Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный. - Автор неизвестен - Страница 109

109

СТИХ 238

НЮРГУН БООТУР

Кэр-даа-бу! Кэр-даа-бу! За что такая обида мне? Почему во второй вы раз, Налетая с белых небес, Мне мешаете бой завершить? Верхнюю силу его Вот-вот бы я одолел, А вы схватили меня! Нижнюю силу его Вот-вот бы я сокрушил, А вы скрутили меня! Не во время вы пришли… Но если Одун Хаан приказал, Придется бой отложить… Но если Чынгыс Хаан повелел, Придется себя смирить… А ведь я знаком, С Золотой горой, Где восходит солнце-тойон… А ведь я бывал За Священной горой, Где восходит Луна-хотун… Уносите меня туда, Мне по силам эта беда!.. Заклинаю вас, братья-богатыри, — Ни на слово не верьте ему, Злобному выродку Буйных небес! Всем известна Повадка его: Уличат в воровстве — Отпирается он, Поймают его — Отрекается он! Он украл золотой кусок Сыагая, подбитого Меткой стрелой Юрюнг Уолана-богатыря — Брата младшего моего. Наконец я этого вора поймал. Выпущу ли его — Живого из рук моих? Пусть погибну я За упрямство свое, А злодея не отпущу! — Так Нюргун Боотур говорил, Так он дерзостно отвечал. Лучезарные лица троих Могучих небесных слуг, Светлые, как солнечный луч, Заливаться стали Краской густой, Гневный приняли Ржавый цвет.

СТИХ 239

ТРИ НЕБЕСНЫХ СЛУЖИТЕЛЯ

Кэр-буу! Кэр-буу! Испытайте судьбу свою! Улетайте прочь без следа! Не успеет ваш полет проследить Человеческий неповоротливый взгляд! И пускай не знает никто — Где вы делись, Пропали куда! Пусть в неведомой, бесконечной дали Затеряетесь вы навсегда! Не отыщете вы обратных следов, Не воротитесь никогда! На склон Золотой горы, Где восходит Солнце-тойон, За гребень серебряный Той горы, Где восходит Луна-хотун, Улетайте отсюда быстрей, Чем успеем слово сказать, Чем успеем дух перевесть! Чтоб один из вас Врага повалил, Чтоб коленом его К земле придавил, Заклинаем мы вас Заклятием таким, Тяжести которого не снесет Глинистая земля… Вместе связанных огненным вервием, Подымаем вас! В бескрайнюю даль Мы кидаем вас! Ты, владеющий Вороным конем, Стоя рожденным на грани небес, Стремительный Нюргун Боотур, Хоть строптивость твоя И противна нам, Но ты — защитник средней земли — Стойко держись, Не шатайся, не гнись! Пусть подымется удача твоя, Пусть разрастается счастье твое Выше плеч могучих твоих, Пусть вырастет укрепа твоя Выше колен железных твоих! — Тут стремительно обоих бойцов Подняли они в высоту, Бросили, пустили в полет… Головами вперед летели они, Их следы застилала Седая мгла. Так летели они, Что шумело в ушах… За тучами над землей Падучей звездой пролетев, Очутились они За горой Золотой, Откуда солнце встает, Где по утрам играет оно; Очутились они за той Серебряною горой, Где рождается молодая луна, Где нежится она ввечеру. Ударились гулко ногами они О серебряный гребень горы. Распался на них Аркан огневой. Кулаками тяжкими ударять По бокам друг друга они принялись, Начали друг друга они Поперек широкой спины Дюжими руками хватать, Гнуть друг друга, Хребты ломать. Вершину горы Золотой Истоптали ногами богатыри, Будто русло горной реки Вытоптали по склону горы. Серебряную гору они Истоптали, изрыли всю, Обвалы обрушивая с высоты, В камне проваливаясь до колен, Утопая в скале по бедро… Буря страшная поднялась За восточной гранью земли. Девять вихрей Ринулись сверху вниз, Четырехраскатистый гром Тяжко загрохотал, Молнии засверкали, треща… Ветер Саапас загудел, Черные тучи нагнал, Вздыбился ураган над землей, Дождь со снегом Обрушился с высоты. Завопил, завыл Осол Уола, Остервенело крови прося, Закружилась, яро визжа, Неистовая Илбис Кыыса… Тучи пыли Закрыли солнечный свет, Великая наступила беда, Страшное несчастье стряслось… Равные схватились борцы. Не уступал ни тот, ни другой… Бешено в схватке кружась, Тяжкими ногами стуча, Со стоном дыханье переводя, То друг друга вверх подымая, они Наземь ставили тяжело, Так, что горы гремели окрест, Как под молотом наковальня гремит… Грохот от места боя летел, Оглушительный гул и шум. Солнце восходящее Не взошло. Месяц из-за края земли Не выглянул, не блеснул. Гром летел По трем великим мирам. Понемногу у богатырей Стал свирепый задор утихать, Стали силы ослабевать. Утихли порывы буйные их, Пыл неуемный угас… Понемногу придя в себя, Посмотрели друг на друга они — Не пострадал ни один. Кожа толстая их была На телах могучих цела, Кровь из ран нигде не текла… Только черный пот Ручьями бежал По широким бокам бойцов… Не знающему устали богатырю, Сыну бесноватых небес, Необычным почудилось это все, Нежданным, негаданным для него. С удивлением на Нюргуна косясь, Отворачивая лицо, Прикрывая лапою пасть, Оскалился Уот Усуму, Морщась, заговорил.