"Если бы не сталинские репрессии!". Как Вождь спас СССР. - Романенко Константин Константинович - Страница 95

Но сошлемся на свидетельства людей, совершенно не склонных к возвеличиванию советского Вождя. Уже 17 сентября 1941 года Гитлер заявил на секретном совещании: «Мы открыли дверь в Россию, не зная, что за ней находится. Абвер не справляется со многими из своих задач». В ходе войны нацистские лидеры неоднократно возвращались к теме репрессий в СССР. В дневнике Геббельса сохранилась запись от 8 мая 1943 года: «Шла конференция рейхсляйтеров и гауляйтеров... Фюрер вспомнил случай с Тухачевским и выразил мнение, что мы были полностью неправы, когда поверили, что таким способом Сталин уничтожит Красную Армию. Верным было обратное: Сталин избавился от оппозиции в Красной Армии и, таким образом, положил конец пораженчеству[122].

Еще один лидер Третьего Рейха — Гиммлер, выступая 4 октября 1943 года в Позене, тоже признался: «Когда в Москве шли большие показательные процессы (я полагаю, это было в 1937 или 1938 году) и были казнены бывший царский кадет, а впоследствии большевистский генерал Тухачевский и другие генералы, все мы в Европе, включая и нас, членов [нацистской] партии и СС, придерживались мнения, что большевистская система и Сталин здесь совершили одну из своих самых больших ошибок. Оценив так ситуацию, мы сами себя сильно обманули. Мы можем правдиво и уверенно заявить об этом. Я полагаю, что Россия не выдержала бы все эти два года войны — а сейчас она уже на третьем, — если бы сохранила бывших царских генералов»[123].

Конечно, возведение нацистскими лидерами дореволюционных «подпоручиков» в ранг «царских генералов» свидетельствует об ограниченности информации у Гитлера и его окружения. Однако, начиная с Хрущева, на протяжении многих десятилетий официальная пропаганда еще более цинично манипулировала общественным мнением. И, развращенный демократической демагогией, обыватель тупо верил, будто бы накануне войны Красная Армия действительно была «обезглавлена» и Сталин уничтожил «40 тысяч полководцев».

Причем, стеная о жертвах «тоталитарного режима» и размазывая сопли по страницам пасквилей, пишущая интеллигенция не приводила никакой статистики. И уж тем более не упоминала о том, что еще на февральско-мартовском Пленуме 1937 года Ворошилов откровенно сообщил о проведенной чистке в армии. Он говорил: «Мы без шума — это и не нужно было — выбросили большое количество негодных людей, в том числе и троцкистско-зиновьевского охвостья, и всякого подозрительного, недоброкачественного элемента...

За время с 1924 года... за 12 лет уволено из армии около 47 тысяч человек начсостава. (За это же время призвано в армию из запаса 21 тысяча человек.) Только за последние три года — 1934–1936 включительно — уволено из армии по разным причинам, преимущественно негодных... около 22 тысяч человек, из них 5 тысяч человек как явные оппозиционеры».

Под чисткой Ворошилов подразумевает все увольнения из армии: за выслугу лет, по состоянию здоровья, за профнепригодность, моральное разложение, пьянство и другие мотивы. Он пояснял: «Пусть вас не пугает такая цифра, потому что тут были не только враги, тут были и просто барахло, и часть хороших людей, подлежащих сокращению».

Конечно, освобождение армии от малограмотных и непригодных людей являлось закономерной тенденцией. Но иначе быть и не могло. Балласт армии был не нужен, ей требовались свежие силы. Поэтому нарком от­мечал: «Готовим мы наши кадры усиленно и в большом количестве. Армия имеет 12 академий и 1 ветеринарный институт с 11 тысячами слушателей, 75 военных школ, в которых обучается 65 тысяч курсантов и слушателей. За 12 лет школы дали 134 700 человек командиров и разных начальников... Академии за тот же период дали 13 тысяч командиров, инженеров и других специалистов».

Нарком не скрывал и того, что службу в войсках продолжали и бывшие оппозиционеры: «Из числа бывших троцкистов и зиновьевцев и исключенных в разное время из партии оставлено в армии 155 человек. Кроме того, в армии находятся на различных должностях 545 человек бывших участников антипартийных группировок, получивших новые партбилеты. Всего, таким образом, в армии имеется без партбилетов и с партбилетами бывших троцкистов и зиновьевцев и правых 700 человек».

Следует подчеркнуть, что сам Сталин не имел прямого отношения к этой внутриармейской кадровой политике, обусловленной объективными причинами. Более того, обоснованно или нет проводилась чистка, от секретаря ЦК это не зависело и не могло зависеть. Подбор и смена кадров входили в компетенцию наркомата обороны, и в первую очередь руководителей политических его органов. Поэтому обратим внимание на важный момент. С октября 1929 года непосредственным организатором всех чисток и репрессий в армии являлся начальник Политуправления РККА Янкель Гамарник. Мимо него не мог пройти ни один арест. Наоборот, для ареста военнослужащих органами ОГПУ-НКВД прежде всего требовалось разрешение Гамарника. Причем он не только санкционировал удаление командных кадров по представлению органами госбезопасности, но и сам инициировал увольнение ко­мандиров.

Именно после его назначения на должность руководителя политорганов в 1930–1931 годах была проведена одна из первых масштабных чисток, известная как операция «Весна» — крупная волна арестов военнослужащих из числа бывших царских офицеров и генералов. По этому делу подверглись аресту более 3000 военспецов РККА. Эта акция против «золотопогонников» затронула в первую очередь профессорско-преподавательский состав военных академий, где нашли работу многие бывшие офицеры и генералы, имевшие опыт Первой мировой и Гражданской войн.

Так, в Военной академии имени Фрунзе были арестованы служившие в РККА бывшие генералы царской армии: генерал-лейтенант А. Снесарев; генерал-майоры: А. Верховский, Н. Владиславский-Крешкин, М. Бонч- Бруевич, С. Лукирский, Е. Смысловский, А. Лингау, Н. Сапожников, В. Гатовскй, А. Плевнев. Аресту подверглись бывшие полковники — А. Голубинцев, К. Беседовский, В. Сухов, подполковник С. Бежанов, капитаны С. Пугачев, И. Высоцкий и др.

В 1931 году каток репрессий прошелся и по строевым частям и соединениям армии. Особенно в Украинском военном округе, которым командовал Якир, где были сильно задеты дивизионные и полковые звенья. Так, сре­ди командиров стрелковых полков пострадали бывшие царские офицеры: В. Левицкий. М. Самуйлов, Г. Дремов, Н. Ушаков, А. Федотов, Н. Александров; артиллерийских полков — И. Иванов, А. Подянский, А. Юцковский. Всего по делу «Весна» на Украине прошло 343 офицера, 328 из них были приговорены к расстрелу и различным срокам заключения. Естественно, что эта чистка не могла пройти без прямого участия в ней командующего ок­ругом Якира.

Но вернемся назад. Чистка армейских кадров, начав­шаяся с 1 мая 1937 года, растянулась до осени. В ноябре 1937 года, по результатам расследования дел арестованных военных, НКВД представил членам Политбюро список, озаглавленный «Москва-центр». Он содержал 292 фамилии лиц, подлежавших передаче на рассмотрение Воен­ной коллегией Верховного Суда СССР, с предложением о применении к ним высшей меры наказания.

Среди лиц, представляемых к осуждению, были: начальник Военно-Морских сил Орлов, заместитель начальника Генерального штаба Левичев. Начальники: Управления боевой подготовки РККА Каширин, Санитарного управления РККА Баранов, Военно-морской академии Лудри и Военно-политической — Иппо; командующий Харьковским ВО — Дубовой, пом. начальника Главного разведуправления — Абрамов-Миров, зам. наркома обо­ронной промышленности — Муклевич и ряд других военных высокого ранга.

Но можно ли назвать этих военных полководцами? Фактически это были армейские чиновники — представители корпуса бюрократии из военного аппарата. Права, спустя год после расстрела руководителей заговора, в июле 1938 года, Военная Коллегией Верховного Суда СССР приговорила к расстрелу еще 138 военнослужащих, принадлежавших к высшему начальствующему составу.

Среди осужденных оказались следующие начальники: Управления по комначсоставу Наркомата обороны Булин, нач. ВВС Алкснис, штаба ВВС РККА Лавров, Военно-Морских сил Викторов, Главного управления погранвойск Кручинкин, Разведывательного управления Я. Берзин, Управления ПВО Седякин, Академии Генштаба Кучинский, командующий авиацией Особого назначения Хрипин. В числе осужденных были политработники, члены Военных советов: Северного флота Байрачный, Тихоокеанского — Окунев, авиации Особого назначения Гринберг, Среднеазиатского — Баузер, Харьковского — Озолин.