Эльфийская трилогия - Нортон Андрэ - Страница 253

— Да нет, с ней все в порядке, — сказал он леди Триане. — Но только она непрерывно танцует. А мне хочется подыскать девушку с какими-нибудь дарованиями, которые не так бурно проявляются. Девчонка постоянно рвется плясать — а это через некоторое время начинает утомлять.

Впрочем, в глазах лорда Киндрета страстное увлечение Реннати явно пока что обладало достоинством новизны, даже если Кара с Джианной слишком сильно его отвлекали, чтобы он мог оценить все тонкости ее выступления. Но задолго до того, как Реннати устала, лорд Киндрет уже был безраздельно увлечен двумя выбранными наложницами. Украшения были вынуты из волос и аккуратно отложены в сторонку вместе со многими прочими деталями туалета, а когда Реннати подала инструментам знак играть потише и выскользнула из комнаты, никто этого даже и не заметил. Что ж, это по-своему справедливо. Вчера вечером лорд Киндрет первой выбрал ее, и в результате Кара осталась не у дел. А она, несомненно, жаждет потрудиться сегодня и заслужить какой-нибудь подарок получше.

Реннати тихонько поднялась по лестице на верхний этаж башни, где располагались их спальни, — точнее, не столько спальни, сколько отгороженные занавесками альковы, не предназначенные для глаз лорда. Здесь наложницы могли упражняться в обращении с косметикой, иногда достигая очень забавных результатов. Здесь они хранили свой мелкий хлам, оставшийся от предыдущей жизни, всякие вещички, слишком невзрачные, чтобы предстать взгляду лорда. Кара, например, держала здесь старую куклу, ужасно потрепанную, но пылко любимую, и все «драгоценности», какие только у нее имелись, от бус из морских ракушек, подаренных ей некогда каким-то мальчиком, до собственноручно сплетенных бисерных украшений. На столике у нее был разложен добрый десяток незавершенных работ, а рядом сидела кукла в наряде из лоскутков и бусин. Джианна пробовала заниматься живописью, и ее мольберт вместе со всеми нужными принадлежностями всегда был в полном порядке. Она пыталась навести порядок и на рабочем столике Кары, но та, к несказанному раздражению Джианны, быстро все переворачивала вверх дном.

А у Реннати были книги — не те хорошенькие, переплетенные в кожу томики стихов, что лежали на нижнем этаже, — нет, это были потрепанные книжки с порванными обложками или вовсе без обложек, повествующие обо всем на свете. И, конечно же, у нее было телесоновое кольцо леди Трианы.

Реннати, запинаясь, пробормотала несколько слов, и кольцо ожило.

Это кольцо было слишком маленьким для изображений; оно принимало и отсылало лишь голоса. Первый голос, как и ожидала Реннати в соответствии с полученными указаниями, оказался незнакомым.

— Кто звонит? — спросил незнакомец.

— Реннати, — едва слышно выдохнула девушка, немного изумленная и немного испуганная тем, что держит в руках столь могущественную магическую вещь.

— А! Подожди минутку. С тобой будет говорить леди Триана.

И кольцо — в него был вделан берилл вроде того, что красовался на ошейнике Реннати, — смолкло. Реннати терпеливо ждала. Раз до сих пор сюда никто не вошел и не помешал ей, значит, она может ждать столько, сколько понадобится. Эльфийские леди — народ занятой, и нельзя ожидать, что одна из них бросит все свои дела и помчится слушать, что ей может сообщить простая наложница.

В конце концов из кольца раздался повелительный женский голос:

— Говори!

— Я здесь с тех самых пор, как ваш агент продал меня леди Лидиэли, — тут же заговорила Реннати. — Я в башне, в маленьком гареме, вместе с еще двумя наложницами. Я могу смотреть в окно, но меня не выпускают за дверь. Лорд Киртиан побывал здесь всего один раз. У него в гостях лорд Киндрет. Лорд Киндрет побывал у нас прошлой ночью, и сейчас он тоже здесь. Он собирается взять лорда Киртиана под свое покровительство. Сегодня вечером он сказал Каре, что очень доволен лордом Киртианом и что мы некоторое время будем редко видеть своего господина, поскольку он уедет, чтобы возглавить армию.

Из кольца донесся странный смешок.

— Что ж, моим планам нанесен удар. Раз его там не будет, ты мало что сможешь о нем разузнать. Но вот прочие новости интересны, весьма и весьма. Это все, что ты можешь мне сообщить?

Реннати кивнула, забыв на мгновение, что собеседница не видит ее, потом поспешно произнесла:

— Простите, но мне и вправду не удалось больше ничего узнать.

— Новостей немного, но они важны, и я довольна. Как только узнаешь что-нибудь еще, сразу же ставь меня в известность. Теперь можешь выключить кольцо.

Реннати послушно накрыла кольцо ладонью, заслонив его от света, и камень тут же превратился в обычный берилл. Реннати спрятала кольцо в самый дальний уголок своей шкатулки и заспешила вниз.

В конце концов, еще не поздно заслужить очередной щедрый подарок от лорда Киндрета — и, что еще важнее, не исключено, что его удастся потом вызвать на разговор. Мужчины все одинаковы, что эльфы, что люди: если они не засыпают сразу после утех, их частенько тянет поболтать.

 Глава 13

Солнце, освещающее верхушку самой высокой башни замка, окутывало леди Мот блаженным убаюкивающим теплом — что вполне ее устраивало. Ей всегда нравилось греться на солнышке. Ее покойный супруг как-то раз язвительно обозвал ее полуящерицей за то, что она любила сидеть где-нибудь в саду и наслаждаться солнечными лучами. Но даже если бы сейчас стоял самый разгар зимы, леди Мот все равно поднялась бы на вершину башни, ибо это было единственным местом в поместье, откуда можно было как следует рассмотреть раскинувшуюся внизу долину. И вид, представший ей при взгляде через окуляр древнего прибора, был воистину чарующим. Царило безветрие. Ни малейшее дуновение не тревожило ни подол серебристо-синего платья леди, ни пряди ее простой прически, ни ветви деревьев, растущих в долине. Поэтому ничто не мешало леди Мот наблюдать за любопытной сценой. Ей жалко было людей-рабов — хотя отсюда все казались крохотными, леди опознала людей по одинаковым тусклым туникам. Сперва какой-то тип в ярко-алом выстроил их и отправил работать в огород. Не успели люди хоть что-то собрать, как появился другой тип, в фиолетово-синем, и повел их упражняться с оружием. Затем из-за конюшен выплыл третий, в атласе цвета бронзы, и погнал их на поля. Леди Мот даже трудно было представить себе, что должны сейчас думать несчастные, сбитые с толку рабы.

— Леди Мортена, — раздался за спиной у леди чей-то робкий голос. — А что это вы делаете?

Леди Мот оторвала взгляд от окуляра старомодного телескопа с корпусом из бронзы и золота и улыбнулась гостье, что совсем недавно появилась здесь.

— Использую одно старое приспособление, моя дорогая, — дружелюбно сообщила она. Что ж поделать, если леди Виридине никогда не представлялся случай взглянуть на телескоп. — По правде говоря, он восходит еще к эвелонским временам. По крайней мере, линзы точно оттуда. Он называется «телескоп». Обычно я использую его, чтобы смотреть на звезды. А сейчас я с его помощью шпионю за нашими соседями.

И она погладила длинную бронзовую трубу, украшенную насечкой из золотой проволоки, что образовывала причудливые завитки, — эта труба давно уж стала для нее другом и товарищем.

Леди Виридина озадаченно наморщила бледный лоб. Лицо у нее было худым, как после длительной болезни.

— А зачем вам это понадобилось? — удивилась она. — Они же и так уже все вам сообщили, разве нет?

— Вот именно в этом, моя дорогая, я и пытаюсь удостовериться лично. — Леди Мот снова приникла глазом к окуляру, продолжая мысленно фиксировать все перемещения рабов молодых лордов за пределами главной усадьбы. — На самом деле я сильно сомневаюсь, что они и вправду сообщают мне все. Например, они явно до сих пор не пришли к единому мнению по вопросу о том, кто же из них главный. Вот только за то время, что я здесь сижу, три молодых лорда уже несколько раз перегнали злосчастную группу рабов с одного места на другое, ни разу не дав им закончить предыдущую работу.