Эффект энтропии - Макинтайр Вонда Н. - Страница 41

Брайтвайт освободил доктору дорогу, но пошел по коридору вслед за ним, донимая разговором:

– Недостаток энергии – это результат использования изобретения Мордро. Доктор постарался не услышать его слов.

– Доктор Маккой, я готов поверить вашему рассказу о деле капитана Кирка, но, пожалуйста, поверьте и вы мне. Доверьтесь – мы же не враги. Признайтесь, куда и когда вы отправили Спока и Мордро?

– Я никуда и никогда их не отправлял. И что вы имеете в виду, говоря, «когда» и «куда»? Путешествие во времени? Но это самое безумное предположение из всех слышанных на моем веку. Я уже говорил вам, что пока Спок спит, нет никакой возможности поговорить с ним. А доктор Мордро находится в своей каюте. Почему бы вам не пойти к нему и не поговорить с ним на тему путешествий?

Маккой был слишком поглощен своими мыслями, чтобы заметить злобную гримасу, перекосившую лицо Брайтвайта, когда доктор вновь заговорил о мнимом сне Спока. Ложь была наскоро сметана белыми нитками, видными издалека, но Брайтвайт видел и свои собственные ошибки. В этой чрезвычайно запутанной ситуации он с самого начала оказался не на высоте – был слишком щепетилен, старался из превышать своих полномочий перед лицом смертельной угрозы. Вот и остался один на один со своей щепетильностью, а преступники делают свое дело.

«Как ты наивен, Иан», – укорил он сам себя, а вслух сказал:

– Хорошо, я проверю доктора Мордро, но и вы пойдете вместе со мной.

Кажется, он начал исправлять свои ошибки, перестав доверять доктору Маккою, не имея веских доказательств его невиновности.

– Как вам будет угодно, – безразлично согласился Маккой. Он все еще не пришел в себя – он только что как бы заново пережил смерть Джима, и реальность этого переживания, реальность смерти отодвинули затею Спока в область несбыточной химеры. Вдвоем они пошли к каюте Мордро.

С каждым шагом доктор все больше приходил в себя и все сильней злился на прокурора. Он сомневался, что увиденный наяву Мордро успокоит подозрительность молодого выскочки от юриспруденции, – вслед за Мордро Брайтвайт захочет увидеть и Спока. И доктору ничего не оставалось делать – волей-неволей приходилось тянуть время, чтобы Спок смог закончить свою работу.

У каюты Мордро Барри Аль Аурига беседовал с двумя другими охранниками. Все трое вопросительно уставились на подошедших.

– Мы пришли навестить доктора Мордро, если, конечно, он на месте, – многозначительно заявил прокурор.

Аль Аурига нахмурился, но сдержал себя и ответил:

– Да, он на месте.

– Откройте дверь, – приказал прокурор.

– Не торопись, Барри, – сказал в свою очередь доктор, и все с удивлением посмотрели на него, а Брайтвайт побледнел.

– Я был прав! – прошипел он в лицо Маккоя.

– Вы…

– А вы мне слишком надоели, – прервал его доктор. – Барри, не сочтите за труд взять мистера Брайтвайта под стражу и запереть его до тех пор, пока он не научится, как себя вести в приличном обществе.

– Доктор Маккой, – просиял Аль Аурига. – С большим удовольствием.

– Только полегче обращайтесь, прошу вас.

– Я буду носиться с ним, как с драгоценной фарфоровой статуэткой!

Иан попытался было увернуться от огромного офицера безопасности, но наткнулся на двух стоявших позади охранников.

– Вы не понимаете, что вы делаете! – закричал он. – Мордро сбежал! А Спок и Маккой помогли ему! – Иану пришлось высоко задрать голову, чтобы найти взгляд Аль Ауриги. Он давно уже не встречался с человеком выше себя ростом и с каким-то ужасом смотрел на нависшую над ним тяжеловесную фигуру. Но не умолкал. Прижавшись спиной к переборке, продолжал выкрикивать:

– Это они убили Кирка! А бывший командир службы безопасности помогала им. Но слишком много затребовала за свою помощь, поэтому они и ее убили. Аль Аурига шагнул вперед и схватил Иана за горло.

– Барри, – предостерег его Маккой.

– Не беспокойтесь, я не покалечу этого… – голос его дрогнул. – Но если он скажет еще хотя бы слово о…

Он сделал еще один шаг, вплотную приблизившись к Брайтвайту, и пронзая его своим огненным взглядом, предупредил:

– Послушай ты, кто бы ты ни был, но если ты скажешь еще хотя бы полслова против Мандэлы, я задушу тебя вот этими своими руками.

Брайтвайт, сжав челюсти, без всякой боязни выслушал Аль Ауригу.

«Да-а, – подумал Маккой, – характера ему не занимать. Надо будет обязательно сказать ему об этом».

Барри кивком головы приказал прокурору следовать вперед, и двинулся вслед за ним. Когда они скрылись за углом коридора, Маккой подумал, что эти двое действительно не скажут друг другу ни полслова.

Спок материализовался на платформе во вспышке радужного света. Он помедлил, прежде чем сойти вниз, – перемещение переносило его не только сквозь время и пространство, но и через все искажения космоса, и жестоко обращалось с ним. Все тело его ломило, каждый мускул скручивало от боли.

И ему потребовалось больше обычного времени, чтобы успокоить боль. А когда он попытался сделать шаг, то едва не упал – так одеревенели его ноги. Но он все-таки сделал этот шаг, сойдя с платформы, и стоял, покачиваясь, с трудом сохраняя равновесие.

– Мистер Спок?

Спок замер от неожиданности, а потом как можно спокойнее повернулся лицом к главному инженеру, пряча за спиной преобразователь времени.

– Мистер Скотт, я… я ждал вас.

– Вы меня вызывали? С вами все в порядке? Что-то случилось с транспортатором?

И Спок сказал первое, что пришло ему в голову, лишь много позже осознав, что он сказал Скотту то, что, как утверждал Скотт, Спок сказал ему в транспортном отсеке:

– Я просто заметил незначительные колебания в работе транспортатора. Они могут стать причиной для жалоб.

– Я могу помочь вам, как только доложу капитану о состоянии двигателей, – хмуро предложил Скотт.

– В этом нет никакой необходимости. Работа уже почти закончена, – он не тронулся с места. Скотт чуть подзадержался в дверном проеме, пожал плечами и оставил Спока одного.

Вулканец выжидал. Главный инженер должен сейчас войти в лифт вместе с Брайтвайтом и капитаном, выйти с ними на капитанский мостик и во время доклада капитану увидеть его, Спока, и затеять с ним спор. Затем он должен пройти в обратном направлении, бормоча проклятия на шотландском диалекте.

И как только Скотт второй раз скроется из глаз, Споку надо незаметно войти в лифт, поджидая сумасшедшего Мордро из будущего и преградить ему дорогу на мостик.

Спок дотронулся до своего фазера. Конечно, он предпочел бы не пускать его в ход, но ничем иным Мордро нельзя остановить – его надо не только остановить, но и уничтожить, иначе он будет возвращаться снова и снова – и снова и снова убивать Кирка.

Спок прокрался к лифту, зашел за угол кабины и, притаившись в тени, принялся терпеливо ждать.

– А-а, Спок! Я думал, вы придете сюда после меня.

Вулканец резко развернулся и лицом к лицу встретился с Мордро – с тем самым, лишь слегка постаревшим Джорджем Мордро, который уже появлялся на капитанском мостике «Энтерпрайза». На нем был тот же светло-коричневый костюм арестанта, что и на втором его «я», запертым сейчас в каюте, в руках он держал пистолет, которым хотел воспользоваться через несколько минут.

– Поверьте, я вовсе не хотел впутывать вас в это дело, но мне надо было убрать вас подальше от этой проклятой аномалии, возле которой вы один принесли мне больше хлопот, чем Брайтвайт, Кирк вместе со всей Федерацией.

– Не понимаю, что вы имеете в виду, доктор Мордро? – Спок незаметно потянулся рукой к фазеру. Доктор угрожающе поднял пистолет:

– Пожалуйста, не делайте этого – не доводите меня до крайности. Я никогда не помышлял причинить кому-либо вред, я всего лишь попытался отвести от себя беду. Но вы не имеете представления, до какой степени все перепуталось. Вы совершили всего лишь одно перемещение во времени, а оно повлекло за собой целую цепь других, которых вы не смогли предусмотреть и не сможете предотвратить.