Выбери любимый жанр

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Отпечатки затертых литер - Мамочева Юлия - Страница 16


16
Изменить размер шрифта:
Молчание повисло. В тишине Промолвил только юноша: «Бессмертен!..» Да странник, дряхлый гость, хотите — верьте, Зажег звезду в распахнутом окне. «Спасибо вам, родные, за приют… Вы, вижу я, добры, великодушны, Позорной тирании непослушны: Умов свободных ваших не берут Когтистой лапой гнет и суеверье… Я понял все — и рад. Пойду теперь я: Дела иные путника зовут. Спасибо вам, любезные мои: Лепешки и последней не жалели, Всем угощали, что в дому имели, Так вы и дальше поступать должны: Земное — бренно. Нет добру цены!.. Скажу, прощаясь: за грудною дверцей Пусть бьется ваше ласковое сердце! Молитесь, веру духом сохраня! И вспоминайте изредка меня…» История 5Святой Поистине — ночь южная безбрежна, В непостижимой черноте своей. Таинственно, подобно кошке — нежно, Над крышами дворцов и утлых хижин Скользит она, сокрыв шипы когтей. И спящий город ею обездвижен. Ворота городские за плечами. Гевал, уж нашумевшийся сполна, Остался позади. И пелена Его роскошный силуэт ручьями Небесными, ночными залила. О чудный сон!.. Хвала тебе, хвала!.. По освещенной звездами дороге, В веках хранящей счастье и печаль, Два путника брели в ночную даль, Легко, босые не стирая ноги. Один вел стройно под уздцы коня; Его же спутник, старец седовласый, Порой касаясь ласково саврасой, С ним рядом шел, как и в зените дня. «Мой сын, Мой друг — и воин, Мной любимый! Ответствуй Мне: каким тебе Гевал Представился? Быть может, чище стал Народ, жестоким некогда клеймимый? Ты говорил Мне в прошлые года, Что мук сродни твоим не будут боле Переносить звериного суда Простые жертвы по царёвой воле. Но видишь, сын, — минули сотни лет, По-прежнему в крови звереет свет…» — «К чему мне ныне говоришь все это? К чему, Отец?..» —          «Чтоб знал! Чтоб видел вновь: Во все века невинно льется кровь. Костры пылают и кресты возводят Ничтожные приспешники „царей“. Гляди на руки! С них следы гвоздей Не у Меня — у всей Земли не сходят!.. Всегда калечат Правых те, кто Правят: Кромсают тело — или душу травят…» — «И разве нет спасенья от страданий? Скажи: к чему? К чему нам жизнь дана, Коль скоро восхищенье созиданий Кровавая скрывает пелена! Гевал и вправду был грехом объят. Как я, замучен. Точно Ты — распят!.. Лишь после подвига в Твое святое Имя Признал Тебя!.. О, грешен ты, Гевал!..» — «Неправ ты, сын. Ведь все же он признал! Признали люди — хоть и грех за ними… А ты, скажи, при жизни сам-то был ли Безгрешен, чист? Ведь часто воевал, А где война — убийство и насилье… Оспорь: напрасно разве разрешил я Тебе свой грех молитвой искупить?.. Но я позволил. Ты пошел за Мною И стал таким, каким рожден был быть — Святым — своей геройскою душою Очистившись, Мне преданность храня… Все люди грешны. Но пойми Меня: Ужель я стал бы им давать надежду, Им жизнь дарить, коль не было б у них Малейшего хоть шанса к возрожденью? Не легче ль было отобрать одежду И разум, и язык — чтоб гол и тих Стал грешный люд земной без промедленья?.. Иль кару хуже — гибель ниспослать Навеки?.. Знай! Коль Я даю страдать, Я душу стойкую и наградить сумею И с Врат Эдема снизойду за нею Как за тобой. Поверь мне, мальчик мой». …А южной ночи нет конца, безбрежной — Двух зорек верной дочери гнедых. Дорогой, в лунном свете белоснежной, Как будто сотворенной лишь для них, Идут куда-то двое молодых Навеки.

КАЧЕЛИ

Баллада о мужестве в трех частях с эпилогом

То в тень, то в свет переносились Со скрипом зыбкие качели. Федор Сологуб

Часть первая

…Я качался в далеком саду На простой деревянной качели… Осип Мандельштам I Из яблони и ели Много лет назад Сделал дед качели Для своих внучат. Стали они лучшей Детскою игрой: Не было забавы Радостней порой, Чем взлетать ребятам Над лесной тропой, Крепко сжав веревку Слабою рукой! Что могло быть лучше Или веселей Этого занятья На рассвете дней? II Пролетели годы: Десять, двадцать пять… Некому уж больше В небеса взлетать: Повзрослели внуки, И засохла ель. Уж ребенка руки Не берут качель… Опустел домишко Деда — молодца: Не сбегают дети С ветхого крыльца, Чтоб навстречу ветру Южному опять На своих качелях С радостью взмывать…
Перейти на страницу: