Путешествие «Лунной тени» - Макмуллен (Макмаллен) Шон - Страница 84

Внезапно Друскарл понял связь между Серебряной смертью и тщательно продуманной и ловко сконструированной лодкой.

– Полагаю, ты действительно убедил меня присоединиться, – заявил он, распрямившись и скрестив руки на груди.

А снаружи какая-то шлюха отвергла домогательства докера и замерла, ожидая, когда выйдет из-под навеса Друскарл.

Ровал слышал об академии госпожи Ивендель, но до сих пор не бывал там. Она оказалась не в его вкусе. Он считал, что академии должны иметь холодные, чистые, хорошо проветренные помещения, где бы юные студенты спали, пили дождевую воду и ели коричневый рис, приправленный оливковым маслом. Но это место было темным, покрытым мягкими коврами и завесами, здесь учились эфирной магии и юноши, и девушки. Высокоученая Ивендель оправдала его самые мрачные ожидания: она была облачена в уютные, но слишком яркие одеяния. Они поклонились друг другу и обменялись ритуальными пышными заклинаниями-приветствиями. В этот момент низкорослый мужчина лет сорока с выпученными глазами появился из-за ближайшей завесы. Он настороженно улыбался, глядя на Ивендель, явно чего-то опасаясь. Ровал не знал, кто это.

– Это Эйнзель, – представила коротышку Ивендель.

Прозвучавшее имя насторожило Ровала.

– Эйнзель – придворный маг Варсоврана? – уточнил Ровал, недоверчиво глядя на маленького человечка с темными мешками под глазами и беспокойным взглядом.

– А я-то надеялся, что не нуждаюсь в представлениях, – прокряхтел маг, нервно хихикая.

– Сколько трактатов по эфирной магии ты написал?

Эйнзель на мгновение зажмурился, потом ответил:

– Тридцать один.

– А сколько детей ты рассеял по миру? Только не спеши, подумай хорошенько.

Эйнзель покосился на ноги, потом ответил:

– Одного. – Помялся и добавил совсем тихо: – Вероятно.

– Похоже, ты говоришь искренне, – кивнул Ровал.

Ивендель осторожно прокашлялась и пояснила:

– В качестве придворного колдуна Эйнзель не вызывает подозрений, посещая академию.

– Правда, от меня ждут таких визитов с проверкой, Высокоученый Ровал. Я ведь являюсь официальным императорским инспектором по вопросам магии.

– Но в данный момент ты ничего не проверяешь.

– Нет, и я должен крайне осмотрительно подбирать слова. Меня может предать любой, включая и тебя. Моя голова переполнена фактами самого деликатного свойства, и за то, что вы представите ее на блюде императору Варсоврану, сможете получить достаточно золота, чтобы выкупить короля. Я не хочу попадать в зависимость от людей, которые способны выдать меня. Например, ты можешь оказаться вовсе не Ровалом.

Мои источники надежны, – заверила его Ивендель. – Если ты доверяешь мне, можешь доверять и этому человеку.

Как придворному колдуну Варсоврана, – продолжал Эйнзель, мне приходится получать обширную информацию. Даже слишком обширную. Император заставляет меня нервничать. А когда я нервничаю, я иногда бываю склонен к чересчур решительным действиям.

– Он заставляет нервничать не только тебя! – воскликнул Ровал. – Ты видел, что он сделал с Тореей?

– Да, и, кроме того, с южным Гелионом. Помимо Варсоврана, я, вероятно, человек, видевший самое большое количество огненных кругов.

– Почему ты здесь?

– Серебряная смерть – это оружие. Я видел его в работе, прикасался к нему, исследовал его способами, доступными посвященному одиннадцатого уровня. То, что я понял, пугает меня. Варсовран намерен снова использовать эту штуку, причем неоднократно.

– Что? – Ровал не мог поверить услышанному. – Разве он не видел, что это оружие способно сотворить?

– Он стремится лишь к тому, чтобы подавить и уничтожить своих врагов. Проблема в том, что один промах, один просчет – и весь мир будет разрушен. И это очень беспокоит меня, потому что другого места для существования у меня нет.

– Почему ты решил обратиться ко мне?

– Кое-кто составляет заговоры, чтобы увеличить дистанцию между Варсовраном и Серебряной смертью. Когда она попадает к нему в руки, нам следует быть предельно осторожными. Ее нельзя разрушить, единственный способ – убрать подальше, чтобы избежать искушений.

– Из того, что мне известно о Гелионе, Серебряная смерть удваивает диаметр действия за половину времени, необходимого ей для предыдущего удара огненных кругов. Пламя могло бы пройти по всей планете за сто двадцать дней.

– Это не так, – остановила его Ивендель. – Если больше половины площади огненного круга приходится на водную поверхность, пламя схлопывается и действие оружия прекращается. Подойдите сюда.

Она подвела их к столу, на котором была развернута карта Гелиона. Это была примитивная, чисто функциональная карта, вроде тех, что используются навигаторами. Только точные контуры географических объектов, глубин и высот – и никаких украшений и символов, обычных для библиотечных, кабинетных карт.

– Я рисковал жизнью, чтобы снять эту копию, – заявил Эйнзель. – Смотри, первый огненный круг имеет центр над храмом Метрологов. Он целиком приходится на твердую поверхность. Второй должен уже захватить часть водной глади. Не затронутым остается лишь дополнительный кусочек суши – перешеек между южным и северным Гелионом.

– Ага, третий круг должен разрушить часть порта Дорожного, – воскликнул Ровал. – Но значительный сектор придется на море, так что это будет последний удар. И произойти он должен через девяносто шесть дней.

– И так, и не так, хе-хе. Поскольку адмирал Гриффа со своим флотом обошел все побережье Тореи, чтобы устранить любых конкурентов Варсоврана, его навигаторы приложили огромные усилия, занимаясь картографией. Последний огненный круг на континенте определенно занимал в большей мере твердь, чем море и все же оружие прекратило свое гибельное действие. Ответ иной: внешняя окружность целиком пришлась на воду. Судя по всему, это и является решающим фактором.

– Судя по всему… но даже навигаторы и картографы Гриффа могут ошибаться.

– Вероятно, но как только прибыл магический посланник от Гриффа, император принял решение провести эксперимент на Гелионе. Поэтому его солдаты и островитяне перекапывают перешеек между северной и южной частями острова. Окружность второго огненного кольца должна целиком прийтись на воду, и в таком случае Серебряная смерть рухнет с неба. Высокоученый Ровал, вы должны успеть туда первым, найти Серебряную смерть и сбежать с ней.

– Каким образом? Южная часть острова будет тщательно охраняться от посторонних, пока земля не остынет, чтобы Варсовран смог пройти по ней. И даже если я сумею миновать стражников – что? Через несколько сотен метров мое тело можно будет подавать под соусом из розмарина, лука, чеснока и красного вина.

– Полагаю, отлично подойдет доброе каберне со взгорий Центральной Акремы, – заметила Ивендель, – однако для тебя есть иной способ.

– Высокоученая госпожа ректор ничего не говорила мне об этом, – насторожился Эйнзель.

– Если ты ничего не знаешь, то не сможешь выдать и под пытками, – спокойно ответила Ивендель.

– А когда ты расскажешь мне? – поинтересовался Ровал.

– Расскажу. Сейчас. После того как уйдет Высокоученый Эйнзель.

Когда маленький колдун покинул академию, Ивендель объяснила, что у нее на уме. Ровал обдумал идею, пока рассматривал оставленную Эйнзелем карту.

– Я мог бы справиться, но надо потренироваться, причем абсолютно секретно, – сказал он.

– Это можно устроить.

– Нужно, чтобы «Лунная тень» доставила меня на Гелион, а для того, чтобы сбежать, понадобится самая быстрая галера.

– Это тоже можно устроить.

– В таком случае я согласен.

Ивендель извлекла из шкафа кожаную папку, в которой лежало два десятка страниц.

– Существует еще и другой план, как захватить Серебряную смерть здесь, в Диомеде. Он предполагает участие бывшего виндиканского короля по имени Друскарл. Вторым участником операции является Феран Вудбар – прежний капитан «Лунной тени», который, насколько я знаю, построил чрезвычайно быструю, легкую лодку по оригинальному чертежу. Ты ничего не знаешь об этом?