Путешествие «Лунной тени» - Макмуллен (Макмаллен) Шон - Страница 145

– Ларон, это ты говоришь глупости. Я могу осыпать тебя золотом, сделать могущественным дворянином… – Она замолчала на мгновение, подумала, а затем принята стремительное решение: – Я могла бы даже переспать с тобой, если бы ты хорошо попросил меня.

– Я… О!

Ларон больше ничего не смог сказать. Сентерри внезапно поняла, что на предложение, которое она сделала, не существует адекватного ответа – по крайней мере, у такого человека, как Ларон.

– Не играй на моих чувствах, Ларон. Что бы доставило тебе удовольствие? – она искренне хотела облегчить для него ситуацию.

Ларон нахмурился, а затем покачал головой и рассмеялся.

– Что смешного? – Сентерри начала сердиться, ее задевал его отказ, нежелание принять ее предложение.

– Ваше выс…

– Просто Сентерри, если не возражаешь.

– Сентерри, я уже получил свое вознаграждение. Я помог спасти вас, я уничтожил двух телохранителей, пока Веландер… Ну она всегда выбирает толстяков, но… Извините. Короче, я освободил вас, я сделал вас счастливой, это и есть моя награда. Я не сделал ни одну женщину счастливой, с тех пор как… Ладно, была пара женщин в Диомеде, о которых я не хотел бы вспоминать, однако…

Внезапно Сентерри расхохоталась, пихнула Ларона локтем под ребра а затем обняла его обеими руками и страстно, горячо поцеловала.

– Вот тебе то, о чем ты будешь вспоминать, если захочешь, – уточнила она, закончив поцелуй.

– Вы как пожар, который в любой момент спалит весь дом, только оставь вас наедине, – раздался из повозки голос Веландер.

Гладенфал был выстроен на западной стороне ущелья, по которому бежала река Леир. Доки были врезаны в скалистую породу в нижней части обрыва, и целый строй огромных подъемных механизмов перемещал грузы и людей из города на причал и обратно. В верхней части ущелья город соединялся с противоположным берегом широким, сводчатым мостом, и именно здесь, на восточной стороне, Ларон остановил повозку.

– Мы с Веландер пойдем сзади, – сказал он. – У нас есть документы, согласно которым мы – пара странствующих ученых, собирающих знания в разных краях. Если вы поставите стражников в тупик, ошарашив их заявлением, что вы принцесса, во время суматохи мы без труда проскользнем в город.

– Друзья мои, это не то прощание, которого вы заслуживаете, – возразила Сентерри.

– Может, и так, но нам-то нужно как раз это, – настаивал Ларон.

– Вспомни о табличке, – подсказала ему Веландер.

– А да. Ваше высочество… Сентерри, могу я попросить о небольшой милости?

– Если это в моих силах, все будет исполнено, – мгновенно согласилась Сентерри.

Ларон протянул ей руку, в которой был маленький пакет перевязанный шпагатом, но не запечатанный.

– Прошу вас, доставьте это в орден Метрологов в Скалтикаре, если это вам не трудно, – попросил Ларон.

– И это все?

– Да. Мы не отважимся явиться туда сами. Это длинная история, а у нас нет времени, чтобы ее рассказывать. Ну, что же, теперь идем в Гладенфал – вы с триумфом, а мы двое – как можно тише и незаметнее.

– Нет… То есть, Ларон, Веландер, еще один вопрос. За прошедшие недели и месяцы я многому научилась. Я была принцессой, затем рабыней. Я увидела, как мало отделяет одну от другой. Я с легкостью могла бы выполнять любую из этих ролей, в то время как ни один из вас не смог бы стать рабом.

– Это точно, – кивнула Веландер.

– Прошу вас, ближе к делу, ваше высочество, мы создаем затор на дороге, – поторопил ее Ларон.

– В чем разница между нами?

– Позиция, – коротко ответила Веландер.

– Позиция? – Сентерри в недоумении приподняла брови. – Что ты имеешь в виду?

– Это мой ответ. Позиция. Надо разобраться с внутренними позициями и установками, чтобы понять себя. Если не сделать, никогда не понять.

– Это правда, – согласился Ларон. – Веландер умерла, чтобы разобраться. А теперь, пожалуйста, трогайтесь с места, пока не случилась катастрофа.

Сторожевой пост располагался прямо перед городскими воротами. Он становился все отчетливее виден сквозь пелену дождя, а за ним вырисовывались гигантские башни и массивные стены Гладенфала.

– Стой и назови себя, – окликнул стражник, когда Сентерри приблизилась.

Сентерри натянула поводья, и лошадь встала на месте.

– Сентерри Миллариен, хочу посетить своего дядю, громко провозгласила девушка.

Ее слова вызвали общий смех.

– Эй, это, конечно, неплохая шутка, только все равно называй свое настоящее имя, – крикнул один из стражников, направляясь поближе к странной путешественнице. – Итак, кто…

Внезапно он осекся, а потом вытащил из кармана сарголанскую монету. Всем стражникам было указано носить такой предмет при себе, чтобы опознать пропавшую принцессу. Он поднес монету к глазам так, чтобы на нее падал свет, а затем в изумлении уставился на улыбающееся лицо Сентерри.

– Сержант! – завопил стражник во всю глотку.

Несколько мгновений спустя все шесть стражников опустились на колени перед принцессой, несмотря на дождь и грязь.

– Ваше Высочество, мы слышали, что вас похитил и обесчестил какой-то работорговец, – осмелился заговорить сержант, возглавлявший караул.

– Неправда, – резко ответила Сентерри. – Я сбежала от него, и моя честь не пострадала.

– О, простите нас, ваше высочество, а где он теперь? Мы должны отомстить за его дерзость.

– Он мертв.

– Вы уверены?

– Безусловно, – Сентерри немного смягчила тон. – Я отрезала ему голову. Кажется, он довольно тяжело перенес эту потерю.

С этими словами Сентерри бросила на землю голову Д'Алика. Стражники в удивлении и восхищении рассматривали это свидетельство ее слов.

– Эй там, долго еще? – крикнул Ларон из-за повозки.

– Заткнись! – рявкнул в ответ сержант.

– Прошу вас, проводите меня к дяде, – обратилась Сентерри. – Я хотела бы поскорее убедить отца и братьев не нападать на торейцев в Диомеде. Они никоим образом не причиняли мне вред или оскорбление.

– Послушайте, мы всего лишь бедные ученые, – высунулся из-за повозки Ларон.

– Во дворце ожидают вашего появления, ваше высочество, – торжественно заявил сержант, поднимаясь на ноги. – Ваш дядя будет счастлив видеть вас, и наш город к вашим услугам…

– Мы совсем промокли, – ныл Ларон.

– Пропустите их, – легким, царственным жестом указала Сентерри. – После того, что мне пришлось перенести за последние месяцы, никому не пожелаю испытывать лишения. Прошу, указывайте мне дорогу во дворец.

Ларон и Веландер были незамедлительно пропущены в Гладенфал, никто даже не удосужился проверить их документы, обыскать пожитки или присмотреться к лицам. Они плелись вслед за повозкой сквозь городские ворота, струи дождя стекали с их промасленных плащей, лица закрыты капюшонами. Сентерри обернулась к сержанту, который произносил торжественное, официальное обращение к почетному гостю, прибывшему в Гладенфал, но он, пока не закончил, не останавливался, а тем временем два путника проскользнули мимо и растворились в сырой полумгле. Только лошадь и повозка остались для принцессы доказательством реальности их существования.

Сентерри наслаждалась гостеприимством дядюшки на протяжении всего следующего месяца, пока небольшая флотилия военных речных судов не прибыла в город и не встала у причала ниже по течению. Принц Ставец и Долвиенн были доставлены наверх с помощью подъемного механизма, и в честь встречи Сентерри был устроен грандиозный пир. Гости провели в Гладенфале неделю, но когда пришло время отъезда, Сентерри сделала неожиданное заявление.

– Ты не будешь возвращаться? – переспросил пораженный брат, который не верил собственным ушам. – Но… но тебя ожидает империя.

– Просто поблагодари всех от моего имени и скажи, что я свободна, счастлива и нахожусь в безопасности, – улыбнулась Сентерри.

– Мы пережили столько горя и тревог, разыскивая тебя.

– И не добились успеха. Я сама отрубила голову своего похитителя и обрела свободу. У тебя есть его голова в кувшине с уксусом, чтобы предъявить нашему отцу. Она, конечно, не годится в качестве сувенира, но что еще можно сделать, путешествуя налегке?