Эльфийская трилогия - Нортон Андрэ - Страница 93

— Ездим под дождем и подхватываем простуду, — отозвался Валин, почувствовав себя виноватым. — Извини, Тень. Это я виноват, что ты простыл. Нам не следовало вчера выезжать из дома. Не надо мне было поступать, как избалованному отродью, и настаивать на этой верховой прогулке, но я просто больше не мог ни минуты оставаться...

— Да знаю, знаю, — Тень высморкался и отхлебнул горячего чаю. — И ты не виноват, что эльфы не могут простудиться. Мне бы ваше здоровье!

Валин виновато пожал плечами.

— Хотел бы я уметь это лечить... — Он снова выглянул на улицу. Мрачный лес выглядел по-прежнему. — И еще я бы хотел, чтобы нам было чем заняться. Хоть чем-нибудь.

— А я полагаю, что нам обоим стоит радоваться уже тому, что лорд Чейнар обращает на нас мало внимания, — заметил Тень и тоже устроился у окна. — Благодаря этому нам будет намного легче в случае чего исчезнуть из дома.

Валин краем глаза взглянул на двоюродного брата. Тень оправился от избиения так быстро, что даже на Валина это произвело немалое впечатление. Правда, сейчас Меро держался значительно тише обычного. Но, возможно, причиной этому была простуда.

Тень пристроил руки и подбородок на подоконнике и уставился на мокрые ели так, словно они внушали ему неизъяснимое очарование.

— В целом же, — протянул Тень, — я предпочту поскучать. Лучше уж скучать, чем беседовать с надсмотрщиками лорда Чейнара, которые хотят вызнать всю мою подноготную.

Валин мысленно дал себе пинка. Нельзя же быть таким ослом! Конечно, лучше скучать, чем привлекать к себе внимание! Это же любой дурак должен понимать! Чем тише они будут сидеть, тем меньше вероятность того, что лорд Чейнар захочет что-нибудь уточнить у Дирана, и, чего доброго, упомянет в разговоре о «телохранителе» Валина. И тем меньше вероятность, что люди Чейнара примутся расспрашивать Тень.

Когда они только-только прибыли в имение, Чейнар принял Валина в своем кабинете. Он обращался с юношей с той же холодной любезностью, что и со своими вассалами. Он лишь мельком взглянул на запечатанное письмо лорда Дирана, которое вручил ему Валин, потом бросил конверт на стол вишневого дерева, подался вперед и кинжально-острым взглядом пригвоздил Валина к стулу.

— Я хочу, молодой Валин, чтобы ты понял одну вещь, — абсолютно бесстрастно произнес он. — Ты теперь находишься у меня в имении, а не у своего отца. И исполнять ты будешь мои приказы. Тебе ясно?

— Да, мой лорд, — покорно пробормотал Валин. Чейнар уселся. На мгновение по его лицу скользнуло удовлетворенное выражение.

— В таком случае мы с тобой поладим, — спокойно сказал Чейнар. — Сожалею, но в настоящий момент я не имею возможности развлекать тебя — мое внимание сейчас всецело занято неотложными делами. Впоследствии я выберу момент и займусь тобою. А пока я только хочу убедиться, что ты понял, как теперь обстоят дела. Ты понял?

— Целиком и полностью, мой лорд, — отозвался Валин, уставившись взглядом в сцепленные руки.

— Отлично.

Валин поднял глаза и перевел взгляд на выскобленное дерево стола. Чейнар встал. Он явно ожидал, что теперь юноша уберется из кабинета, и побыстрее.

— За дверью сидит раб. Он покажет тебе твои покои. Я уверен, что они тебя устроят.

И, не дожидаясь ответа, Чейнар развернулся и вышел. Слегка ошеломленный Валин смотрел ему вслед.

С тех пор он ни разу еще не встречался с лордом. Валина предоставили самому себе. У юноши не раз возникало впечатление, что суровые манеры Чейнара считались здесь обязательными для подражания. Имение, расположенное на границе с дикими землями, с трех сторон окружали высокие темно-зеленые — чуть ли не черные — ели с раскидистыми лапами, почти не пропускавшими солнечный свет. А по ночам эти ели служили прибежищем сотен сов — во всяком случае, казалось, что их там сотни. А кроме того, все то время, что Валин провел в имении, здесь буквально каждый день шел дождь.

Конечно, ни о какой охоте в таких условиях не могло идти и речи — разве что с ловчими птицами — ястребы Валина были наделены достаточно скверным характером, чтобы ринуться за добычей даже в самую чащу деревьев. Но ястребы не желали летать в такую отвратительную погоду. Так что после того, как один его ястреб-тетеревятник упустил добычу и вернулся к своему хозяину в полнейшей ярости, Валин решил больше не испытывать судьбу. Тетеревятник и без того чуть не проехался когтями ему по лицу, и только вмешательство Тени заставило хищную птицу утихомириться.

На охоту с гончими тоже можно было не рассчитывать — Чейнар не держал охотничьей своры. Его собаки охраняли бараки с рабами, и их было не настолько много, чтобы впустую приставлять часть из них к такому дурацкому делу, как охота.

Так что единственным доступным развлечением и занятием оставались верховые прогулки — по холодному и мрачному хвойному лесу, где с ветвей постоянно капало, даже если дождь и прекращался на время.

Помимо этого, заняться юношам действительно было особо нечем. Прежде, в поместье у отца, Валину часто казалось, что ему скучно. Но что такое настоящая скука, он узнал только сейчас.

— Если подумать, то всегда окажется, что бывают вещи и похуже твоих нынешних неприятностей, братец, — произнес Тень и снова шмыгнул носом.

— Например, подхватить простуду, — поддразнил его Валин, сотворил носовой платок и протянул его другу. — Или вляпаться в ту же самую неприятность, но при этом еще и с простудой. Или останавливать моего тетеревятника, когда он рвется выцарапать тебе глаза.

— Или на самом деле привлечь к себе — к нам — внимание лорда Чейнара, — поправил его Тень, придвинулся ближе к Валину и заговорил потише: — Наш лорд в настоящий момент не слишком-то доволен жизнью. Кажется, на одной из его людских ферм произошли какие-то беспорядки.

— Да ну? — Валин внезапно решил последовать примеру Тени и полюбоваться пейзажем за окном. Возможно, за ними действительно никто не следил — а может, Меро просто не мог засечь наблюдателей, — но соблюдать осторожность не мешало. Хотя бы на всякий случай. — И что же там за беспорядки?

— Когда мы только прибыли в поместье, он получил известие, что среди последнего выводка молодняка некоторое количество наделено магическими способностями, — сообщил Тень, когда оба юноши уставились в окно на мокрые деревья. — Это произошло как раз перед нашим прибытием — когда он велел мне отнести груз в покои, а тебя пригласил в кабинет. Я не мог раньше ничего тебе сказать, потому что Чейнар как-то за нами наблюдал. А теперь либо наблюдатель понадобился ему где-то в другом месте, либо Чейнар успел решить, что мы совершенно безвредны.

— Искренне хочется надеяться на второе, — мрачно отозвался Валин. — Так, значит, дети с магическими способностями... Полукровки?

Меро покачал головой.

— Нет. Чистокровные люди. В этом имении ты можешь не надеяться на встречу с полукровкой. Чейнар стерилизует всех своих наложниц. А любой из здешних эльфов, кого застукают с любой женщиной, кроме стерилизованной наложницы, вылетит за ворота без гроша в кармане.

— Чистокровные люди... — Валин на мгновение задумался. — То есть летающие предметы и прочие обычные признаки были налицо?

Тень повернул голову ровно настолько, чтобы двоюродный брат увидел его одобрительную улыбку.

— А твой отец выучил тебя куда лучше, чем сам о том догадывается.

— Мой отец вообще не догадывается, что я об этом знаю, — поправил его Валин. — Большинство эльфийских лордов моего возраста считают, что человеческая магия — это миф, и мой отец, похоже, предпочитает, чтобы так оно и оставалось. Ну, так что там произошло с детьми?

— А, вот это-то и отвлекло от нас Чейнара, — прошептал Тень. В голосе его проскользнули довольные нотки. — Похоже, эти дети просто исчезли. Пропали прямо из рабского барака, и еще до того, как надсмотрщики смогли точно выявить тех, кто им нужен. Пропало около десятка детей. Вечером они ложились спать вместе со всеми остальными, а утром их уже не было.

— Они что? — Валину потребовалось значительное усилие, чтобы заставить себя говорить тише. — Как они могли...