Территория души. Книга 2. Возвращение любви - Батракова Наталья Николаевна - Страница 108

— Андрей Витальевич, пока я буду занят, покажите, пожалуйста, Анне Николаевне ее кабинет, — попросил Костя и тайком улыбнулся за ее спиной.

— Алла Ивановна, Александра Андреевна на месте? — услышала она и увидела, как за столом, где некоторое время назад сидела Алина, возникла знакомая укладка прежней секретарши.

— А где Алина? — не удержалась она от вопроса.

— Алина Степановна в отпуске. У своего жениха, — понизив голос, поделился с ней Хвостов. — Так что вряд ли вернется. Ну, и слава Богу, — добавил он, радуясь непонятно чему: то ли тому, что у девушки так удачно складывается личная жизнь, то ли тому, что она не будет больше работать в «TransitLink».

Поздоровавшись с обрадованной Аллой Ивановной, Анна едва успела обменяться с ней несколькими фразами, как на коридоре появилась Александра Андреевна.

— Анечка! — воскликнула она. — Ну, наконец-то! А мы-то ждем-ждем! Даже Володя Смыслов заехал, а тебя все нет. Когда на работу-то выйдешь?

— Анна Николаевна, — снова вступил в разговор Хвостов. — Вот ваши ключи. Пойдемте, я вас провожу.

— Я загляну минут через пять, — кивнула ей головой Ларина. — Бумаги у Крылова подпишу и загляну.

Не понимая, что к чему, Анна сделала несколько шагов в направлении лестницы.

— Куда же вы? — окликнул ее Андрей Витальевич и показал рукой на дверь, которой, как ей помнилось, прежде не было. — Вот ваш кабинет.

Широко раскрыв глаза, она наблюдала, как Хвостов открыл замок. Дверь распахнулась, и ее взору предстала небольшая, залитая солнечным светом комната. В воздухе витал запах новой мебели.

— Сегодня проветривали, — потянул воздух носом Хвостов. — Константин Петрович с утра предупредил, что вы заедете.Здесьпрограммист работал, минут пятнадцать как ушел, и я самолично окно закрыл. Солнечная сторона, понимаете ли. Жарко. Но сейчас мы включим кондиционер.

Хвостов принялся возиться с пультом, а Аня присела за стол и провела пальцами по новехонькой, закрытой защитной панелью клавиатуре. Плоский монитор, телефон, специальный, закрепленный под столешницей блок с дополнительными разъемами и гнездами… Синее ковровое покрытие, с едва проступившим рельефным рисунком. Только сейчас до нее дошло, почему в одном из писем он интересовался, в каком цвете она желала бы видеть не только спальню и комнату дочери, но и, к примеру, кабинет. Тогда она шутливо ответила, что для себя бы выбрала синий, так как он настраивает на работу, а для него — зеленый, потому что он успокаивает нервы.

— Андрей Витальевич, разве здесь был кабинет? — напрягая память, уточнила она. — Не могла же я его в прошлый раз не заметить!

— Не могли, — снова расплылся он в улыбке. — Потому что его не было. Константин Петрович и Виктор Михайлович решили уменьшить свои территории, потесниться, так сказать. И, по-моему, замечательно вышло!

— Да, да, чудесно, — кивнула головой Анна, пытаясь прийти себя.

«И какие сюрпризы он еще приготовил?» — подумала она, вспомнив лукавую улыбку Кости.

— Ну, вы осматривайтесь, привыкайте, а я пошел. Служба, понимаете ли, — важно заметил Андрей Витальевич и закрыл за робой дверь.

Положив руки на стол, Анна еще раз медленно обвела взглядом комнату и обратила внимание на уютное кожаное кресло в углу и неприметную дверь с той стороны, где за стенкой находился кабинет директора. «Я все время ловлю себя на мысли, что иногда, особенно когда читаю отчеты или специальную литературу, мне хочется, как в детстве, забраться с ногами на кресло, включить лампу над головой и думать. Представляешь, как бы на меня смотрели сослуживцы?» — вспомнила она строчкииз своего письма.

«Так и есть, — присела она в кресло. — Светильник сверху и выключатель, только руку протянуть. А что у нас в компьютере?»

Снова присев за стол, она сняла защитную панель и нажала кнопку сети. Загрузка шла быстро. Вместе с приятной мелодией сопровождавшей мелькавшие символы, на экране появилась надпись: «Здравствуй, солнышко!», а следом за ней другая: «Ты просто будь… Мне важно знать, что ты живешь на белом свете».

Окончательно сраженная, она оперлась локтем о столешницу и, непроизвольно улыбнувшись, закрыла лицо руками. В дверь постучали. Как и обещала, заглянула Александра Андреевна, но поговорить они не успели: с чашками кофе на подносе в дверях показалась Алла Ивановна. Следом потянулась с приветствием вереница сотрудников. Последним возник улыбающийся Смыслов.

Плюхнувшись в кресло, он дождался, пока все покинули кабинет, и демонстративно еще раз осмотрелся:

— Пожалуй, я бы здесь поработал!Эх, Родина, Родина, совсем ты и не уродина, оказывается! — вздохнул он. — Если бы не Джессика, заработал бы кучу денег, вернулся и открыл свою контору…

— Какую контору? — улыбнулась Анна. — На тебя теперь вся надежда. Кто-то должен управлять семейным капиталом? Роберт спит и видит, как будет нянчить внуков, Джон кроме своих исследований ничем не интересуется, Джесси в ближайшее время будет не до семейного дела. Да оно ее никогда и не привлекало.

— А ты? — спросил он и пристально посмотрел ей в глаза.

— А чем я хуже Джессики? Вот возьму и рожу ребенка.

— Значит, твердо решила остаться, — заключил он. Анна вздохнула, выключила компьютер и честно ответила:

— Вчера была готова вернуться в Штаты. А сегодня… Сегодня уже не знаю.

— Зато я знаю, — заметил он и, взглянув на часы, хлопнул себя по лбу: — Все, побежал, мне еще в пару мест заглянуть надо. Ну, родственница, до встречи на вашем семейном ранчо…

Отъехав на приличное расстояние от офиса. Костя неожиданно остановил машину.

— Вера вчера что-то говорила о билете. Я проверил, все в порядке, вылет третьего августа, — произнес он и, дождавшись улыбки на такую интерпретацию просьбы, вдруг указал взглядом на ее руки и спросил: — Кстати, где мой подарок?

— Здесь, — Анна открыла сумочку и достала футляр.

— Неужели не подходит по размеру? — взял коробочку, раскрыл и тут же надел ей кольцо на палец.

— Вроде нормально… О чем ты думаешь? — вдруг поинтересовался он, заметив, как Анна погрузилась в себя.

— О том, что знаю двух Крыловых: один из них жесткий и холодный, другой — нежный, заботливый, — тихо ответилаона. — Пытаюсь понять, какой из них настоящий?

— Тот, которого ты любишь, — не задумываясь, ответил он. — А второй… он скоро исчезнет. Просить прощения ты меня уже научила…

— Костя, прости меня за ту кассету, — перебила она его. Вместо ответа он сжал ее руку и ободряюще улыбнулся.

— Просить прощения мы уже научились, так что уживемся, — и, вспомнив слова Николая, шутливо добавил: — Тем более что первый компромисс мы уже, кажется, нашли!

— Какой компромисс?

— Ну, как какой? Вот, например… Ты хотела улететь с Балайзерами. Мы с Олегом тоже хотим лететь в Штаты, чтобы забрать вас с Катей. Поэтому туда и обратно ты полетишь вместе с нами.

— И где же здесь компромисс?

— Сэкономим на чемоданах! — неожиданно выдал он. Хмыкнув, Анна не выдержала и рассмеялась.

— Давай считать сегодняшний день началом отсчета новой жизни, — неожиданно предложил он, когда стих смех. — Ты выйдешь за меня замуж? — очень серьезно спросил он и, протянув руку за сиденье, достал большой букет белых роз.

— Когда ты успел?! — ахнула она.

— Пока ты кабинет изучала, — скромно ответил он. — Ровно двадцать пять штук. Так ты не ответила на мой вопрос…

— Ты зря соединил два кабинета общей дверью, — спрятав лицо за розами, взглянула она на него сквозь навернувшуюся на глаза пелену.-Я, как и прежде, могу зайти не вовремя…

— Считаешь, что я об этом не подумал? — хитро усмехнулся он. — Взвесив все, я пришел к выводу, что вариант заглядывать не вовремя в кабинет собственной жены все же предпочтительней. Но если ты не согласна, я тут же прикажу ее замуровать, — и сделал вид, что потянулся к телефону.

— Подожди… Дело не в двери…

— Тогда в чем?

— В том, что… Ладно… Пожалуй… учитывая дверь… сегодняшнее утро и начало новой жизни, я выйду за тебя замуж. Только вечером тебе придется просить у Роберта моей руки.