Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный. - Автор неизвестен - Страница 62

62

СТИХ 111

ГОЛОВА КЫСКЫЙДААН КУО

Алаатанг-улаатанг!!! О, тяжко, о, больно мне!!! Милосердного племени сын С поводьями солнечными за спиной, Ты ненавистен мне! Заманил меня в западню, Обманул меня и убил… Ты обрек теперь на гибель себя, Ты проклят теперь навек… Три светлых твоих души Рассеются без следа… О, как билось могучее сердце мое! О, как влюбилась я В белую плоть твою! О, как жаждала я тебя, Предалась тебе всей душой… Предательством черным ответил ты! Я погублена коварством твоим, Отрублена моя голова… Заклятьем последним своим Заклинаю, убийца, тебя: Чтоб вовек тебе женщины не обнимать, Чтоб тебе с женою не спать, Чтоб жене твоей не рожать, Не носить детей, не качать! Ну, а если ты Детей породишь — В дни, когда Твой сынок подрастет, Лук и стрелы впервые В руки возьмет, Когда под кровом твоим Красавица-дочь подрастет, Ножницы в руки возьмет Нежной прелестью расцветет, Я проскочу в твой дом Сквозь трубу очага твоего, Я отомщу тебе! Если не с тебя самого, То с твоих рысенят взыщу! В вечных муках отныне живи! Никогда, ни в чем Отрады не знай, Час рождения своего проклинай! — Умолкла мертвая голова, Унеслись проклятья ее… Тут богатырь Юрюнг Уолан Труд тяжелый свой завершил: Труп чудовищный Дочери абаасы С крутого обрыва он Бросил в море Муус-Кудулу, В огнереющую волну, В бушующую глубину. Ухватив за длинный железный клюв, Голову чудовища он Далеко в пучину швырнул. Вырвав с корнями, с землей Мерзлую огромную ель, Три дня и три ночи Юрюнг Уолан Деревом пучину крутил, Темные глубины мутил. Закипел, закружился водоворот И останки страшной невесты его Бесследно в бездну унес… Богатырь Юрюнг Уолан, Горностаем оборотясь, Тайную пору отыскал, В темное подземелье проник, Сверкающую в темноте Живую воду он увидал В чашке соболя черепной, Выпил глоток ее, Выбежал из норы, Принял свой прежний вид. Удесятерилась в теле его Дивная богатырская мощь От глотка небесной воды… Выпрямился горделиво он, Расправил плечи свои; Воспрянул отважный дух, Засверкали ярко глаза, Заалели губы его, Заблестели белые зубы его, Начал грозные он слова выкликать, На бой врага вызывать…

СТИХ 112

ЮРЮНГ УОЛАН

Смотрите, богатыри, Вы, с поводьями за спиной Светлые сыновья Солнечного рода айыы; Вы, бедные дочери и сыновья Человеческих разоренных племен, В черной неволе, в плену Томящиеся с давних времен, Угнетенные тяжело, Утесненные злобным врагом, Счастье наше опять Улыбается нам! В себе я дивную мощь разбудил Дьэсегея живой водой! Я проклятый этот алас, Я подземный сумрачный мир Опрокину и расплещу, Переверну вверх дном, Как берестяное ведро! Я заплесневелый этот край растопчу, Я железный дом сокрушу, Где томится невеста моя, Обещанная подруга моя, Милая Туйаарыма Куо! Я спасу из плена ее, Я унесу ее Из бездонной подземной тьмы На зеленое лоно Средней земли, Озаренное светом небес! Хитрость твоя не поможет тебе, Похититель, разбойник ночной, Уот Усутаакы… Я все племя твое перебью, Я колени им раздроблю, Длинные кости их сокрушу, Короткие кости Шугою пущу! — А пока Юрюнг Уолан Врагам расправою угрожал, Пока собирался он Растоптать весь подземный мир, Раскатился вдруг оглушительный гром, Ужасающий свист и шум… Явился — отколь ни возьмись — Восьминогий, чудовищный Медный змей; Юрюнг Уолана-богатыря Толстыми кольцами он оковал, В грудь ему жало вонзил, Начал жадно пить Его алую кровь И, отвалившись от жертвы своей, Буйно выкрикивать стал…

СТИХ 113

ОГНЕННЫЙ ЗМЕЙ

Аар-дьаалы! Аарт-татай! А-а, вы — отродья рода айыы, Вот вы, оказывается, каковы, Обузданные с хребта, С жалостливой душой Дети солнечной высоты… Я-то думал: вы — удальцы, Я-то думал: вы — хитрецы, На всякие выдумки мудрецы, А выходит, вы — хвастуны, Толстоголовые дураки, Бестолковые Ротозеи, глупцы! Жиром тело питаете вы, Жажду молоком утоляете вы, Оттого вы дюжи в плечах, Оттого вы дерзки в речах. Ох, как возгордились вы предо мной, Ох, как вознеслись надо мной! А ведь стоит мне рукою махнуть — Вам не устоять на ногах… Стоит руку мне протянуть, Я любого из вас возьму, Шевельнуться не дам ему… Вы, глупцы, позабыли, видать, Что нет среди вас никого, По силе равного мне? Я могучий, бессмертный дух Бездонного моря Муус-Кудулу, Уот Усутаакы-исполин! И ты у меня — Средь белого дня, Из дома железного моего, Из крепости неприступной моей Выкрасть решил Туйаарыму Куо, Милую подругу мою?! Видно, мало тебе Щелчка моего? Видно, ты захотел Кулака моего! — И раскатистым хохотом громовым Захохотал исполин… А для солнцерожденного сына айыы Солнечный свет померк, Смерть свою почувствовал он, Посинело его лицо, С трудом дыхание переведя, В судороге трепеща, Тихо он простонал…