Чисто семейное дело - Федотова Юлия Викторовна - Страница 28

Аолену несколько дней не давал покоя вопрос: как получилось, что столь беспомощные юные существа ухитрились самостоятельно проделать долгий и опасный путь от родного Эскерольда до Эрринорских земель? И как их решились отпустить из дому одних, без сопровождения и охраны? Будь на месте эльфа любой другой — спросил бы прямо. Но у первородных свои представления о приличиях и принципы общения. Эльфы скорее предпочтут умереть от любопытства, нежели их нарушить. Впрочем, до этого дело не дошло. В один прекрасный момент Годрик сам завел разговор на интересующую Аолена тему и поведал всю предысторию их встречи.

Люсия, принцесса Варденская, была похищена практически из-под венца. Кортеж невесты уже приближался к воротам неприступного для чужой магии Эскерольда, когда случилось страшное.

По словам очевидиц — двух придворных дам и камеристки — принцесса приоткрыла шейный медальон, чтобы перед свадьбой бросить последний взгляд на любимый пейзаж родного герцогства, запечатленный на чудесной старинной миниатюре кисти самого Калабра из Гвена. Взглянула, пустила слезу и… исчезла! Крошечная картина в считаные мгновения втянула девушку внутрь себя! Одна-единственная туфелька осталась в руках камеристки, тщетно пытавшейся удержать свою госпожу.

Маги Эскерольда недаром слывут одними из лучших в Старых Землях. Им не пришлось ломать голову над загадочным происшествием, они сразу смогли объяснить, что именно случилось. «Визуально-структурное перемещение» — так назывался способ, коим была похищена юная дева. Поиск следовало начинать именно с того места, что изображено на миниатюре. Поскольку речь шла не о простом похищении, а о чести короны, к делу были привлечены лучшие сыскные люди королевства и наемные колдуны. Собственных колдунов в Эскерольде, понятно, не держали, как неугодных Пресветлому Кальдориану.

О том, чтобы в розысках принял личное участие юный жених, и речи не шло. Отец-король и верховные маги даже не стали слушать его мольбы. Но у короны своя честь, а у него, наследного принца Годрика-Дук-Хайрама — своя! И он не смог бы жить дальше, если бы не попытался прийти на помощь любимой!

Верно, сам Пресветлый Кальдориан пришел ему на помощь! Они с верным Спуном случайно оказались рядом в тот момент, когда маги открывали портал для отправки сыскных людей на юг, а именно в окрестности Буккена — там располагался ближайший к Вардену узел сил. Улучив момент, юноши смело устремились в магический коридор навстречу неизвестному. И не беда, что не было при них ни походной одежды и припасов, ни оружия, лишь горсть серебряных монет в поясном мешочке запасливого Спуна. Они свято верили: добрый и могучий Кальдориан благоволит тем, кто храбр и решителен, кто не жалеет жизни своей за правое дело. Он не оставит без покровительства верных своих почитателей!

Так рассудили юноши, но Аолен был с ними в корне не согласен. Бога Кальдориана он знавал лично — приходилось встречаться в Средние века. Пьяный в стельку, дурашливый дядька, любитель гульнуть на дармовщинку — таким он запомнился эльфу. Интуиция подсказывала: прошедшие с тех пор века вряд ли могли изменить бесшабашного похитителя Священного Грааля настолько, что тот перестал походить на себя самого. Смертным вообще не стоит особенно уповать на богов, тем более таких неблагонадежных, как Кальдориан, однажды уже едва не приведший мир к гибели.

И счастливое избавление из разбойничьего плена — вовсе не доказательство особой божьей милости, как считал Годрик, а всего лишь один из ходов в непостижимой разумом смертных игре Сил Судьбы. Кальдориан вряд ли имел к нему хоть какое-то отношение. И в бытность свою человеком он плевал на чужие жизни. Чего же ждать от бога?

Разумеется, делиться своими соображениями с рассказчиком эльф не стал. Когда имеешь дело с фанатиками веры, следует соблюдать такт и осторожность, как с душевнобольными, иначе неприятностей не избежать.

Слепое поклонение кому бы то ни было — это своего рода недуг, вроде истерии, и Аолен не был бы лекарем, если бы не вознамерился постепенно избавить от него новых своих знакомых. Именно с этой целью он и завел разговор о богах и демонах, сослуживший им немалую службу, правда, совершенно не ту, на какую был рассчитан.

Годрик и Спун подхватили тему с увлечением. Они были рады уже тому, что спутник их сделался менее отчужденным и молчаливым, проявил хоть какой-то интерес к их персонам. Да и блеснуть эрудицией перед старшим товарищем, особенно если он эльф, тоже приятно. Надо отдать им должное, в современной демонологии юные поклонники Кальдориана разбирались почти профессионально. На голову Аолена вылился целый поток информации, его по большому счету совершенно не интересующей: описания внешности и повадок демонов низших, имена, прозвища и сравнительные характеристики богов, особенности ритуалов поклонения им, и прочее, и прочее… Право, в годы учебы на лекциях и то легче приходилось! Не возникало нужды изображать заинтересованного слушателя, достаточно было уткнуться в тетрадь и поскрипывать пером… Бедный Аолен отчаянно пытался сосредоточиться на речах Годрика, но мысли уплывали все дальше, он буквально дремал на ходу… Как вдруг очередная фраза заставила его встрепенуться.

— …имя того, кто изничтожил трегератскую Ирракшану — Хельги Ингрем! — вещал принц вдохновенно. — Могущественнейший и опаснейший из современных демонов-убийц! Говорят, сила его такова, что ни северный Один, ни южный Зевес не смогут противиться ей, возжелай он их поглотить! Пресветлый Кальдориан — единственный, кто способен…

— Идиот!!! — Аолен совершенно не эльфийским жестом, с размаху шлепнул себя ладонью по лбу. — Боги великие, какой же я осел! Стоило таскаться по всем Срединным землям, тратить время понапрасну! Как я мог забыть, что он — демон?!!

Годрик со Спуном беспомощно переглядывались и моргали. Они не понимали решительно ничего! А спросить стеснялись. Сам же эльф объяснить свое странное поведение не пожелал.

В первом же встречном селе Аолен отправился на поиски колдуна. Такового не обнаружилось — был сожжен на костре минувшей зимой. Зато имелся престарелый маг, давно отошедший от дел, но навыков не утративший, несмотря на развивающееся возрастное слабоумие. Последнее было Аолену даже на руку, потому что далеко не каждый специалист, будучи в здравом уме и твердой памяти, согласится на вызов не простого, а высшего демона, к тому же убийцы. Зато маразматик, услышав звон монет, лишних вопросов задавать не стал. Да и имя юного демона ему ни о чем не говорило — он уже лет двадцать как перестал следить за магическими новостями. Начертал кривоватую пентаграмму, надтреснутым голосом произнес положенные формулы и…

Верно, такая уж стезя была у грозного и могучего демона Ингрема, что в астральные ловушки он попадался в самые неподходящие моменты, а именно во время еды.

— Какого демона?.. — начат он, давясь непрожеванным куском, чихая от едкого дыма и пытаясь проморгаться. — Пожрать спокойно не дадут… Аолен?!! Силы Стихий, это ты!!! Нашелся!!! Куда же тебя из Уэллендорфа унесло?! Мы так беспокоились!

— Хе-хе-хе! — тихонько веселился старый маг, донельзя довольный собой. — Есть еще стрелы в колчанах! Вон какое чудище из сфер иных вытянул! А говорили — ослаб, ни на что не способен стал! Не дождетесь! Хе-хе-хе!..

Годрику со Спуном не пришлось долго скучать под дверями деревенского чародея. Велев подождать его снаружи, эльф зашел туда один — «на часок, по важному делу». А вышел спустя четверть часа, не более того. И уже не один. С ним был невесть откуда взявшийся парень, красивый и молодой, из породы снежных оборотней. Юноши нахмурились — Пресветлый Кальдориан не велит правоверным общаться с проклятыми тварями.

— Это мои новые знакомые, Годрик-Дук-Хайрам, принц Эскерольдский, и его друг Спун, — отрекомендовал их эльф.

— Очень приятно, — вежливо кивнул парень. — А я Хельги Ингрем, подменный сын ярла Гальфдана Злого. Будем знакомы.

Нужно было видеть лица юных кальдорианцев в этот миг!