Я - Гений. Заражение (СИ) - Быстров Кирилл - Страница 12

 К радости Гордона, вдоль всего коридора были проложены трубы. Трубы были тёплые и в них что-то шипело. Сев на одну из труб, мальчик стянул тяжёлый рюкзак с затёкших плеч, и повесил его на торчащий из трубы манометр. Гордон уже видел такой в лаборатории Майка, с его помощью измерялось давление внутри труб. Стрелка на манометре медленно ползла вверх. Эли присела рядом.

 – И чего они так на тебя набросились? – грустно покачала головой она. – Ты ведь никому ничего плохого не сделал, даже наоборот! Ты же нам обоим жизнь тогда спас. Неужели даже для самозащиты нельзя использовать тёмную магию?

 – Видимо нет.

 – Ах да! – вспомнила Эли. – Что передала тебе Лили перед отлётом? 

 И тут же осеклась, заметив, что Гордон помрачнел. Он совсем не забыл про письмо, просто последние события отодвинули всё это на второй план. Слишком много всего произошло за последние несколько часов. Но теперь, Гордон вновь окунулся в нелёгкие размышления. Бережно достав письмо из внутреннего кармана куртки, Гордон протянул его Эли. На долгую минуту, пока Эли читала, повисло молчание. Чем дальше она читала, тем шире становились её глаза, а под конец и вовсе наполнились слезами.

 – Тут и про меня, – едва слышно прошептала Эли, любовно погладив пальцем листок. – Но ведь это не значит, что они… Они ведь живы правда? Я хочу сказать, она ведь смогла написать письмо. Наверное, им просто пришлось нас оставить.

  – Да, – уверенно кивнул Гордон. – Всё так и было.

 Аккуратно сложив и без того потрёпанный листик, Гордон сунул его обратно во внутренний карман куртки и добавил:

 – Мы их непременно найдём.

 В зарешёченном проёме уже несколько часов ничего нельзя было разглядеть, кроме облаков. По прикидкам Гордона, они летели уже полдня, хотя он не мог сказать точно: его сломанные часы, как всегда показывали одно и то же время. Изредка, когда облака расступались, можно было разглядеть море, а вдалеке силуэты гор.

 Дети вздрогнули от неожиданного звука, услышав хрипение вперемешку с шипением. Бросив взгляд в сторону, с которой раздавался звук, Гордон облегчённо выдохнул, увидев уже знакомое переговорное устройство.  Динамик закончил хрипеть и послышался недовольный голос:

 – Техномагическая служба машинному отделению! Вы там что, уснули? Немедленно сбросьте давление в системе охлаждения. Оно же вдвое выше нормы!

 – Машинное отделение техномагической службе, вас понял, – отозвался хмурый голос и добавил уже тише: – Вот прилипалы, сами ни черта не работают, ещё и нас учат как жить.

 – Эй, я всё слышал!

 – Я ничего не говорил, – буркнул в ответ всё тот же хмурый голос и на этом диалог завершился.

 Гордон с Эли переглянулись и рассмеялись. Но их веселье продлилось недолго, потому что в следующий миг с грозным "ПШ-Ш-Ш!", из клапана на трубе вырвалась струя пара. Эли взвизгнула, а Гордон оттащил её подальше от  опасности. Столб пара вылетал сквозь решётку наружу, и стало ясно, зачем они здесь вообще нужны. Закончилось всё так же неожиданно, как и началось. На всякий случай, Гордон и Эли решили сесть подальше от клапана. Когда за решётками начало темнеть, внутрь стал задувать холодный ветер. Вдобавок к этому, после сброса давления, трубы на которых сидели дети, начали стремительно остывать. В итоге, даже вытащив из рюкзаков свои куртки, дети стучали зубами от холода. А в десантном отсеке сейчас наверняка тепло, безрадостно подумал Гордон. Он был твёрдо уверен, что не вернётся туда ни при каких обстоятельствах, но всё же жалел, что всё так произошло. Они бы могли лететь вместе со всеми, весело болтая, в тепле и относительном уюте. Но нет, они вынуждены словно изгои сидеть здесь и мёрзнуть. Финальным штрихом к мрачным мыслям Гордона стало громкое урчание в животе. Съеденный в утренней спешке блинчик, казался чем-то невообразимо далёким. Прижавшись друг к другу, дрожа от холода и умирая с голоду, они уж и не надеялись, что их путешествие когда-нибудь закончится. 

 Со стороны лестницы послышались шаги. Обернувшись, дети увидели фигуру мужчины, идущего к ним. Над его плечом раскачивался шарик, источающий яркий свет. 

 – Эй, вы что здесь делаете? – поинтересовался тот, и шарик подплыл к ним ближе, давая незнакомцу рассмотреть съежившихся детей. – Почему не в десантном отсеке? 

 – Мы с попутчиками не подружились, – ответил Гордон, гадая, сойдёт ли им с рук их самовольное хождение по кораблю. – Очень сильно не подружились.

 – А-а, – понятливо протянул в ответ мужчина. – Но вам лучше всё равно отсюда уйти. Ведь если Гофман пронюхает, что вы шатаетесь по техническому этажу, и вам несдобровать, и нам.

 – А куда мы можем пойти? – спросила Эли.

 Мужчина нахмурился. Помощь детям явно не входила в его планы. В животе у Гордона опять заурчало, и мальчик притворно закашлял, чтобы скрыть это от мага. Посмотрев на плотно запахнувшихся в куртки, и жмущихся друг к другу детей, мужчина видимо сжалился.

 – Ладно, идёмте со мной, – буркнул тот. – Чаем напою, только сначала обход закончу.

 Не веря своему счастью, Гордон и Эли отправились вслед за ним. Мужчина отправился дальше, подсвечивая своим шариком самые тёмные места, и постоянно заглядывая за трубы. Наконец, они поднялись по лестнице вверх, и им время от времени стали попадаться другие маги. Спешащие по своим делам, они совершенно не обращали внимания ни на Эли, ни на Гордона, ни на их спутника. Все вместе, они подошли к двери, которую мужчина открыл своим ключом. Гордон заглянул внутрь, и удивился, как может столь маленькое помещение вмещать столь многое. А именно: две кровати, столик, шкаф для одежды, багажные полки, вешалка с полотенцами и три пузатых чемодана. Тем не менее, даже когда туда вошли все трое, каюта не лопнула, как опасался Гордон. Жестом пригласив ребят присаживаться, мужчина дёрнул на себя рычаг блокировки проводника. Сделав несколько хитрых движений он ткнул пальцем стоявший на столе чайник, и у того из носика сразу пошёл пар. Тем временем, Гордон и Эли протиснулись между столом и сели на кровать, с завистью глядя на проводник. Их молчаливый спутник, сев на другую кровать, оказался напротив. 

 – Я Чарльз из древа Браунов, – наконец-то представился мужчина, выудив откуда-то из-под стола три больших кружки.

 – Эли из древа Брук, – вежливо изобразив поклон головой, сказала она.

 – Гордон из древа Рашей, – в свою очередь кивнул головой мальчик, думая о том, что ему это напоминает тайное собрание, где каждый должен произнести свой пароль.

 Потянув носом запах свежезаваренного чая, и ароматных кексов, Гордон сглотнул слюну. Когда они, наконец, приступили к еде, кексы показались ему самой вкусной едой на свете. 

 – В первый раз в Омут? – поинтересовался Чарльз Браун, указывая на брошки, и получил утвердительный кивок и невнятное "угу" в ответ. –  Это ничего. Всё когда-то бывает впервые.

 Чарльз Браун, изначально показавшийся Гордону мрачным и угрюмым, теперь предстал в новом свете. Гордон понял, что он просто не очень любит болтать. Вгрызаясь в кекс, мальчик наблюдал за задумчивым взглядом Чарльза, неспешно прихлёбывающего горячий чай. 

 – А вы тоже учились в Белом Омуте? – спросил Гордон. 

 – Кончено. Все маги там учились.

 – А вы когда-нибудь слышали о других магах, из древа Рашей или из древа Брук?

 Прежде чем ответить, Браун задумчиво пожал плечами:

 – В Омуте учится тысячи две-три учеников, наверное. Поди всех упомни. Да и давно учился я.

 – Ясно, – расстроился Гордон.

 Он не очень-то рассчитывал, что будет легко, но то, что в Омуте учится так много магов, сильно осложнит поиски родителей. От невесёлых мыслей Гордона отвлекла тряска, из-за которой он даже расплескал чай. Но что самое ужасное, в следующую секунду погас свет. Повисла звенящая тишина, в которой отчётливо послышался щелчок отодвигаемого рычага блокировки. От того места где сидел Чарльз, метнулась ярко-белая искорка. Поплясав немного над столом, она начала летать вокруг одной точки, разгоняясь всё быстрее и светясь всё ярче. Через несколько секунд, над плечом Чарльза затанцевал уже знакомый шар испускающий сияние. В лучах света дети увидели, что Браун невозмутимо продолжает, пить чай.