бодрствовать только самый слабенький отголосок.