Атомный поезд - Корецкий Данил Аркадьевич - Страница 114

Чуть в стороне, на табуретке, сидел Лечи Исмаилов, за его правым плечом стоял Исрапил Галинбаев. Правда, без оружия, только с пистолетом под одеждой.

Амир Исмаилов был очень самолюбив и считал себя самым важным человеком на земле, поэтому он не делал доклад высокому руководству, а просто рассказывал, как собирается выполнить порученную ему важную и высокооплачиваемую работу.

— Впереди взорвём путь, сзади взорвём, — продолжал своим глубоким голосом полевой командир. — По локомотиву ударим из гранатомёта, чтобы наверняка. От газа они или окочурятся, или вылезут наружу. Я всем приказал стрелять аккуратно, по вагонам стараться не бить.

— А дальше что? — спросил Арханов, покосившись на забинтованного. Тот сидел неподвижно и из узкой щели в бинтах смотрел на Лечи. От этого взгляда железный амир чувствовал себя очень неуверенно.

— Уничтожаем всех, осматриваем вагоны, забираем бомбу, взрываем поезд и уходим.

— Хорошо, — кивнул Арханов. — Когда пойдёт этот поезд?

— Пока неизвестно, — Исмаилов несколько смутился. — Ребята сидят на телефоне. За час-два всё узнаем.

Али Арханов неодобрительно покачал головой:

— За час-два подготовиться не успеете. Раз так, надо уже сейчас ставить засаду. Пусть сидят, сколько понадобится!

Полевой командир скривил губы. Такая идея ему не понравилась.

Наступила тишина. Арханов ещё раз посмотрел на своего спутника.

— Почему такой слабый газ взяли? — спросил тот. — Это для насморка, чтобы нос прочистить. Надо фосген, зарин, вэ икс брать! Нету у вас, скажите мне, я привезу!

Забинтованный обращался не к Лечи, а к Арханову.

— С зарином тут никто обращаться не умеет, — терпеливо пояснил имам. — Сами отравятся, вот и все!

— Слабый газ, говоришь? — вмешался Исмаилов. — Я таким слабым однажды десять пленных задушил. В пещере. За двадцать минут.

— Кто пойдёт на крышу? — теперь забинтованный обращался напрямую к Лечи, очевидно, признав в нём уважаемого человека.

— Вот он, Исрапил. С ним ещё один, из хархоевских.

— Бомба знаешь сколько весит? Как брать будешь?

Этот вопрос полевого командира и подавно не смутил.

— Кран подгоню, «КамАЗ», — и все дела!

— Ну, ладно! — забинтованный встал. — Посмотрим обстановку на месте. Кого где поставить, откуда стрелять, где пути разбирать.

Они вышли из сторожки, следом потянулись остальные. Арханов и забинтованный сели в микроавтобус с зашторенными окнами. Галинбаев устроился за рулём, Исмаилов сел с ним рядом.

— Бинты лучше снять, Салим, — деликатным тоном посоветовал Али. — Они больше внимания привлекают.

— Это верно, — кивнул тот. — Да и дышать трудно.

Он размотал бинт. Исрапил в зеркальце жадно рассматривал лицо таинственного и властного незнакомца. Но ничего необычного или героического в нём не находил. Обычный кавказский мужчина, на любом российском рынке таких десятки. И чего он старается, рожу прячет? Из-под воротника незнакомца вдруг выскочил упругий проводок, тот быстро заправил его на место.

— Ты поосторожней, — Арханов инстинктивно отодвинулся.

— Всё в руках Аллаха…

Салим глубоко, до самых глаз, натянул трикотажную лыжную шапочку. Кроме того, надел большие зеркальные очки.

— Поехали! — коротко скомандовал он.

В район станции Елисеевская стянулись уже около пятидесяти боевиков. Они рассредоточились по три-пять человек в окрестных сёлах и на полевых станах в радиусе одного-двух километров: по сигналу все могли собраться в нужной точке в течение получаса.

Стояла безветренная ясная погода, стоящее в зените солнце ласково согревало своими длинными лучами иссушенную почву. Галинбаев тронул микроавтобус с места. Следом двинулась «Нива» с охраной. Салим специально приказал, чтобы использовались только неприметные машины. Арханов передал приказ Лечи. И тот его скрупулёзно выполнил.

Проехав с километр вдоль железнодорожных путей, Галинбаев притормозил.

— Вот здесь рванём рельсы, — показал рукой амир Исмаилов. — А засаду вон там поставим…

Арханов и Салим выскочили из машины, пешком перебрались через насыпь и подошли к песчаному оврагу. Исмаилов и Галинбаев шли следом. Здесь можно спокойно разместить несколько десятков бойцов. По другую сторону пути располагалась лесополоса. Место для удара с двух сторон было выбрано удачно, Исмаилов чуть заметно улыбался. Что понимают эти люди в боевых делах!

— Ты разметь сектора обстрела, — сказал Салим. — И сдвинь в сторону, метров на пятьдесят, тех, кто будет в зарослях. Чтоб не ставить группу напротив группы. Иначе они друг друга постреляют!

Улыбка исчезла с сурового лица полевого командира. Замечание правильное. Об этом он и не подумал.

— И ещё одно, — жёстко продолжил Салим. — Надо помнить, зачем мы сюда пришли. Мне нужна бомба, а не взорванный поезд. Ты понял? Бомба, целая и неповреждённая. Поэтому гранатомёты у всех забрать. И ручные, и подствольники. Оставь только один, для выстрела по тепловозу. И пусть он будет у надёжного человека.

— Сделаю, — кивнул Исмаилов, хотя лицо его выражало сильные сомнения.

Позади раздался шум двигателей. Арханов и Салим обернулись. От дороги, раскачиваясь на кочках, медленно пробиралась «Газель».

— Кто это?

— Пополнение, — пояснил Лечи. — Это мои лучшие бойцы! Второй батальон шахидов!

В голосе его слышалась гордость.

— Завтра подтянется ещё боевая десятка!

— Так, когда пойдёт поезд, хоть примерно скажи? — спросил Салим.

— Сказал же — пока не знаем, — Лечи пожал плечами. — Дня через три. Успеем подготовиться. А сажать бойцов в засаду прямо сейчас нельзя. Столько они не высидят. Расслабятся, начнут в нарды играть, кто-то заснёт, кто-то отойдёт в сторону… Я своих людей знаю.

У Арханова прозвенел мобильник.

— Я здесь, — отозвался имам. И после короткой паузы добавил: — Я всё понял.

Он спрятал телефон и, обращаясь к Лечи, сказал:

— Поезд уже идёт. Здесь ориентировочно будет завтра. Уточните время. И с утра ставьте засаду!

— А теперь смотри, какая картина получается! — Влад Малков заглянул в экран «наладонника», и Ломов с интересом проследил за его взглядом. Они сидели в своём бронетранспортёре, который охранялся круглосуточно и потому на сто процентов был свободен от жучков. Четверо автоматчиков стояли кольцом вокруг бронированной машины, поэтому и сейчас разговор никто не мог подслушать.

— Оксана Кудасова поссорилась с мужем, он ушёл в рейс, а она тут же звонит некоему Бабияну — крупному коммерсанту с криминальным прошлым и соответствующими связями. Просит прислать машину. А приезжает почему-то некий Василий Столяров и везёт её в Тиходонск, где он живёт в гостинице «Сапфир».

— И что? Это интересно только её мужу!

— Не торопись, — Влад умел быть сдержанным. Правда, редко, да и только со своими. — Они прекрасно провели время: любовь-морковь и всё такое, даже трахались под оркестр…

— Как так? — вскинулся Анатолий.

Но напарник только отмахнулся.

— Потом как-нибудь расскажу. Старлей Кудасов вернулся из рейса, съездил в Тиходонск и привёз её обратно!

— И такое бывает, — поморщился Ломов. — Поссорились, потом помирились… Ничего необычного.

— Да ты слушай! Будет тебе необычное — выше крыши! Они прожили в мире и согласии неделю, муж — в очередной рейс, а она тут же звонит Столярову и назначает свидание, хочет опять с ним уехать! Нет, ты понял? Спрашивается, а зачем приезжала? С какой такой целью?

— Почему обязательно «с целью»? Вернулась в семью, мужа проводила, и опять захотелось! Дело обычное…

— Да нет, — Малков покачал головой. — Ничего обычного в этом деле нет! Проверили телефон этого Столярова. А куплен он на паспорт Мусы Хархоева! Хархоевская банда в Тиходонске нефтяной бизнес держала. Из Чечни бензин получали и продавали, кто артачился — громили заправки.

— Что ж этот Хархоев, совсем дурак? — спросил Ломов. — Зачем ему на себя телефон оформлять?

— Они об этом не задумываются. Дал паспорт — и всё! Он не знал, что с этого телефона в Америку звонить будут!