Дипломированный чародей - де Камп Лайон Спрэг - Страница 109

После подобных слов на широкой физиономии Лемминкяйнена отразилось самое откровенное лукавство.

— Кое же вознаграждение обещать готов ты ныне за такое чудотворство?

«Черт бы тебя побрал,— подумал Ши,— не можешь, что ли, выражаться по-человечески?» А вслух произнес:

— А сколько бы ты, к примеру, запросил?

Крепыш пожал плечами.

— Я, могучий Лемминкяйнен, мало в чем нужду имею. Стада мои неисчислимы, поля необозримы, хватает и девиц, чтоб лобзать меня, и рабов, дабы прихоти мои исполнять...

Ши обменялся взглядом с Бельфебой. Покуда он размышлял, не стоит ли упомянуть и о собственном знакомстве с магией, Лемминкяйнен продолжал:

— Разве славная Пельфепи...

— И думать про это забудь! — быстро перебил Ши.

Лемминкяйнен опять пожал плечами и ухмыльнулся.

— Твоя воля, Хароляйнен, торговаться я не склонен... А потом, есть у меня собственные проблемы, кои решить следует немедля. Проклятье на башку хозяйки Похъёлы, что не дозволила мне браком сочетаться с ейною дочкой! Ладно бы только одно это: не пригласила она меня даже на свадьбу отроковицы своей с Илмариненом-кузнецом! Поубиваю я попросту сих негодяев из краев тумана и тьмы!

Тут он внезапно сдернул с головы шапку, швырнул ее оземь и принялся яростно топтать. Ши лихорадочно припоминал текст «Калевалы». Вроде бы как там действительно упоминалось о попытке устроить подобную карательную экспедицию, но, насколько ему удалось припомнить, завершилась она отнюдь не в пользу Лемминкяйнена.

— Минуточку,— сказал он,— скорее всего мы сумеем договориться. Эта Похъёла довольно крепкий орешек. Если ты возьмешь нас двоих с собой, мы наверняка поможем тебе его разгрызть.

Лемминкяйнен прекратил плясать над шапкой.

— Мне ль, герою, опасаться края полночи и стужи? — вопросил он.— Высок ты ростом, но недостает тебе силы телесной героев Калевалы. Прок от тебя будет разве что в битве с детишками малыми!

— Послушай-ка,— возмутился Ши.— Может, я и не скроен, как першерон, но кое-что все же умею.

С этими словами Ши выдернул из ножен шпагу.

Одновременно рука Лемминкяйнена метнулась к рукоятке его собственного палаша, но замерла на полдороге, когда стало ясно, что немедленно нападать на него Ши не намерен. Герой скептически поглядел на шпагу.

— Вот уж да: меча такого в Калевале не видали! — презрительно ухмыльнулся он,— В зубах ты им ковыряешься или же штаны зашиваешь?

Ши, в свою очередь, ответил ему такой же ухмылкой:

— Попробуй-ка копчик!

— Острый, ну и что такого? Кюллики, моя супруга, чинит мне носки таким же!

— И все же тебе вряд ли бы пришлось по вкусу, если б такая штуковина воткнулась тебе в брюхо. Ну ладно. Хочешь посмотреть, как я им пользуюсь?

В единое мгновение короткий широкий клинок Лемминкяйнена тоже выскочил из ножен.

— Нет, Гарольд! — воскликнула Бельфеба, бросая свой узел и поспешно снаряжая лук тетивою.

— Все в порядке, детка. Я уже не раз имел дело с подобными рубаками. Помнишь холм возле Каренского замка? И потом, это всего лишь тренировка.

— Для начала для забавы бить плашмя ты предлагаешь?

— Вот именно. Готов?

Клац-дзинь-зип! — сошлись клинки. Без устали напирающий вперед Лемминкяйнен владел мечом едва ли не лучше любого из фехтовальщиков, с которыми Ши до сих пор приходилось иметь дело. Он с одинаковой легкостью и необычайным проворством рубил справа налево, слева направо, сверху вниз, снизу вверх и ничуть при этом не запыхался. Судя по всему, его теория заключалась в том, чтобы находиться к противнику как можно ближе, а удары наносить как можно сильней и как можно чаще — и чихать на последствия.

Ши, медленно пятясь, старался парировать страшные удары так, чтобы палаш наискось соскальзывал по шпаге — стоило только подставить тонкий клинок под более-менее прямым углом, как он бы неминуемо сломался. А любой подобный удар был способен если и не убить, то серьезно покалечить — даже несмотря на то, что наносились они плоской стороной клинка. Раз Ши попытался нанести ответный укол, но Лемминкяйнен с кошачьим проворством тут же отпрыгнул назад.

Лихорадочно отражая удары, Ши постоянно отступал и начинал уже выдыхаться. Когда он вдруг оступился, очередной удар противника едва не достиг цели; пошатываясь и спотыкаясь, Ши отскочил на три шага назад, услышав только испуганный возглас Бельфебы. Но вскоре ураганный темп атаки стал понемногу стихать. Шпага наконец скользнула вперед, расцарапав правую руку Лемминкяйнена.

— Сей соломиной несчастной щекочи ты своих девок! — заметил герой, вновь замахиваясь, но на сей раз не столь удачно. Ши отбил его клинок в сторону, и опять метнувшаяся вперед шпага кольнула Лемминкяйнена в плечо.

— Видал? — сказал Ши.

Лемминкяйнен что-то буркнул, но после очередной быстрой атаки острие шпаги уперлось ему аккурат в диафрагму — прежде чем он успел сделать даже попытку парировать.

— А теперь что будет, если я нажму посильней? — поинтересовался Ши.

— Не хвались удачей, путник,— было это лишь везенье!

— Да ну? Ладно, тогда попробуем еще разок.

Дзинъ-зип-тик-клац! — звенели клинки. На сей раз Лемминкяйнен, который хоть и совсем не выдохся, был хмур и чрезвычайно осмотрителен. Но не успели противники обменяться и парой выпадов, как он потерял равновесие и Ши вновь упер шпагу прямо в широченную грудь перед собой, заметив при этом:

— На сей раз, друг мой, это уже не случайность. Не два раза подряд!

Лемминкяйнен сунул свой клинок в ножны и презрительно отмахнулся.

— Супротив неприятеля без доспехов фокусы твои и впрямь несколько лишних минут жизни тебе подарят. Но воины Похъёлы черной на битву выходят в кольчугах. Ужели ты вздумал, будто булавка твоя хоть малейший вред им причинит?

— Не знаю там, какого типа у них доспехи, но если они неплотно прикрывают суставы, этим твоим воинам не позавидуешь — мой клинок пролезет в любую щель.

— Так и быть, беру тебя с собою в Похъёлу — но не видел я покуда достаточно, чтобы обмен на услуги мои магические равноценным оказался. Можешь быть моим слугою.

Ши стрельнул взглядом в Бельфебу, которая тут же вмешалась в разговор:

— Сэр Лемминкяйнен, мужчины в краях твоих — хвастуны невероятные, как я погляжу, хоть и деянья их реальные весьма от обещанных отличаются. Ежели проигрыш в состязании человека слугою делает, то как раз ты рискуешь моим слугою оказаться, ибо крайне любопытно мне, сумеешь ли ты или кто-нибудь из людей твоих превзойти меня в стрельбе из лука!

Ши едва удержался от ухмылки. Психологии Бельфеба не училась, но прекрасно знала, как обращаться с хвастунами. Фокус заключался в том, чтобы перехвастать их в той области, где вы с гарантией добьетесь успеха.

Лемминкяйнен косо посмотрел на Бельфебу и ответил:

— Харолыпи, отменяю я свое предложение. Эта супруга твоя — мегера истинная и нуждается ни в чем ином, как в наказании примерном. Дожидайтесь возвращенья моего!

Они уже совсем близко подошли к домам. Ши впервые заметил ряд изможденных оборванных рабов, которые с разинутыми ртами наблюдали за состязанием.

— Самострел! — рявкнул на ходу Лемминкяйнен, когда они расступились перед ним.

Вскоре он появился вновь — с самострелом под мышкой и пригоршней коротких стрел за поясом. Ши заметил, что лук у этого инструмента стальной, а приклад обведен медной полоской и украшен серебряной насечкой. Что ни говори, довольно красивая штуковина, хоть и сугубо утилитарная.

— Гарольд,— тихонько проговорила Бельфеба,— не настолько убеждена я теперь, что взаправду сумею сего плута превзойти. Мощный арбалет стальной в руках опытных куда более точным боем отличается!

— Соберись, детка. Ты его сделаешь! — отозвался Ши, чувствуя себя не столь уверенно, насколько делал вид.

Лемминкяйнен поинтересовался:

— Желаешь ли ты мишень неподвижную, нахалка рыжая, или же заставим раба бежать бегом, дабы придать забаве большую увлекательность?

— Неподвижная сгодится,— ответила Бельфеба. При этом на лице у нее было ясно написано, что в качестве движущейся цели ее устроил бы только сам Лемминкяйнен, и никто иной.