Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный. - Автор неизвестен - Страница 49

49

Увидя хозяина своего В обиде такой, в беде, Юрюнг Уолана-богатыря Мотыльково-белый скакун, Виднеющийся высоко Над изгородью столбовой, Привязанный к коновязи колдовской, Трехслойный повод свой, Словно корень травы быты, разорвав, Гриву и хвост распластав, К небесам взлетел, Заржал в высоте, Взывая к старшей сестре Всадника своего, Заклинательнице восьми небес, Врачевательнице девяти небес Удаганке Айыы Умсуур. Такие слова Мотыльковый конь Жалобно спел, проржал.

СТИХ 78

МОТЫЛЬКОВО-БЕЛЫЙ КОНЬ

Ыый-ыыйбын!!! Аай-аайбын!!! Ты, мой плач, далеко лети, Ты, жалоба моя, превратись В одержимого крикуна, В двухлетнего малыша-крикуна, Чтобы зов отчаянный твой Не умолкая, звучал В солнечных чутких ушах Небесной тетки моей Удаганки Айыы Умсуур! Слушай меня, Айыы Умсуур! Владеющий Мотыльково-белым конем, Виднеющимся высоко Над высокой изгородью столбовой, Где тройные засовы крепки, Младший твой брат — Юрюнг Уолан, Души твоей возлюбленный сын, Наважденьем обманутый колдовским Восьмидесяти восьми, Словно облако, набегающих чар, Далеко — на другом берегу Моря бездонного Лэбийэ, Что плещется, словно утка-турпан, Шумно хлопает, словно утка-нырок, К адьараям попал в западню И упал в бездонный провал, В погибельную подземную тьму… Ты не медли теперь, не сиди! К Айынга Сиэр Тойону пойди, Породившему хозяина моего, Говорившему в прежние времена: «Трех моих лучших детей Мне дороже Юрюнг Уолан, — Пусть он век тройной проживет!» Так в ту пору он говорил; В знак обещанья своего Он на макушке своей отрастил Три длинных волоса золотых. Ты волос один попроси у него, Ты проворно вырви его, Этим волосом золотым Светлое дыхание спаси Брата младшего своего! — Плачущее ржанье коня, Звонкое визжанье коня Достигло вершины Волшебной горы, Прозвучало в чутких, Как месяц, ушах Удаганки Айыы Умсуур… Едва услыхала голос коня — Восхваляемая на восьми небесах, Прославляемая На девяти небесах, Вечной блистающая красотой, Величественная Айыы Умсуур, Не мешкая, поднялась, Немедля в путь собралась. Надела на плечи свои Подобную играющему огню Красную одежду-броню, Восемь колдующих бубенцов, Как ноздри восьми жеребцов, Девять бряцающих шаргунцов, Как затылки девяти жеребцов. Как таежное озеро величиной, Как зеленый омут лесной, В руки она взяла Гулкий, звучно-тугой, Четырехгранный бубен свой В пышно свисающих Пестрых кистях, Бубен, полный глубоких чар, Пробуждающихся в колдовском Кружении вихревом… Вот так, торжественно облачась, В обиталище матери и отца Она мгновенно перенеслась. Двор большой миновала она, В просторные сени вошла, По имени тойона-отца Почтительно назвала, Петь начала, Просить начала…

СТИХ 79

АЙЫЫ УМСУУР

Властный, великий, Создавший меня, Седовласый отец-тойон! Качавшая мою колыбель Величавая мать-хотун! Вы — указывающие с высоты, Предсказывающие судьбы людей, Говоря: «Пусть он тридцать племен породит, Пусть он сорок племен породит!», Опустили в бедственный Средний мир, Поселили в долине земли, Одарили Мотыльково-белым конем Юрюнг Уолана-богатыря — Сына младшего своего. Была предназначена в жены ему Белоликая Туйаарыма Куо… Говорят — за нею отправился он По горячим ее следам, Пустился ее спасать По остывшим ее следам, Да по дороге попал в западню, Провалился в колодец — В подземный мир, На ледяное гиблое дно… Говорят — он снизу теперь На шесть пальцев от слякоти В бездне промок, Говорят — он сверху теперь Плесенью на три пальца оброс… Дабы выручить я сумела его, Вырви, отец, и дай мне один Из выросших на твоей голове Трех золотых волосков! В том волосе — век его, В том волосе — жизнь его, Сына младшего твоего, Коль пожертвуешь одним волоском, Удесятерится твой век, Увеличится радость твоя, Умножится слава твоя… Дашь, или не дашь — Сейчас отвечай! Если дашь — возьму, И не дашь — возьму! — Услыхав дочернюю речь — Твердо сказанные слова, Белый старец, владыка небес, На любимую дочь свою С изумлением поглядел, Разгневанно отвечал…