Часовые Вселенной - Рассел Эрик Фрэнк - Страница 76

— Ваша женщина,— с нескрываемым презрением проговорил Торстерн.— Нам известно все о ее привычках, передвижениях, способностях. Мы знаем, в частности, что она — супергипнотизер, как и вы. Об этом рассказал Стин. Он не лгал, да и не мог солгать — в его-то состоянии. Возможно, вы испытываете некое влечение к этой толстой шлюхе. Не могу вообразить другого объяснения, разве что вам нравятся слоны, и...

— Оставим в покое внешность. Она не создана для того, чтобы удовлетворять ваши вкусы. Ближе к сути.

— Суть в том,— с нескрываемым удовольствием проговорил Торстерн,— что, как только я умру или свихнусь,— он постучал по фотографии пальцем,— она за это заплатит.

— Смешно,— заявил Рэйвен.

— Надеюсь, вы обрадуетесь, узнав, что она мертва.

— Плакать не стану,— небрежно заверил Рэйвен.

Он сказал это так, что стало ясно — его слова не сарказм, а чистая, чудовищная правда.

Даже Торстерна эти слова повергли в ужас. Он неуверенно посмотрел на Чарльза, ища подтверждения своим ощущениям, но обнаружил, что Чарльз со скучающим видом пялится в потолок. Тогда Торстерн снова недоверчиво взглянул на Рэйвена.

— Она может умереть медленно.

— Вы так думаете?

— Уверен. Если не окажется, что у нее слабое сердце, она сможет протянуть вдесятеро дольше, чем Стин. Как вам это понравится?

— Мне это кажется отвратительным.

— Гм?..

— Выдающийся ум, могущественный завоеватель, который прячется за женской юбкой.

Вновь почувствовав себя униженным, Торстерн чуть было не пришел в ярость, но сумел овладеть собой.

— На себя посмотрите! Вы хотите, чтобы женщина расплачивалась за ваши прегрешения?

— Она не будет возражать,— придав беседе совершенно неожиданный оборот, ответил Рэйвен.

— Вы спятили! — заявил Торстерн, начиная верить, что Рэйвен и впрямь безумец.

— Грейторекс не возражает. Халлер тоже. А Стину все полностью безразлично. Почему же Лейну должно это заботить? Даже вы...

— Заткнитесь, маньяк!

Торстерн снова вскочил на ноги, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Голос его дрожал от напряжения, но в нем звучало облегчение и торжество.

— Вы слишком долго тянули. Вы были так самоуверенны, что готовы были трепаться всю ночь. Но нас подслушали — каково?

Торстерн восторженно показал на входную дверь.

— Слышите шаги? Двадцать человек! Пятьдесят! Сто! Против вас поднялся весь город!

— Как плохо,— бесстрастно глядя на него, сказал Рэйвен.

— Попробуйте только до меня дотронуться — и увидите, что тогда будет,— хладнокровно продолжал Торстерн.— Через несколько секунд сюда ворвется толпа, и вы получите по заслугам.

Пытаясь не сводить взгляда с Рэйвена и в то же время наблюдать за дверью, он выразительно добавил:

— Если только я не буду полностью владеть собой и не прикажу им держаться от вас подальше.

— Похоже, мы угодили в переплет,— укоризненно заметил Чарльз, глядя на дверь.

Торстерн стоял, плотно сжав губы, и в голове его проносилось множество мыслей — о том, что их может кто-то прочесть, он уже не думал: «Сейчас они не посмеют ничего сделать. Это бы слишком дорого им обошлось. Они отложат свои замыслы до более благоприятного момента, который никогда не наступит, и будут действовать в соответствии с земными законами. Дело будет закрыто окончательно и бесповоротно, даже Герата не сможет тут ничего поделать. Или же я подстрою несчастный случай. Возможно, так будет быстрее и эффективнее. Да, так или иначе...»

Как и Чарльз, Торстерн не сводил взгляда с двери, за которой слышались — он мог поклясться, что слышались,— осторожные шаги множества ног. Кто-то из патруля, решил Торстерн, может чересчур занервничать из-за' присутствия столь крутых личностей, как Рэйвен и тот, второй, мутант. Когда патрульные ворвутся в дом, ему придется действовать быстро и поживее выкрикивать приказы, чтобы не стать жертвой того, кто сперва стреляет, а потом уже смотрит, куда именно выстрелил.

Торстерн замер, заметив краем глаза, что никто из двоих его противников не пошевелился. Ха, да они просто сдались, попав в безвыходную ситуацию!

Управляемый силой мысли телекинетика, замок начал медленно поворачиваться, словно сам по себе. 

 Глава 14

Дверь стала открываться внутрь, дюйм за дюймом, словно под дуновением легкого ветерка. Или же под нажимом того, кто таился во тьме снаружи и очень осторожно толкал эту дверь. Желтоватый завиток ночного тумана скользнул в постепенно расширяющуюся щель, неся в дом запахи смолы, гниющих листьев, теплой коры и влажных грибов.

Снаружи не доносилось ни звука, кроме приглушенного шума топливных насосов в космопорту и отдаленной музыки с соседних улиц, где не знающие покоя неспящие пытались прожигать жизнь. В комнате стояла полная тишина, не слышалось даже шепота или дыхания. Тишина, медленное движение двери — это порождало напряжение, которое едва могли вынести натянутые нервы Торстерна.

Не сводя взгляда с щели, удивленный отсутствием какого-либо шума, Торстерн судорожно пытался понять, что происходит. Кто там, снаружи? Держат ли они оружие наготове, с пальцами на спусковых крючках? Если он метнется к двери — не попадет ли под смертоносный залп, который разом с ним покончит?

Есть ли среди них телепат, который предупредит о его намерениях, чтобы они не стали стрелять? Нет, конечно, телепат не мог их предупредить, поскольку сам колебался, не в силах прийти к какому-либо решению. Телепат мог читать мысли Торстерна и вместе с тем был совершенно бессилен просчитать последствия даже на долю секунды вперед. Телепаты ни в коей мере не были провидцами.

Каждое мгновение тянулось как целая вечность, пока Торстерн смотрел на дверь, которая перестала двигаться, оставшись наполовину открытой. Темный проем, ведущий на улицу, соблазнял и манил.

Чего, черт побери, они ждут? Боятся рисковать, вслепую врываясь в дом? Возможно, у них имеется план, требующий неких действий от него, Торстерна. Ради всего святого, чего они ждут?

В комнату вползли новые клубы тумана. Когда Торстерн впервые заметил их, в голову ему пришла вполне правдоподобная мысль — газ! Да, именно так, вот в чем состоит задумка! Послать газ вместе с туманом. Любой знакомый с защитными системами замка, в особенности десятой комнаты, сразу бы об этом подумал. Значит, они хотят, чтобы он оставался на месте, пока не потеряет сознание вместе с теми, кто захватил его в плен. Потом его доставят в безопасное место, приведут в чувство и отдадут эту парочку мутантов ему на растерзание.

Вполне возможно, что Рэйвен и толстяк знают, что должно произойти. Мысль об этом ярко вспыхнула в мозгу Торстерна, следовательно, стала известна и похитителям — если только они не были целиком поглощены чтением мыслей тех, кто находился за дверью. Может ли телепат читать мысли нескольких людей сразу? Торстерн не был в этом уверен. У него не имелось на этот счет никаких данных. Так или иначе, эти двое могли прочесть и в других головах то же самое — газ! Но что Рэйвен и Чарльз могли поделать? Ничего! Самый могущественный из мутантов ничем не отличался от любой пешки в том смысле, что ему тоже нужно было дышать.

Ноздри Торстерна пытались уловить коварное приближение невидимого оружия, хотя он почти наверняка знал, что не почувствует никакого запаха. Зато должны были появиться другие признаки. Замедление пульса. Слегка затрудненное дыхание. Спутанность мыслей. Он напряженно прислушивался к самому себе в ожидании появления симптомов, и, хотя прошло всего полминуты, ему казалось, что прошло уже полчаса.

А затем он не выдержал. Для него это было чересчур. Он не мог больше этого вынести. Не мог, не мог...

— Не стреляйте! Не стреляйте! — Он прыгнул в проем двери.— Это я! Это Тор-

Голос его прервался.

Он тупо стоял, ошеломленно уставившись в туманную ночь. Одна мысль в его голове быстро сменяла другую: «Никого. Ни единой души. Они меня одурачили. Заставили слышать и воображать то, чего нет. Поступили со мной, как с лабораторной мышью, которая ищет выход, чтобы спасти свою жизнь. Потом отперли замок и открыли дверь. Гипнотизеры и телекинетики в одном лице. Что бы ни говорили специалисты, но мультимутанты все-таки существуют. Вот ведь дьяволы! — Неожиданно его мысли понеслись еще быстрее.— Беги, идиот, беги!»