Часовые Вселенной - Рассел Эрик Фрэнк - Страница 51

— Никуда. Он сбежал.

— Ненадолго,— уверенно заявил Кейдер.— Я знаю, он отчаянно ищет, где бы укрыться, но нам понадобится немного времени, чтобы вытащить его из любого убежища.

Он махнул рукой.

— Продолжайте преследование. Рано или поздно мы до него доберемся.

— Дело в том, что мы до него уже добрались,— сказал Грейсон.— Он лежал на брюхе, вывалив язык, как загнанная лиса. Но потом сбежал.

Кейдер откинулся на спинку кресла.

— То есть он был у вас в руках? И вы позволили ему ускользнуть? Как?

— Не знаю.

Грейсон даже не пытался вилять.

— Просто не знаю. Ничего не могу понять. Меня это так сбило с толку, что я и пришел к вам.

— Ближе к делу. Что именно произошло?

— Мы проникли в его убежище. С ним была женщина — истинный телепат, как и Рэйвен. Со мной был Стин, наш лучший гипнотизер, но Рэйвен просто посмеялся над ним.

— Продолжайте! Без театральных пауз!

— В итоге Стин обработал меня,— поспешно продолжал Грейсон — Он застал меня врасплох, загипнотизировал, приказал вернуться на корабль и сказать Халлеру, что мы не нашли никаких следов Рэйвена. Потом вошел в кабину к Халлеру.

По штанине Кейдера взбежало маленькое, многоногое, похожее на паука существо. Небрежно опустив руку, тот поймал его и посадил на стол — ярко-зеленое создание с восемью глазами, похожими на булавочные головки.

— Через несколько часов я пришел в себя,— с отвращением глядя на «паука», сказал Грейсон.— К тому времени Халлер свихнулся, а Стин исчез.

— Как вы сказали? Халлер свихнулся?

— Да, он нес какую-то чушь, словно ему перетряхнули мозги. Бормотал что-то о полной тщете всех усилий Марса и Венеры, о распрях на Земле, о невиданном великолепии Вселенной, о величии смерти и тому подобном. Он вел себя так, будто еще немного — и он отправится на тот свет, просто ему нужно время, чтобы собраться с духом.

— Халлер — пироман,— заметил Кейдер.— Вы — телепат. Вы об этом забыли? Или были чересчур одурманены?

— Нет. Я заглянул Халлеру под череп.

— И что обнаружили?

— Нечто жуткое. Его мысли напоминали только что размешанную кашу. Длинные цепочки псевдологических умозаключений, нанизанные в ряд, как молитвенные четки. Например: «Стин это я это Рэйвен это ты это другие это все». Или: «Жизнь это не-жизнь это будущая-жизнь это чудо-жизнь но не другая-жизнь».

Грейсон покрутил пальцем у виска.

— Полнейший идиотизм.

— Чрезмерная передозировка гипноза,— невозмутимо констатировал Кейдер.— Халлер, видимо, страдал гипноаллергией. Вряд ли мы сможем теперь это выяснить. И возможно, теперь ему уже не поможешь.

— Может быть, это случайность. Стин мог не знать, что Халлер столь восприимчив. Хотелось бы так думать.

— Потому что вам претит мысль о том, что ваш приятель мог обратиться против собственных друзей. Случайно или нет, но Стин поставил крест на Халлере, одном из себе подобных и к тому же своем непосредственном начальнике. Такой поступок называют очень нехорошим словом. Это предательство!

— Не думаю,— упрямо сказал Грейсон.— Без Рэйвена тут явно не обошлось. Стин не мог бы проделать такое без веских причин.

— Конечно не мог,— с сардонической улыбкой на мясистом лице согласился Кейдер. Он что-то прочирикал зеленому паукообразному, которое исполнило странный танец, вероятно, имевший некий смысл.— У каждого есть свои причины, какими бы они ни являлись. Взять, к примеру, меня. Я — честный, лояльный и заслуживающий абсолютного доверия гражданин Венеры по той причине, что никто и никогда достаточно веско не склонял меня к обратному. Моя цена слишком высока.

Он бросил многозначительный взгляд на Грейсона.

— Могу предположить, что со Стином все обстояло по-дру-гому. Он слишком низко себя ценил, и Рэйвен это понял.

— Даже если Стин из тех, кого можно перекупить, в чем я сомневаюсь, как это могло произойти? Он ни с кем не общался.

— Он был с Рэйвеном наедине, не так ли?

— Да,— кивнул Грейсон.— Но всего несколько минут, в соседней комнате, и я мог слышать все, что там происходило. Разум Рэйвена оставался закрытым. Судя по мыслям Стина, Рэйвен повернулся к нему, словно собираясь что-то сказать. Рэйвен коснулся его — и разум Стина немедленно тоже закрылся. Гипнотизер на такое не способен. Гипнотизер не может закрыться, подобно телепату,— но он смог!

— Ага! — сказал Кейдер, внимательно глядя на Грейсона.

— Это сразу показалось мне настолько странным, что я встал и пошел взглянуть, что же произошло. Но тут Стин появился снова, и я на радостях не заметил, что его разум все еще закрыт. Прежде чем я успел что-либо сообразить, он уже делал со мной что хотел. Само собой,— извиняющимся тоном закончил Грейсон,— в отношении Рэйвена я держался настороже, но в отношении Стина — нет. Никогда не ожидаешь, что союзник может внезапно сбить тебя с ног.

— Конечно.

Кейдер снова что-то чирикнул пауку и, когда тот послушно отполз в сторону, протянул руку к настольному микрофону.

— Устроим двойную охоту. За двоими следить ненамного сложнее, чем за одним. Скоро Стина приволокут сюда для всесторонней проверки.

— Вы кое о чем забыли,— сказал Грейсон.— Я ведь здесь.— Он помолчал, чтобы Кейдер успел осознать смысл его слов,— Стину тоже известно это место.

— Вы имеете в виду, что он способен нас выдать, что на нас могут напасть?

— Да.

— Сомневаюсь,— спокойно проговорил Кейдер.— Если бы наши противники на Земле узнали об этом центре и решили вывести нас из строя, им пришлось бы действовать быстро. Им бы следовало напасть еще несколько часов назад, воспользовавшись элементом неожиданности.

— Что помешает им оказаться хитрее, чем в прошлый раз? Сперва как следует подготовиться, а потом все здесь взорвать?

— Вы чересчур нервничаете,— усмехнулся Кейдер.— У нас тут достаточно талантов. А в случае провала мы можем уйти в убежище. Лучше уж иметь дело со знакомым дьяволом, чем с незнакомым.

— Полагаю, вы правы,— неуверенно отозвался Грейсон.

— Можете не сомневаться — прав.— Кейдер фыркнул, выражая свое презрение к любому другому предположению, и включил микрофон.— Д-семьсот двадцать семь гипнотизер Стин нас предал. Схватить его любой ценой, немедленно.

— Д-семьсот двадцать семь гипнотизер Стин,— донесся приглушенный тяжелой дверью голос наружного громкоговорителя.

Потом отозвался еще один громкоговоритель, расположенный дальше в лабиринте коридоров:

— Д-семьсот двадцать семь гипнотизер Стин... схватить его... немедленно!

На другом конце подземного обиталища, ближе к потайному входу, близорукий рабочий раздраженно повернул голову к громкоговорителю, которого не видел; затем аккуратно вставил в миниатюрный держатель радиолампу размером со спичечную головку.

За соседней дверью небритый пироман шлепнул валета треф на пятерку червей левитатора.

— Оп-па! Ты должен мне полтинник.

Он откинулся на спинку стула и потер щетинистый подбородок.

— Предал нас, а? Никогда не слыхал об этом Стине.

— Он пожалеет о своем предательстве,— предрек кто-то из наблюдавших за игрой.

— Чушь! — бросил первый.— Когда ты мертв, жалеть уже не о чем! 

 Глава 4

Почувствовав, что он возвращается, Лейна бросила взгляд в окно; так и есть, он шагал по дорожке. В прекрасных глазах женщины мелькнуло разочарование, она отодвинулась от занавесок.

— Он возвращается. Что-то пошло не так.

Она открыла дверь в соседнюю комнату.

— Я не собираюсь оставаться здесь и наблюдать за вашей встречей. Тут уж ничего не поделаешь. Иначе никак нельзя, даже с точки зрения здравого смысла.

— Не оставляй меня с ним наедине. Прошу! Я не смогу с собой совладать. Я попытаюсь его убить, хотя он вполне может убить меня. Я...

— Ничего подобного ты не сделаешь,— возразила Лейна.— Не настолько ты глуп, чтобы убить самого себя, уничтожить собственное «я»!

Она замолчала, услышав мысленный зов: «Лейна!» — но не ответила.