Люди молчаливого подвига - Василевский Александр Михайлович - Страница 69

— Поработать на линиях и узлах Брест, Барановичи — Лунинец не мешало бы. Но стоит ли всему отряду идти туда? Ведь отряд мой сейчас сильно разросся. Особенно за счет группы Каплуна…

— Нет, весь отряд посылать мы не будем. Отряд ваш разделим и по частям направим в разные места. Вы возьмете с собой самую большую группу. Заместителем у вас будет Каплун. Дадим вам около ста килограммов тола. Думаю, на первое время хватит. Израсходуете — дадим еще. Значит, договорились?

— Договорились, Григорий Матвеевич.

— Тогда идите, готовьтесь. Дней через пять выступите.

В первых числах августа отряд Бринского прибыл на Выгоновское озеро.

Разбив лагерь в урочище Заболотье, партизаны сразу же приступили к боевой работе. Уже на следующий день неподалеку от станции Буда под откос был пущен эшелон с танками, а вскоре загрохотали взрывы на железных дорогах Лида — Барановичи, Брест — Барановичи, Белосток — Барановичи, Брест — Лунинец…

Ни днем, ни ночью партизаны не давали оккупантам покоя. Чиновники жандармерии, коменданты полиции в каждом рапорте жаловались, что в тылу стало страшнее, чем на фронте, что всюду их подстерегают партизанские пули.

Какие только меры не принимали гитлеровцы, чтобы покончить с народными мстителями! На прочесывание лесов и болот, где укрылись партизаны, бросались регулярные части. Самолеты бомбили лесные массивы, сбрасывали зажигательные бомбы, чтобы выкурить народных мстителей из лесных трущоб. Под видом бежавших военнопленных к партизанам засылались шпионы и провокаторы.

Один из агентов гестапо пробрался в те дни и в отряд Бринского с заданием уничтожить руководство отряда и организовать захват радиста и радиостанции.

По его сигналу дождливым октябрьским утром полуторатысячная колонна гитлеровцев подобралась к партизанской базе Бринского. Подошла и увидела… потухшие костры, поваленные шалаши…

За несколько дней до облавы шпион был разоблачен. На допросе он рассказал Антону Петровичу о готовящемся на отряд нападении, и партизаны успели вовремя покинуть свою базу.

6.

Стоял ноябрь. Бринский получил приказ Бати срочно явиться к нему на Червоное озеро.

«Что это значит? — подумал Антон Петрович. — Что затевает Батя? Позавчера Ивана Черного вызвал, сегодня меня…»

Черный прибыл из Москвы совсем недавно. Он кадровый военный, коммунист, закончил военное училище. Затем поступил в Военную академию имени Фрунзе, но окончить ее не успел — началась война. Ушел на фронт. Несмотря на молодость — ему не было и двадцати шести лет, — Черный командовал на фронте батальоном. В августе Иван Николаевич со спецзаданием был направлен к Бате.

А когда Батю в начале 1943 года отзовут в Москву, вместо него командование назначит Ивана Черного.

— Давненько не виделись с вами, Антон Петрович. Как дела? Как здоровье? — протягивая руку, проговорил Батя.

— Спасибо, Григорий Матвеевич, на здоровье пока не жалуюсь.

— Вот и хорошо… Пойдемте в землянку.

Батя снял намокшую от дождя кожанку и шапку, повесил их возле двери и сел за стол, приглашая Бринского жестом руки сесть рядом.

Когда Бринский сел, Батя склонился над картой, что была разостлана на столе, и, не поднимая головы, проговорил:

— Хочу вас, Антон Петрович, направить на Украину.

— На Украину? — удивился Бринский.

— Да, на Украину… Знаю, Антон Петрович, вы многое тут сделали. И народ еще не раз скажет «спасибо» за это. Но сейчас ваше место на Украине. Там ваш опыт очень пригодится… Смотрите объекты, — и Батя стал водить пальцем по карте. — Сарны, Ковель, Коростень…

— Все это, конечно, так, Григорий Матвеевич. Но жалко расставаться с Белоруссией. Ведь я провоевал здесь больше года, сдружился с бойцами, народ здешний хорошо узнал…

— Ничего, своих земляков, думаю, вы не хуже знаете… Возьмете из своего отряда человек сто. Они вам и будут на первых порах опорой… Пройдет какое-то время, и слава о боевых делах новых партизанских отрядов, которые вы там организуете, докатится и сюда, до Полесья. Я уверен в этом. Так ведь?

— Не знаю, Григорий Матвеевич, не знаю. Думаю, вы преувеличиваете мои возможности… Каплун со мной пойдет?

— Нет, Каплун с вами не пойдет. У него будет другое задание. Ему мы дадим отряд, с которым он отправится под Бобруйск…

Долго еще сидели в тот вечер Батя и Бринский. Им было о чем поговорить. Линьков напутствовал Антона Петровича, давал ему советы.

До сих пор Антон Петрович воевал под руководством Бати, у которого был богатый опыт бойца и организатора. А теперь Бринский будет вдали от него. Нелегкое это дело! Хватит ли сил? Справится ли он с поставленной задачей?..

7.

Холодная осенняя ночь. Ни звука, ни огонька. Только слышно, как плещутся у берега, слегка припорошенного снегом, тяжелые волны Припяти.

Но вот треснула под чьей-то ногой ветка, затем другая, фыркнула где-то неподалеку лошадь, и, осторожно раздвигая кусты, на берег Припяти вышли два человека, держа наготове автоматы. Они осмотрелись, подошли к реке, один из них даже нагнулся и опустил в воду руку.

— Ну, як? — спросил его напарник.

— Вода очень холодная.

— Ладно, пышлы.

Это были партизаны-разведчики из отряда Бринского. Обследовав берег и найдя место для переправы, они так же бесшумно, как и появились, исчезли среди кустов. А вскоре из лесу выехало несколько партизанских подвод, на которых кроме боеприпасов, тола, различного имущества были еще и лодки. Рядом с подводами шли партизаны.

Увидев слегка белеющую в ночи полоску реки, Бринский снял шапку и остановился. «Вот она, на том берегу, Украина, родная Украина! Что ждет нас там? Как сложится наша борьба с врагом?»

Заметив, что бойцы тоже остановились и молча вглядываются в темень противоположного берега, Антон Петрович поднял руку:

— Товарищи, сейчас мы расстанемся с родной землей Белоруссии и ступим на родную землю Украины. Давайте поклянемся, что и там, на Украине, будем до последнего вздоха драться с врагом и не сложим оружие, пока не разгромим фашистскую нечисть!

— Клянемся!

— Клянемся!

— Клянемся! — зазвучали в ночной тиши голоса партизан.

Закончена переправа. Весь отряд снова в сборе.

Бринский шел, опираясь на палку, с трудом делая каждый шаг. Он был болен, простудился, давала о себе знать застарелая болезнь… Партизаны хотели было соорудить носилки и по очереди нести его, но Антон Петрович категорически запретил им это.

— Ничего… Клин клином, говорят, вышибают, — пытаясь улыбнуться, шутил он. — Пересилю как-нибудь. Няньки не нужны, не маленький…

Партизаны с восхищением смотрели на своего командира, они хорошо знали его упорство и мужество.

К счастью, приступ болезни вскоре прошел. Но Антон Петрович знал, что болезнь может в любую минуту обостриться. Знал и ничего не мог поделать с этим…

Небольшой отряд дяди Пети — так теперь стали называть Бринского — прибыл на Украину, конечно, не на пустое место. В западных областях уже действовали три отряда и одна группа Бати, присланные им сюда раньше. Вели успешные боевые действия на Украине и местные партизанские отряды и группы.

В задачу Антона Петровича входило ведение разведки, диверсии, организация в городах и в деревнях подпольных антифашистских групп, а там, где подпольные группы уже имелись, создание на их базе партизанских отрядов.

Первый такой отряд, выросший впоследствии в партизанскую бригаду, был создан в начале декабря с помощью хочинских подпольщиков. На базе маленького отряда, базировавшегося у деревни Озерск, был создан второй крупный отряд, в помощь которому Бринский также выделил часть своих людей…

Большое внимание Бринский уделял агитационной работе. Он и сам был искусным агитатором. Местные жители все время информировались о положении на фронтах, из многочисленных листовок узнавали об успехах партизан.