Ученик чародея - Миро Даг - Страница 4

— Здорово, — отозвался Дейв, жалея, что не понимает ни слова. Но он и в самом деле не разбирался в музыке.

— В общем, рада была повстречать тебя снова, — сказала она и взялась за дверную ручку. — Удачи со стипендией.

Но едва она переступила порог, как раздался громкий треск. В громадную антенну на крыше здания ударила молния. Металлический стержень вспыхнул и задымился.

Бекки сникла.

— Кажется, это была наша антенна.

Дейв улыбнулся. У него родилась идея.

На другом конце города, в квартире, назревала буря совсем иного рода. Китайская ваза уже не просто содрогалась, а ходила ходуном. Хозяйка потянулась за ней, и вдруг крышка пулей взлетела вверх и ударилась в потолок. Комнату заполнило облако дыма. Когда дым рассеялся, на полу нарисовалась сгорбленная темная фигура.

Это был Максим Хорват.

— Я что, вышел первым? — поинтересовался он. Вместо ответа женщина хлопнулась в обморок.

Хорват огляделся в поисках Бальтазара. Ничего не увидев, он схватил вазу и шагнул к балкону.

— Наши десять лет закончились, Бальтазар! — радостно вскричал он. — Пойду расскажу об этом мальчишке.

С этими словами Хорват сбросил вазу с балкона и вышел из квартиры. Но он явно поторопился. Не долетев до земли, ваза испустила еще один шлейф дыма. Из его клубов высунулась рука и крепко ухватилась за перила балкона на третьем этаже. Рука принадлежала Бальтазару. Он глубоко вздохнул, услышав, как далеко внизу ваза с грохотом разбилась о тротуар. Не дожидаясь, пока кто-нибудь из пешеходов поднимет голову, Бальтазар исчез.

И опять Дейв не предчувствовал никакой опасности. Он был слишком занят, помогая Бекки. В тот самый миг он был на факультетской радиостанции, чинил передатчик в аппаратной. Молния сожгла всю систему. К счастью, Дейв неплохо разбирался в электротехнике.

За его работой с интересом следила не только Бекки, но и ее приятель, диджей Андре. Дейв не знал, что и думать об Андре. Он выглядел как фотомодель и разбирался в музыке не хуже Бекки. Дейв беспокоился, уж не встречается ли он с ней. Но он постарался выкинуть эти мысли из головы и сосредоточиться на электронике.

— Могу обрадовать: передача от вас всё еще происходит, — сказал он. — И огорчить: потери на отражение слишком велики.

Бекки ответила ему ничего не понимающим взглядом.

— Я много работал с преобразователями, — пояснил Дейв.

— Прости, — растерянно произнесла Бекки. — Я не понимаю.

— Преобразователь видоизменяет энергию из одной формы в другую. Ваша антенна потребляет электрическую энергию и преобразует ее в электромагнитную. То есть в радиоволны, — объяснил Дейв.

Бекки похлопала ресницами.

— Что, я совсем тебя запутал? — спросил Дейв.

— Немного, — виновато улыбнулась она.

— Да, — хищно ухмыльнулся Андре. — Это словечки для ботаников.

Дейв, не обратив на него внимания, подкрутил какие-то рукоятки, и в студию внезапно хлынула музыка. Дейв улыбнулся.

— Преобразователь заработал! Передача пошла! — радостно вскричала Бекки, не замечая, что тоже заговорила как ботаник.

Дейв с улыбкой обвел рукой стеллажи с радиооборудованием.

— Это ведь для тебя очень важно, да?

— Моя передача — это для меня самое… — Она запнулась на полуслове, словно не хотела выдавать сокровенную тайну. — Ты меня понимаешь?

— Да, — кивнул Дейв. Он прекрасно ее понял. — Как для меня физика.

Они обменялись улыбками.

— Увидимся, — сказал Дейв.

Бекки рассмеялась.

— Будь осторожен. Похоже, вокруг тебя всё взрывается.

Дейв хотел что-то сказать, но от волнения не смог. Он оцепенел — как тогда, в автобусе, на экскурсии. Потом Андре обнял Бекки и поцеловал в щеку.

Дейв вздохнул. Вечно он оказывается в нужном месте, но не в то время.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Глубоко в недрах Нью-Йорка располагалась заброшенная станция метро, которую университет разрешил Дейву переоборудовать под скромную физическую лабораторию. Обставлена она была не бог весть как — списанным оборудованием и обшарпанной мебелью, однако была хорошо защищена и от внешних воздействий, и от посторонних взглядов, а потому представляла собой идеальное место для опытов с высоким напряжением. Лаборатория стала для Дейва и Беннета вторым домом.

После катастрофически разочаровавшей его встречи с Бекки Дейв сразу поспешил туда, стал возиться с двумя огромными трансформаторами Тесла, а сосед по комнате плюхнулся на старый диван и стал с пристрастием допрашивать его о подробностях свидания.

— И ты просто так взял и ушел?

— А что мне оставалось делать? — отозвался Дейв, наматывая катушку. — Я починил антенну, произвел впечатление. Она наверняка меня запомнит!

— Правда? И ты не пригласил ее на свидание? Просто починил антенну и ушел?

Дейв тяжело вздохнул.

— Я думал, не пригласить ли ее на свидание. Серьезно думал.

Беннет встал, подошел к соседу и положил руку ему на плечо.

— Подумай серьезно, где раздобыть побольше уверенности в себе, — посоветовал он.

Дейв провел рукой по волосам и вздохнул:

— Десять лет назад я уже упустил случай поближе сойтись с этой девочкой.

— Ну, надеюсь, тебе выпадет и третья попытка, — улыбнулся Беннет. — Лет через десять.

Плечи Дейва поникли.

С чувством выполненного долга Беннет надел пиджак и окинул взглядом две огромные колонны, поддерживавшие трансформатор Тесла.

— Ты и впрямь считаешь, что эти допотопные бандуры помогут тебе выиграть Ньютоновскую стипендию?

— Вот получу долгоживущую плазму — тогда и смейся, — откликнулся Дейв.

— Верно, в долгоживущей плазме нет ничего смешного, — сказал Беннет, стоя в дверях. — У тебя есть последний шанс изучить поведение жидкости в холодном бокале.

Дейв покачал головой.

Ожидая именно такого ответа, Беннет вышел, оставив Дейва с его устройствами.

Дейв подошел к панели управления трансформатора, надежно спрятанной в сейфе, и повернул рубильник.

От одного трансформатора к другому побежали длинные щупальца электрических разрядов. От них по лаборатории разлилось призрачное сияние, а на лице Дейва вспыхнула улыбка. Впервые за весь день он почувствовал себя хорошо. Здесь, в физической лаборатории, он обретал истинную уверенность в себе. Он включил радио и настроился на факультетскую станцию.

Из эфира до него донесся голос Бекки.

— Может быть, это лично мое восприятие, — говорила она, — но эта песня не выходит у меня из головы.

Заиграла мелодия в стиле «фанки», которую Дейв никогда не слышал. Пусть у передачи было не так уж много слушателей, зато сейчас Бекки обрела самого преданного. Дейв прибавил громкость и вернулся к работе.

Здание корпорации «Крайслер», построенное в 1930 году, было в то время самым высоким в мире. Рекорд был побит через одиннадцать месяцев, когда был возведен Эмпайр-Стейт-билдинг, а потом и много других. Но, хотя многие небоскребы и превосходили здание «Крайслер» по высоте, ни один из них не смог сравниться с ним по величественной архитектуре, соединившей множество художественных стилей.

Шестьдесят первый этаж представлял собой прекрасный образец этого художественного сплава. С его высоты на Манхэттен взирала целая вереница орлов из нержавеющей стали. Именно туда и пришел Бальтазар Блейк, чтобы окинуть взглядом город после своего десятилетнего заточения в вазе.

Его глаза скрывались в тени под широкими полями шляпы, полы длинного плаща полоскались на ветру. Чародей с высоты взирал на город, и в его душе надежда боролась с тревогой. Он боялся, что Максим Хорват вызволит своих собратьев-чародеев, заточенных в Гримхольде, и они погрузят город в пучину хаоса и разрушения. И надеялся, что Дейв Статлер поможет ему одолеть злые силы.

Бальтазар осторожно погладил блестящего стального орла, и одно из колец у него на пальце замерцало. Да, подумал чародей, этот знак укрепляет надежду.