Территория души. Книга 2. Возвращение любви - Батракова Наталья Николаевна - Страница 16

Новый 2000 год имел для них с женой горький привкус: он переживал за Костю, Лена со слезами на глазах вспоминала Анну. А ведь не объявись Балайзер со своей сказочной историей, никуда бы она не уехала! Хорин чувствовал, что Крылов думает точно так же, а потому и поселилась в их сердцах тайная неприязнь к этому человеку, и именно для того, чтобы не встречаться с ним лишний раз, ни Крылов, ни Хорин не полетели осенью в Париж, хотя раньше старались не пропускать подобных мероприятий. Если бы они знали, что там будет Анна!

«Как все запутанно», — подумал Виктор и покрутил головой. — Ты дашь нам номер ее телефона? Лена обязательно захочет увидеться, да и я бы с радостью повидался, — честно признался он. Крылов усмехнулся в ответ и черканул по памяти домашний номер Артюхина.

…Подъезжая к дому в девятом часу, он еще издали заметил прижавшуюся к забору машину с включенным двигателем.Из-занизкой температуры и полного безветрия отработанные газы висели позади автомобиля белесым маревом.

«Кто это? — насторожился он и тут же догадался: — За Анной с Катей приехали».

Как он ни старался быстро завершить встречу с Рыбниковым, главой представительства иностранной компании-партнера, ничего не получилось. В силу темперамента Рыбников и мыслил, и говорил медленно, а оттого создавалось впечатление, что он дремлет. С подобными людьми Крылов иногда сталкивался на Западе, но чтобы свой, местный бизнесмен был настолько нетороплив, это был нонсенс! Хотя, видимо, именно этим качеством он и пришелся по душе солидной немецкой конторе.

Бросив машину во дворе, Костя заспешил в дом, но застал гостей уже в прихожей.

— Привет, я только сейчас смог вырваться, — оправдался он скороговоркой. — Вы что, уже уезжаете?

— Да, нам пора.

Анна протянула Кате пальто, но Костя быстро перехватил его из ее рук.

— Дай хоть посмотреть на тебя, — улыбнулся он, помогая девочке одеться. — Выросла-то как!

Катя глянула на него исподлобья грустными глазами.

— До свидания, — буркнула она и, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью.

— Что случилось? — Костя растерянно переводил взгляд с Анны на Сашу. — А где Олег?

— Он в своей комнате. Заперся и не выходит, — потерянно ответила женщина. — Не понимаю, что с ним.

— Сейчас я к нему поднимусь…

— Не надо! — остановила его Анна. — Проводи меня до машины, мне нужно с тобой поговорить.

Жесткий, почти приказной тон, которым она произнесла эти слова, поразил Крылова: ничего подобного от Анны он раньше не слышал.

— Почему Олег не получал писем от Кати? — спросила она, едва они оказались на ступеньках крыльца, и нервно достала сигарету. — я отправляла их сама, лично. Все наши письма дошли до адресатов. Все, кроме писем для Олега. Ты можешь мне объяснить причину?

Костя молча достал зажигалку, поднес огонек Анне, затем закурил сам.

— После того как вы нас бросили и улетели, он переживал, долго болел. Я решил, что чем раньше он вас забудет, тем будет лучше.

— Это мы вас бросили?! — Анна опешила и буквально поперхнулась дымом. — Ты действительно так считаешь?! Ну, тогда я не знаю… Тогда нам просто не о чем разговаривать.

Она повернулась и быстро сбежала с крыльца.

— Стой! — настиг ее Костя, как и сутки назад, крепко схватив за рукав. — Стой, не беги! Нам надо поговорить…

— О чем? — Анна повернулась к нему, и в глазах блеснули слезы. — О том, что ты калечишь ребенка, заставляя его стать таким же, как ты? Властным, бессердечным и жестоким к людям, которым ты дорог? Мне очень жаль… Я люблю Олежку не только потому, что он твой сын. До свидания.

— А теперь послушай и ты меня! — резко остановил он ее у калитки. — Откуда ты снова свалилась со своими моралями? И что это за манера такая заявлять прямо в лоб все, что ты думаешь? Считаешь, что другим это необходимо знать? Раньше тебе хватало ума держать свое мнение при себе, но однажды ты выпустила этого джина из бутылки, и что из этого вышло? Оглянись назад: ты тоже была другая: добрая, мягкая, нежная, всепонимающая…

— Согласна: раньше я была другая, — холодно ответила Анна. — Только я повзрослела… Жизнь заставила, потому что все то, что ты перечислил, оказалось никому не нужным, в том числе и тебе… Ответь, пожалуйста, зачем ты навязываешь Олегу свой опыт, свое недоверие к окружающим, умение перекладывать собственную вину на других? — посмотрела она ему прямо в глаза. — Три года назад это был другой мальчик: добрый, ласковый, доверчивый. И кого мы встретили сейчас? Копия отца: надменный, холодный, не желающий признавать ничьей правды, кроме своей собственной!

— Я воспитываю его так, как считаю нужным, — ответил он, не выдержав ее взгляда и почувствовав вопреки собственной воле правду в ее словах. — В том числе, руководствуясь собственным опытом, в этом ты права! И хочешь знать для чего? Чтобы меньше мучился, если жизнь сведет с людьми, способными на предательство.

Не имея привычки сдаваться и понимая, что проигрывает, Крылов сам не заметил, как перешел грань, отделявшую правду от желания победить во что бы то ни стало.

— Ты хочешь убедить меня, что я тебя предала? — уточнила Анна после паузы. — Ну что ж… Если тебе так удобно, продолжай считать, что так оно и было. Возможно, я и изменилась… А вот над тобой время не властно. К сожалению. До свидания, — почувствовав себя обессиленной, она снова повернулась к калитке.

— Да пойми же ты, что мне ничего не оставалось! — неожиданно воскликнул Костя и как-то уж совсем растерянно добавил: — Я боялся, что потеряю еще и его… Мне просто нужно было как-то оградить его от лишних переживаний…

— И ты не придумал ничего лучшего, как не показывать ему письма? — коснувшись рукой железных прутьев калитки, остановилась Анна. Тон, которым были сказаны две последние фразы, заставил ее обернуться. — Где они?

— Я их сжег, — признался он после паузы каким-то потухшим голосом. — Я не хотел… Прости, но так получилось.

— Лед тронулся, — горько усмехнулась она после паузы. — Надо же, что я слышу? Робкие слова оправданий. Только мне они не нужны, я свое пережила. Теперь для меня важнее всего моя девочка. Если бы ты знал, как это больно, когда тебе не верят! — на ее глазах снова блеснули слезы. — Она еще такая маленькая для разочарований… За эти три года дня не было, чтобы она не вспоминала Олега, во всех анкетах писала, что он — ее лучший друг… Прямо из аэропорта готова была к нему ехать… Что же ты наделал?..

Понимая свою неправоту, Костя подавленно стоял напротив.

— И что мне теперь делать? — едва слышно спросил он. — Придумай что-нибудь… Я знаю, у тебя получится…

После этих слов пришел черед растеряться Анне. Даже в самых иллюзорных фантазиях она не могла себе представить, что Крылов может быть таким… потерянным и беззащитным. Забытое чувство безграничной заботы и нежности к этому человеку моментально выплыло из небытия.

— Ну, я не знаю… Поговори с ним сегодня, успокой. Почта и вправду могла затеряться. Он еще не такой закостенелый, как ты, он добрый, и сам сейчас переживает. Только… Только не говори ему всей правды.

— Почему?

— Для детской психики игры взрослых не проходят бесследно, он не должен в тебе разочароваться.

Сами того не заметив, они преодолели разделявший их до этого невидимый барьер и вышли на другой уровень отношений: старые добрые друзья.

— А как быть с Катей? — Костя давно не чувствовал себя таким виноватым.

— Попробую ее успокоить… Последний раз она посылала ему открытку в начале ноября, поздравляла с днем рождения, — вспомнила Анна. — Тебя тоже, от моего имени, вы ведь оба Стрельцы, — пояснила она.

— Я не звонил новым хозяевам уже несколько месяцев… Сейчас! — Он вытащил из кармана телефон и принялся быстро нажимать кнопки.

— Дмитрий Сергеевич? Добрый вечер, Крылов. Прошу прощения за поздний звонок, но я бы хотел узнать: для нас была почта? Да… Да… Есть! — воскликнул он и обрадованно глянул на Анну. — Вы не будете возражать, если я к вам заеду прямо сейчас, для меня, это очень важно!.. Хорошо. Спасибо. Да, в течение получаса.