Нелегалы 2. «Дачники» в Лондоне - Чиков Владимир - Страница 63

— Задача мне ясна, но я хотел бы поделиться с вами некоторыми соображениями по поводу вербовки научных сотрудников и высокопрофессиональных специалистов. Опыт показывает, что чем выше место в научной иерархии занимает ученый, тем труднее склонить его к сотрудничеству с разведкой. Если только он сам не придет к мысли об этом. Обычно такая категория людей ревностно относится к собственному благополучию и, как правило, опасается скомпрометировать себя в глазах своих же коллег. Мотивы социального благополучия у них бывают более сильными, чем материальные. Спокойная жизнь превыше всего. Особенно это характерно для англичан…

— Пожалуй, я соглашусь с тобой, — заметил резидент. — Но проблему все равно надо решать. И решать ее надо следующим образом: сначала необходимо выявить ведущих ядерных физиков, затем изучить их окружение и определить специалистов, которые на равных с ними правах участвуют во всех теоретических и прикладных разработках. Как показывает практика, у таких ученых, хотя они рангом и пониже, достаточно знаний и объема информации, чтобы успешно решать наши разведывательные задачи. Но учти, что при подборе таких помощников из этой среды особое значение имеет их честность перед нами и политическая благонадежность…

Руководствуясь этой установкой, Дэн решил пересмотреть свои личные контакты, изучить связи имеющейся агентуры, а также возможность их использования в плане поиска и изучения новых источников информации. В результате этого Дэн получил данные на инженера-физика одного из английских университетов, который входил в систему Уранового комитета и был причастен к атомному проекту «Тьюб Эллойз». Однако территориальная удаленность университета значительно затрудняла изучение кандидата на вербовку. Впоследствии выяснилось, что жена объекта работает в Лондоне, в одном из учреждений, связанных с учетом и распределением научных кадров. После тщательной проверки Дэн убедился, что жена объекта симпатизирует СССР в его борьбе против фашизма, является волевым и решительным человеком и имеет большое влияние на мужа. Это и послужило основанием для привлечения ее к негласному сотрудничеству под псевдонимом Кристина. В процессе работы через Кристину был осуществлен выход на ее мужа, разработана тактика проведения с ним бесед. В результате этого была осуществлена еще одна вербовка, агента Крона, который дал много полезной информации по атомной тематике. Однажды, передавая материалы о мощном генераторе высокочастотных электромагнитных колебаний — магнетроне, Крон отметил:

— Между прочим, при его создании были использованы идеи ваших ученых, опубликованные в тридцатые годы в одном из советских научно-технических журналов…

В дальнейшем агент представил схему термоядерного реактора. С точки зрения современных представлений данный реактор был абсолютно неработоспособен, но в те времена данные сведения могли представлять интерес как о новом направлении в утилизации атомной энергии.

В том же году Дэн начал работать по атомной проблеме с агентом Спиной И на первой же встрече попал в неудобное положение. Спин, объясняя Дэну принцип захвата нейтронов ядрами урана-235, вдруг прервал разговор и сказал:

— Судя по вашей реакции, вы почти ничего не поняли из того, что я рассказываю.

— Так оно и есть на самом деле.

— А как в таком случае вы думаете общаться со мной дальше?

И тут Дэн вышел из положения:

— А я буду передавать вам вопросы наших ученых, вам же останется только отвечать на них.

— Нет, так дело не пойдет. Я хочу видеть в вашем лице человека, который понимает хоть что-то из того, что я вам сообщаю, и может участвовать в совместном обсуждении.

И тут же Спин посоветовал Дэну посетить на Стрэнде магазин технической книги, купить американский учебник «Прикладной ядерной физики» и изучить изложенные в нем сведения с его помощью.

Совет был дельный. Книга была куплена, и Дэн занялся самообразованием, постигая новые для себя физические явления и термины. И даже составил рукописный словарь по ядерной тематике, который весьма пригодился и в работе со Спином, и при переводе поступавшей от него информации.

До начала 1943 года Дэн работал в посольстве под прикрытием атташе по культурным связям, затем его перевели в консульский отдел. В этой связи у него появилось больше свободного времени, что позволило активнее заняться разведдеятельностью. Изменилась также и оперативная обстановка в Лондоне. В связи с разгромом немецких войск под Сталинградом улучшилось отношение англичан к СССР. Спецслужбы Великобритании практически прекратили слежку за советскими дипломатами, а если она и проводилась, то пассивно и в основном за офицерами — военными атташе, которые носили офицерскую форму.

Пассивность британской контрразведки объяснялась еще и тем, что она была значительно ослаблена мобилизацией ее опытных сотрудников в армейские подразделения, а молодой состав МИ-5 был ориентирован на выявление немецкой агентуры среди осевших в Лондоне беженцев из Европы. И хотя слежка за союзниками не велась, казусы тем не менее происходили. Однажды, по вине агента, Дэн попал под наружное наблюдение. Детективов за собой привел агент Френд, которого в МИ-5 приняли за немецкого шпиона. Ничего не подозревавший Дэн посадил агента в такси и на первом же повороте обнаружил за собой «прилепившийся» автомобиль. Проверившись еще раз, Дэн убедился, что это слежка.

Оценив обстановку, он заявил агенту, что якобы плохо себя чувствует, и предложил перенести встречу, договорившись о способе связи. После того как они расстались, Дэн обнаружил, что и он сам является объектом наблюдения. Необходимо было оторваться от наружного наблюдения во что бы то ни стало.

Дэн спустился на одну из станций метро. Войдя в вагон и убедившись, что оба детектива также зашли вслед за ним, в последний момент перед отходом поезда разведчик покинул вагон. Ему повезло, так как детективы были в разных концах вагона, находились далеко от дверей и выйти вслед за Дэном просто не успели. Проверившись еще несколько раз и убедившись, что ему удалось уйти от наружного наблюдения, Дэн прибыл в резидентуру и доложил о случившемся Вадиму.

Несмотря на то что Дэну удалось тогда оторваться от наружного наблюдения, однако в сводках МИ-5 осталась лаконичная запись, как бы оправдывающая непрофессиональность действия сотрудников: «…объект был потерян при естественном стечении обстоятельств…» И хотя внешность советского разведчика была описана достаточно точно, установить его британской разведке так и не удалось.

В том же 1943 году произошла смена резидента. На замену Вадиму прибыл заслуженный и уважаемый в разведке человек Константин Михайлович Кукин (Игорь). Он попросил Дэна как наиболее опытного сотрудника принять участие в сложной и ответственной операции по выемке секретных документов по атомной бомбе из сейфа руководителя одного из научно-производственных центров Уранового комитета. Сложность операции состояла в том, что проведение ее должно было уложиться в чрезвычайно сжатые сроки. Агент Уилки, имевший доступ к сейфу, мог изъять «и передать материалы разведчикам только в период обеденного перерыва. С учетом этого был составлен план операции и распределены роли ее участников. Документы от Уилки получил Ерофей, передал Дэну, который на машине доставил их в резидентуру для перефотографирования. Далее секретные материалы таким же путем были возвращены агенту. Во время следования Дэна по городу с документами его подстраховывал в качестве водителя резидент Игорь. Операция была проведена успешно, точно по разработанному плану.

В конце 1943 года лондонская резидентура пополнилась еще двумя сотрудниками: сначала из США прибыл опытный Глан (H. Н. Ершов), а чуть позже из Центра приехал Ник (И. В. Тарасов). Руководство разведки планировало тогда по образу и подобию оправдавшей себя в Нью-Йорке группы НТР создать аналогичное подразделение и в Англии. Именно с этой целью и был командирован в страну туманного Альбиона Глан, однако ему не довелось поработать на новом месте: в силу некоторых обстоятельств он был вскоре отозван в Москву. Не у дел в этой группе оказался и второй разведчик: прикрытие Ника не позволяло ему постоянно находиться в Лондоне. Поэтому во главе «группы», если можно было ее так назвать, остался Дэн — он же опять оказался ее единственным оперативным работником.