Последний герой (СИ) - Грэйдо Эллениэль и Эстель - Страница 151

  ЭОВИН: нашему Рохану эти деньги очень нужны. (пишет: "отдать все в Рохан лично в руки Гаме на сохранение до приезда Эомера".

  После Эовин идет Арагорн и пишет: "на благотворительность". Потом подходит Галадриэль и тоже пишет: "детям-сиротам, инвалидам и пострадавшим от революции в Гондоре и от стихийных бедствий". После Галадриэль подходит Келегорм, пишет: "учредить Общество отстрела пидорасов вроде Гилморна или Гваэглосса")

  КЕЛЕГОРМ: да. Я такой.

  (Наступает очередь Эомера. Он пишет, кривя горькую гримасу: "Заплатить Саруману долги Рохана за газ")

  ЭОМЕР: надеюсь, хватит.

  (После Эомера идет Боромир, пишет: "Отдать всё Боромиру", зачеркивает, пишет опять: "Построить суперкрепкую психушку для Денетора и охранять её", опять зачеркивает, пишет: "Раздать всем их доли, и пусть каждый сам решает".

  Потом подходит Халдир, пишет: "на благотворительность". Последним идет Элладан, пишет: "отдать ветеранам войны Кольца и эльфийских спецопераций". И отдает вазу Пину)

  ПИН: я должен тянуть бумажку?

  ВСЕ: да.

  МЕРРИ: тяни уже скорее!

  ПИН: это такое огромное доверие! Спасибо! (тянет бумажку)

  МЕРРИ: что там?!

  ПИН: тут написано: "Отдать всё Боромиру", зачеркнуто, потом написано "Построить суперкрепкую психушку для Денетора..." и тоже зачеркнуто.

  ФАРАМИР: Борыч, что ж ты столько понаписал?

  БОРОМИР: да так, не мог никак определиться.

  МЕРРИ: А там есть ну хоть что-нибудь незачеркнутое?

  ПИН: Да. "Раздать всем их доли, и пусть каждый сам решает".

  МАНДОС: ну что же. Решайте.

  ЭЛЛАДАН: а что тут решать? Ведь все написано на бумажках.

  МАНДОС: верно. Пин, пожалуйста, дайте мне вазу, я оглашу решения.

  ПИН: вот. (протягивает вазу Мандосу)

  МАНДОС: итак, Боромир получает свою долю и может делать с ней что хочет.

  БОРОМИР: тогда психушку для папаши пусть построят. Такую, чтобы он сбежать не мог, и докторов наймут, чтобы его вылечить могли.

  МАНДОС: вы любящий сын, Боромир.

  БОРОМИР (мрачно): угу...

  МАНДОС: Халдир и Арагорн отдают свои доли на благотворительность, Элладан - ветеранам Войны Кольца, Эомер выплачивает внешний долг Рохана, Келегорм... кхм... учреждает Общество отстрела пидорасов вроде Гилморна или Гваэглосса.

  КЕЛЕГОРМ: Можно мне изменить решение?

  МАНДОС: конечно.

  КЕЛЕГОРМ: Общество учреждать не надо. Отдельные добровольцы вроде меня или Элрохира и так прекрасно справятся. Отдайте деньги на какое-нибудь благое дело.

  МАНДОС: хорошо.

  ЛЕГОЛАС: что ж это ты, Турка, передумал?

  КЕЛЕГОРМ: я сам прибью Гваэглосса. Не хочу поручать это кому-нибудь еще.

  МАНДОС: продолжаю. Галадриэль отдает детям-сиротам, инвалидам, пострадавшим от стихийных бедствий и революции в Гондоре. Эовин отдает Гаме лично в руки на сохранение до приезда Эомера. Тхуринэйтель, а с вами что делать будем? Вы написали - отдать одну долю Тхуринэйтель, а остальное - Гондору, Рохану и Мордору на восстановление после войны.

  ТХУРИНЭЙТЕЛЬ: тогда просто отдайте это все на восстановление. А мне только купить бы домик в горах. Небольшой, но красивый. А остальное - раздайте.

  МАНДОС: хорошо. Леголас отдает Рохану и Гондор на те же цели. И Мерри свою долю получает себе для выкупа Портофелии Старшей.

  МЕРРИ: я знал! Я знал! Есть справедливость на свете!!!

  МАНДОС: итак, мы разобрались со всем. Теперь гости покинут вас, а вы, Барракуды, отправитесь на свой остров. Там вас ожидает награда за фильм.

  МЕРРИ: а какая?

  МАНДОС: увидите. А те, кто не получил ни одного голоса, получают на счет по тысяче монет.

  (Гости прощаются, исчезают в светящемся портале. "Барракуды" плывут домой, на свой остров.

  А там уже стоит большой стол, накрытый всем знакомой Скатертью-Самобранкой)

  МЕРРИ: ага! Скатерть!!!

  СКАТЕРТЬ: да. Мандос предоставил меня вам на сутки.

  ЭОВИН: так давайте нахаваемся, пока есть такая возможность!

  КЕЛЕГОРМ: ты смотри, а то потолстеешь.

  ЭОВИН: ох-ох-ох, а с чего это ты переживаешь по поводу моей фигуры?

  КЕЛЕГОРМ: да так. Мужа твоего жалко.

  (садится за стол. Вскоре все рассаживаются, и начинается пир)

  Конец 8 серии.

  Серия 9

  День двадцать пятый

  (после вчерашней гулянки все спят долго. Наконец, первым просыпается, как всегда, Мерри, и идет на кухню)

  МЕРРИ: доброе утро, Скатерть.

  СКАТЕРТЬ: и тебе доброе. Ты что, кушать хочешь?

  МЕРРИ: да не мешало бы.

  СКАТЕРТЬ: а может, ты остальных-то подождешь? Я до вечера никуда не пропаду.

  МЕРРИ: и то верно. Пойду-ка я почищу зубы.

  (Уходит. С талана спускаются Халдир и Леголас)

  ЛЕГОЛАС: Хэл, а что это Турки нигде нет? Неужто он опять с роханкой кувыркается?

  ХАЛДИР: не думаю. Вон она в гамаке спит.

  ЛЕГОЛАС: не мог же он повеситься?

  КЕЛЕГОРМ (выходит из леса): А ты так и ждешь, Трандуилов сын.

  ЛЕГОЛАС: да что ты, Турка, я за тебя беспокоюсь. Если ты повесишься, кого ж я тогда дразнить буду?

  КЕЛЕГОРМ: да, как же я мог забыть, что для тебя это смысл жизни.

  ХАЛДИР: хватит. Давайте лучше приберем.

  ЛЕГОЛАС: вот еще. Свинячили все, а прибирать будем только мы?

  ХАЛДИР: да. и пусть им будет стыдно.

  (Берет метлу. Леголас, пожав плечами, берет лопату и закапывает мусор. То же самое делает и Келегорм. В это же время просыпается Элладан, подходит к кухне и наводит порядок там. Он молчалив и угрюм)

  ЛЕГОЛАС: Элди, привет.

  ЭЛЛАДАН: привет.

  ЛЕГОЛАС: что ты такой мрачный?

  ЭЛЛАДАН: я надеялся, что сегодня я буду уже дома.

  ЛЕГОЛАС: тебе что, власть уже в тягость?

  ЭЛЛАДАН: угу.

  ЛЕГОЛАС: смотри, как бы папа за это тебя не лишил права на престол в пользу твоего братца.

  ЭЛЛАДАН: да папа вроде как жив-здоров и в Чертоги Мандоса в ближайшие две тысячи лет не собирается. Ну и Моргот с ним, с этим престолом. Я лучше останусь полковником спецназа Ривенделльской армии, с перспективой дослужиться до генерала.

  КЕЛЕГОРМ: так ты в самом деле полковник Ривендельской армии? Я думал, это ты для ужастика образ придумал, в сценарии ведь был просто военный.

  ЭЛЛАДАН: да, я полковник.

  КЕЛЕГОРМ: а кто ж тогда генерал?

  ЭЛЛАДАН: Глорфиндел.

  ЛЕГОЛАС: а как же ты собираешься получить звание генерала? Надеешься, что Глорфи пристрелят?

  ЭЛЛАДАН: нет. Я надеюсь, что он либо уйдет в отставку, либо папа ему даст какой-нибудь другой чин. Главнокомандующего, например.

  (весь этот разговор слышит проснувшийся Боромир, подходит к кухне и сгребает сметенный Халдиром мусор на самодельную совковую лопату)

  БОРОМИР: да, трудно сделать карьеру в эльфийской армии. Не то, что у нас. Я вот уже полковник, а когда вернусь, Ара обещал генерала дать.

  АРАГОРН (потягиваясь): дам, если ты отречешься от всех претензий на трон.

  БОРОМИР: да вот я подумал... больно он мне нужен-то, если папаша из-за него с ума сошел. Так что бери свой трон и радуйся.

  АРАГОРН: не язви. А что касается трона... мне же о детях подумать надо. Кстати о детях. Боромир, ты бы женился, что ли? Раз уж Мандос не дал тебе помереть окончательно, так живи на полную.

  БОРОМИР: так я и живу на полную. Зачем мне жениться?

  АРАГОРН: э-э... ну так ведь к генеральскому званию поместье прилагается. А к поместью наследники нужны.

  БОРОМИР: э-э... ну я подумаю. А что. Вот возьму и женюсь на Тхуринэйтель.

  АРАГОРН: ты что, сдурел?!

  БОРОМИР: да нет, она нормальная баба, ну и что, что вампирка и представительница темных сил? Это даже пикантно.

  АРАГОРН: не понимаю я тебя, Борыч.

  ЭЛЛАДАН: да он сам себя, небось, не понимает.