Атомный поезд - Корецкий Данил Аркадьевич - Страница 79

Пройдя в дом, Мачо натянул светлые джинсы, лёгкие теннисные туфли на верёвочной подошве, набросил тёмно-синюю рубашку, застегнув её так, чтобы была видна волосатая грудь. Вдел широкий кожаный пояс с массивной пряжкой, которую можно было в случае необходимости использовать как кистень. Сам пояс мог в нужную минуту послужить гарротой.[14]

Через десять минут после звонка Фоука он уже сидел в уютном кожаном салоне двухсотсильного «Лексуса» и, едва заметно морщась, поворачивал ключ зажигания. Гримаса была непроизвольной и относилась к многократно повторенному чужому опыту, когда после такого поворота машина вместе с водителем взлетала на воздух. Впрочем, сейчас он не ждал ничего подобного. Ничего подобного и не произошло: двигатель тихо, но мощно заурчал, и «Лексус» тронулся в путь.

Мачо жил в Моксвилле — маленьком, ничем не примечательном городке, расположенном в шестидесяти милях от другого ничем не примечательного городка по названию Лэнгли.

Последний, однако, приобрёл широкую известность в связи с нахождением там штаб-квартиры ЦРУ.

«Конюшней» Фоук называл ресторан «Бизон», находящийся между Лэнгли и Моксвиллом. Слово «между» можно было использовать с большой долей условности, для обозначения равенства партнёров и их взаимного уважения. На самом деле «Бизон» располагался в десяти милях от Лэнгли и в пятидесяти от Моксвилла, а следовательно, равенство Фоука и Мачо определялось формулой «пять к одному». В действительности это соотношение носило ещё более контрастный характер.

Но Мачо не обижался. Он знал, что обед — это только форма доведения до него очередного, хорошо оплачиваемого задания. Фоук выступал в роли щедрого работодателя. Кроме того, Мачо знал, что обед будет вкусным, а заплатит за него опять же Фоук. Поэтому он без всяких претензий был готов преодолеть не только пятьдесят, но и пятьсот миль.

Серая бетонная лента шоссе послушно бросалась под колёса «Лексуса». Крепкие ладони Мачо лежали на руле, большой палец играл кнопкой переключения радиоканалов, и салон наполняли то негритянский блюз, то рваные ритмы рока, то тяжёлый рэп… Несмотря на жару за бортом, в салоне было прохладно и уютно. Стрелка спидометра спокойно лежала на цифре 180. Мачо включил круиз-контроль и расслабленно поплыл по музыкальным волнам.

На скорости сто восемьдесят километров, или сто двадцать миль, в час он нёсся к своему очередному заданию. Каждое из них могло стать последним. Но он ни о чём таком не думал. Он просто ехал к месту встречи. И через полчаса съехал с шоссе и подъехал к простому одноэтажному зданию с открытой верандой вокруг, на которой почти все столики были свободны. Это и был ресторан «Бизон».

Улыбающийся Фоук уже сидел на их обычном месте — с противоположной от входа стороны, откуда открывался прекрасный вид на окрестности.

— Я уже заказал стейки, дружище! — широкое лицо начальника русского отдела изображало самое искреннее расположение. Они пожали друг другу руки.

После этого улыбка исчезла. Фоук обычно сразу брал быка за рога.

— Вы слышали про «Мобильного скорпиона», Билл? — без каких-либо прелюдий сказал он.

— Нет.

— Это атомный поезд русских. Он разъезжает по всей стране с баллистической ракетой, нацеленной на Соединённые Штаты. А мы должны его поймать. Точнее, ловить будете вы.

— Конечная цель?

— Обнаружение и уничтожение объекта. Технические детали с вами обсудят специалисты.

— Исходные данные? — Мачо не проявлял эмоций.

— Эти фотографии, — Фоук положил на стол снимки обычного с виду товарного состава с цельнометаллическим вагоном странной формы. — Они говорят о внешнем виде объекта. Возможно, он таков, а возможно, и нет. Пятьдесят на пятьдесят. С этими снимками вышла тёмная история… В общем, один из наших экспертов высказал мнение, что это подстава… Дезинформация.

— Как обычно, — кивнул Мачо. В разведке никогда нет полной ясности, а он предпочитал не вдаваться в ненужные детали. — Ещё что?

— Предположительно известно место базирования: Тиходонский край. Мы произвели аэрокосмическую съёмку и пришли к выводу, что если база там, то она располагается на территории железнодорожной части в посёлке Кротово. Вот, на карте он отмечен красным кружком.

Фоук выложил карту Тиходонского края и спутниковые фотографии. Но официант принёс стейки с жареной картошкой, и он расчётливо прикрыл снимки. Однако для Мачо времени хватило.

Они принялись за еду. Мясо пахло грилем и таяло во рту.

— Как тебе прожарка? — поинтересовался Фоук. Его плоское лицо лоснилось от удовольствия.

— Отлично, — ответил Мачо. — В прошлый раз он был почти сырым.

— Твоя задача — отыскать «Мобильного скорпиона» и заложить в него радиомаяк. Это называется план «Бета». У нас на орбите болтается экспериментальный спутник по программе «Зевс-громовержец». Планировалось, чтобы он отбомбился на полигоне. Но жизнь вносит свои коррективы…

Мачо в изумлении положил вилку.

— Вы же не станете бросать ракеты и бомбы на территорию России?

Фоук чуть заметно улыбнулся.

— Конечно, не станем. Это же агрессия, повод к войне. Но причину никто не установит. «Мобильный скорпион» просто взорвётся. Фу-ух! — и все!

Ну и ну! Ошарашенный Мачо вновь взялся за свой стейк. Ему неоднократно приходилось нарушать законы других государств, но он всегда действовал как частное лицо и при провале не мог рассчитывать на поддержку Фирмы. От него бы все отказались, потому что США не имеет ничего общего с преступниками. А бомбардировка «Мобильного скорпиона» чревата крупным международным скандалом! Впрочем, это проблема не его уровня, и он тут же выбросил её из головы.

— Мне кажется, соус недостаточно острый, — озабоченно заметил начальник русского отдела.

— По-моему, вполне нормальный.

— У тебя остался контакт с «Аль-Каидой»? — тем же тоном спросил Фоук.

— Угу, — промычал Мачо с набитым ртом.

— Надо будет задействовать и их возможности для уничтожения «Мобильного скорпиона». Это резервный план «Зет». Тебе придётся встретиться со своим человеком…

Мачо поморщился. Точно так, как когда поворачивал ключ зажигания.

— Мне бы не хотелось иметь дело с этим зверьём…

Фоук пожал плечами.

— Мы сами вырастили этих зверей. Мы и русские. Потом они сорвались с поводков и теперь доставляют беспокойство всему цивилизованному миру. Но было бы глупо не использовать их в своих интересах.

Мачо поморщился ещё раз. Но ничего не сказал. Обед удался на славу. Через час они разъехались в разные стороны.

— Я вас внимательно слушаю, Евгений Романович, — лицо и тон командира части были менее доброжелательными, чем обычно. Полковник Булатов сидел прямо, смотрел строго официально и говорил холодно. Так он общался с проштрафившимися подчинёнными.

Это усилило волнение Белова. Он и так тяжело дышал, лицо раскраснелось, будто он только что отмахал аттестационную стометровку.

— Я могу отказаться от стажёра? — внезапно выпалил он. — Персонально — от старшего лейтенанта Кудасова?

Булатов ослабил жёсткий воротник новой форменной рубашки.

— Чем вас не устраивает Кудасов?

— У нас несовместимость характеров, — промямлил Белов. — И вообще…

— Что «вообще»? — командир части повысил голос. — Какая несовместимость? Вы что, на бракоразводном процессе? Что за чушь?! Мы не предлагаем вам вступать со стажёром в законный брак и заводить потомство. Поэтому совместимость ваших характеров, резус-факторов и всего такого прочего нас не интересует! Что за капризы? Вы ведь не гражданский человек, вы полковник!

— Вы меня не поняли, Андрей Андреевич, — Белов начал волноваться ещё больше, чувствуя, что его просьба сразу принята в штыки. — Я знаю, что я полковник. Кроме того, я ещё и начальник смены запуска. И мне в моей смене просто необходима нормальная здоровая обстановка…

— Насколько мне известно, именно вы сами в последнее время создаёте ненормальную и нездоровую обстановку. Очень рекомендую вам заняться укреплением собственной нервной системы.

14

Гаррота — прибор для удушения, орудие казни в Испании в XIX-XX вв.