Я - Гений. Заражение (СИ) - Быстров Кирилл - Страница 57

 Наутро Гордон проснулся в прекрасном, почти праздничном настроении. Церемония начнётся в девять утра, а после неё все ученики целый день будут свободны. Никаких занятий и лекций. Этот день был выделен специально для того, чтобы дети могли собрать свои вещи и попрощаться с друзьями на время летних каникул. На церемонии должны присутствовать все ученики школы, и поэтому не удивительно, что её проводили в банкетном зале, самом большом помещении в школе. Позавтракав горелыми тостами, Гордон спустился вниз, ровно к началу церемонии. Ещё идя по коридору, он слышал взволнованно-радостный гул, доносящийся со стороны банкетного зала. А уж когда вошёл внутрь, чуть не оглох от гама, который там стоял. В зале витала атмосфера праздника. Он принялся оглядываться, в поисках Эли или Патрика. Но в такой толпе людей, одетых в белое, было даже невозможно различить одного человека от другого. Быстро поняв бесполезность своих поисков, Гордон нашёл место поближе к столу, за которым сидел Тайбер Боули. Магистр с хмурым видом пересчитывал брошки, каждый раз сбиваясь со счёта. Выглядел он невыспавшимся и больным, но был на удивление трезв. Если то, что магистр никогда не употребляет спиртное на посту капитана действительно правда, то последний месяц для него выдался тяжёлым. И, Гордон был готов отдать руку на отсечение, что Боули напился вчера вечером, как только сошёл с трапа. А теперь видимо мучается от головной боли. В который раз сбившись со счёта, магистр беззвучно выругался одними губами, и уступил место за столом Николасу Фултону, своему заместителю. Тот, быстро пересчитав брошки, поднялся и объявил начало церемонии.

 Первыми к столу приглашали первокурсников, переходящих на второй курс. Когда называли имя и древо, каждый выходил к столу, получал брошь и уходил обратно в зал. Гордон внимательно прислушивался, надеясь услышать знакомые имена. А может и своё собственное.

 -Брук, Эли! – громогласно объявил Фултон.

 Из толпы, метах в тридцати левее от Гордона, выбежала запыхавшаяся Эли и, поправив растрепавшиеся волосы, направилась к столу. С сияющим видом она приняла лазуритовую брошь из рук Фултона, и устремилась обратно в зал. Гордон проследив за ней взглядом, отправился в ту сторону. Он застал её как раз тогда, когда она закрепляла новую лазуритовую брошку на воротнике.

 – Тебе она подходит под цвет глаз, – сказал Гордон.

 Эли подняла глаза и, увидев брата, широко улыбнулась.

 – Гордон! – выкрикнула она и бросилась ему на шею, заливаясь звонким смехом. – С днём рождения тебя!

 – И тебя с днём рождения, – прохрипел Гордон, пытаясь освободиться из объятий.

 – А я уже второкурсница! – похвасталась Эли, освободив Гордона. – А ты ещё нет?

 – Нет, моё имя пока не назвали.

 Фултон продолжал зачитывать списки учеников, но не торопился называть имя Гордона. И вдруг…

 – Джексон, Уоллес! – раздался голос Фултона.

 Эли и Гордон синхронно вздрогнули, и повернулись к столу. На одно безумное мгновение, мальчику подумалось, что самозванец действительно здесь, и что сейчас подойдёт к столу, чтобы получить свою брошь. Но к столу никто не шёл. Магистр Боули, стоявший чуть позади Фултона, пихнул его в бок и что-то быстро зашептал ему на ухо. Фултон побледнел и поторопился исправить свою ошибку.

 – Что ж, тогда… Донаван, Нейтон! – выкрикнул Фултон и к столу пошёл первокурсник с техномагического факультета. 

 – Кстати, вы нашли его? – спросила Эли, имея в виду Джексона.

 – Нет. О нём вообще ничего не удалось узнать.

 – Расскажи, где вы были?

 – Давай после церемонии? Найдём Патрика, и я вам всё расскажу, чтобы не повторять каждому по отдельности.

 Эли кивнула, соглашаясь.

 – Ты ещё не виделся с Патриком? – спросила Эли и принялась оглядываться по сторонам. – Интересно как прошла его практика.

 – А разве вы не вместе летели обратно?

 – Нет, я опоздала к отбытию "Лесли Янг" из Северного Нотта. Пришлось добираться на попутном корабле. А когда я прилетела, в порту уже никого не было.

 – А почему опоздала?

 – Да так… – хихикнула Эли. – Потом, расскажу. После церемонии.

 – Паркер, Патрик! – раздался голос Фултона и Эли с Гордоном повернулись к столу, чтобы увидеть друга.

 Патрик получил свой значок и, возвращаясь в толпу, увидел Гордона и Эли, которые махали ему руками, чтобы привлечь внимание. Патрик не дошёл до них пары шагов, как был перехвачен Оскаром Хавком.

 – Паркер, вот ты где! – Хавк схватил Патрика за руку, и потащил за собой. – А ну за мной, разговор есть.

 Патрик кинул жалобный взгляд в сторону Гордона и Эли, и выкрикнул:

 – Увидимся в Косой башне.

 – Похоже Патрик и на практике повеселился, – задумчиво сказала Эли, провожая взглядом их удаляющиеся силуэты.

 – Раш, Гордон! – выкрикнул Фултон.

 Весёлый гомон быстро утих, и в зале наступила полная тишина. Мальчик вышел вперёд, ощущая, как ему в спину упираются тысячи взглядов. Фултон достал его брошку из стола, а не из коробки, из которой выдавал их всем остальным. Ему показалось это странным. Взяв лазуритовую брошь их рук Фултона, Гордон повернулся и отправился обратно к Эли, стараясь не обращать внимания на множество обращённых в его сторону взглядов. Постепенно шум голосов снова начал заполнять Банкетный зал, но теперь этот гул был рассерженным. И Гордон догадывался почему: тёмного мага перевели на второй курс. Наверняка здесь больше половины надеялись, что до второго курса тёмный не продержится. Либо вылетит за неуспеваемость, либо за применение тёмной магии. Не дождётесь! Гордон отцепил агатовую брошь от воротника пиджака, и демонстративно начал прикреплять лазуритовую. И тут он обратил внимание на камень, зажатый в светлом металлическом обруче. Точно посередине камня имелось тёмное вкрапление, хорошо различимое на светлом фоне лазурита. Гордон провёл пальцем по отполированной поверхности камня, и убедился что это не просто налипшая грязь. Это часть камня. Гордон посмотрел на брошку Эли и не увидел на ней никаких чёрных пятен. Затем осмотрелся по сторонам, вглядываясь в броши второкурсников и не смог увидеть ни одного чёрного пятна. Теперь понятно, почему Фултон достал эту брошку не из общей коробки, а из стола. Похоже, он отложил её специально для Гордона. Это намёк! Конечно же, учитель никогда не станет напрямую называть ученика тёмным магом. Но Фултон нашёл способ показать Гордону: не только ученики считают, что он недостоин носить белую форму мага. Учителя тоже не в восторге. Ощущение праздника улетучивалось, оставляя на душе лишь глубокую обиду.

 После того как закончили выдавать броши первокурсникам, на очереди оказался сначала второй курс, а потом и третий с четвёртым. С пятикурсниками дело обстояло чуть иначе. Им выдавали рубиновые броши, присваивая им статус выпускников Белого Омута. Гордон искренне порадовался, когда увидел светящуюся от счастья Агату Ур. Она прикрепила рубиновую брошь к воротнику, и теперь принимала поздравления от Датсона, Боули и Нила Бейкера. Когда последняя рубиновая брошь нашла своего хозяина, Фултон объявил конец церемонии, и ученики стали разбредаться по своим корпусам. Гордон и Эли направились в корпус иллюминатов, чтобы дождаться там Патрика, и всем вместе поделиться впечатлениями после практики. 

 Патрик не заставил себя долго ждать. Ввалившись в комнату для отдыха, он с порога принялся ругать магистра Боули, который рассказал Хавку обо всех его проделках, совершённых на борту "Лесли Янг". Потом опомнился, и взревел:

 – С днём рождения вас обоих! И с окончанием первого курса! 

 – Спасибо, – улыбнулась Эли. – А что ты натворил на практике? Профессор Хавк выглядел очень рассерженным.

 – Да ерунда! – махнул рукой Патрик. – Заморозил озеро Инарияр.

 – Целое озеро? Как ты умудрился? – спросил Гордон, прикидывая, сколько на это могло понадобиться аумы.

 – Ну не полностью, но… большую его часть. Я подговорил свой орудийный расчёт. Я раньше думал, что достаточно направить плетение на орудийный проводник изнутри корабля, и усиленное плетение вырвется снаружи.