Отсчет теней - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 65

– Однако если на развалинах Аса разжечь костерок и испечь на нем хороший кусок мяса, с кубком хорошего вина он падает в живот ничем не хуже, чем в другом месте, – пробурчал недовольно Ангес.

– Не спорю, – улыбнулся Леганд. – С удовольствием присоединюсь как-нибудь к такому пиршеству, но это не значит, что я забуду, что земля под таким костром пропитана кровью на многие локти вглубь.

– Не знаю, как там насчет крови, – заметила Йокка, – но в половине колдовских зелий присутствует пыль с развалин Аса. И если кто-то из вас заметит нищенку, набирающую ее в сосуды или мешки, имейте в виду, что без колдовства тут не обойдется.

– Ты сама знаешь, Йокка, что настоящая магия не требует ни порошков, ни трав – ничего, – добродушно усмехнулся Леганд.

– Однако Агнран, колдун из моего поселка, с ранней весны до поздней осени бродит по лесам и собирает травы, листья, плоды и корешки, – вставила Линга.

– Согласен, – кивнул Леганд. – Только колдует Агнран очень редко. Он лечит, используя целебные свойства растений. Колдовство служит ему, чтобы распознать эти свойства. Да и то, за свою длинную жизнь он давно выучил их наизусть.

– Может быть, только дерри любой его жест считают чародейством? – Линга задумалась, взглянула на откровенно глуповатое выражение лица Йокки и невольно улыбнулась.

– Леганд, – сдвинула брови колдунья, – я не прошу, я требую, чтобы эта веселая охотница смазала себе лицо твоей мазью на первом же привале! Не из зависти к ее красоте. Просто мне тоже хочется иметь причину для смеха.

– Друзья мои, – расплылся в улыбке Ангес, – а ведь я, пожалуй, впервые вижу, как наша охотница улыбается.

– Нет, – покачал головой Саш, – не впервые. Просто в прошлый раз ты проспал ее улыбку.

– И я помню, – сказал Тиир. – Хотя тогда я еще ничего не мог сказать на ари. Сразу после перевала через Волчьи холмы. Когда на руках у нее заснул маленький шаи. Надо улыбаться чаще, Линга. Даже если болит раненая рука. Глядишь, и нам будет веселее!

– Я обязательно намажу лицо мазью Леганда, – вновь улыбнулась Линга. – Только уж тогда и мне будет нужно зеркало.

– Кажется мне, что улыбка Линги может стать хорошей приметой, – заметил Леганд. – Башни храма видны впереди.

Сначала выделились черные штрихи башен. Затем горизонт подчеркнула ослепительно синяя линия воды. Башни становились все выше, Саш уже думал, что они так и будут расти, пока не воткнутся в небо, разве только не сравняются с величественной Меру-Лиа, но внезапно тракт вывел друзей на край плоскогорья, и храм предстал перед спутниками весь и сразу. Огромная серая пирамида, словно сотканная из бесчисленных галерей и колонн, вонзалась в небо на правом берегу Аммы, впадающей в темно-синие воды озера Эл-Муун. Неестественно тонкие и высокие башни словно поддерживали над пирамидой прозрачный балдахин. Массивная стена окружала территорию храма правильным четырехугольником, отрезая от святого престола улицы аккуратного городка, кажущиеся крошечными шатры прибрежного рынка, небольшую пристань с узкими силуэтами лодок, несуразную имперскую крепость, путаницу дорог и пятна площадей и стоянок караванов. Крохотная крепость, похожая на стайку приземистых башен, стояла возле Аммы, и серая лента тракта, пересекая мост, минуя крепостные ворота, взбиралась на огромный белесый холм, который перекрывал на несколько ли часть озера, продолжение дороги, горизонт и был, казалось, припудрен мелом.

– Вот самое святое место в Эл-Лиа! – торжественно поднял руки к небу Ангес. – Перед вами храм Эла! Негасимый светильник с пламенем Эл-Лоона хранится в нем. Лига служителей священного престола день и ночь взывает к Элу о ниспослании мира и благоденствия народам Эл-Лиа! Множество паломников идут со всех сторон, чтобы хоть издали взглянуть на искру божественного пламени!

– Почему же на искру? – не понял Леганд. – Вот уж не думал, что светильник Эла может тлеть!

– Он не тлеет, – снисходительно улыбнулся Ангес. – Он сияет! Просто близко к нему не подпускают никого, но вас я проведу. Хотя бы для того, чтобы вы забыли мою нелепую оплошность с этим камнем. Ускорим же наши шаги! Я чувствую, как дымят кухни храма! Кто знает, может быть, и нам удастся испробовать мясо, запеченное на углях.

– Ускорим, – проворчала, покашливая, Йокка. – Наконец становится понятным, что заставляет мирных элбанов отдавать жизнь служению престолу. И мясо на углях не последнее в этом перечне.

– Но и не первое! – широко улыбнулся Ангес. – Хвала Элу, я возвращаюсь в родные стены! Смотрите! Видите желтый шатер, крайний справа в торговых рядах? Если бы вы знали, какие сладости продает там один свар! А левее, белый с красным полотнищем на шесте? Копченая рыба, которая тает во рту! Да простит меня Эл, я знаю многих паломников, которые, испробовав рыбы из этого шатра, забыли и про храм, и про светильник Эла, и пожирали эту рыбу, пока не проедали все деньги, благо вода в Амме чистая и бесплатная. А вон тот дом с темной крышей – это трактир и постоялый двор старого Зарембы. Уже в третьем поколении этот трактир принадлежит его семье. Сам император девять лет назад заглянул в его заведение и выпил изрядный бокал пива. А вон там, правее, длинное здание с зеленой крышей – это казарма стражников. Отряд гвардии императора постоянно держит надзор за дорогой к ущелью Шеганов, и три варма стражников расквартированы в этой казарме. Хотя на самом деле большинство из них давно уже поселились вон в тех маленьких домишках.

– Подожди, Ангес! – поморщился Саш. – Послушай, но почему храм и городок выстроены на этом берегу Аммы. Здесь же низина, больше того, мне сам грунт кажется насыпным. А между тем на другом берегу возвышается обширный холм!

Ангес вздохнул и ничего не ответил. Леганд сказал за него:

– Это место, где стоял прекрасный Ас. Ас Поднебесный! Точнее он был и там, и там, и там, – повел рукой в стороны старик. – Но на этом холме стоял престол Эла. Настоящий престол, на вершине которого пылал огонь Эла. Его было видно даже со склонов Меру-Лиа. Ни одно здание не может быть построено на месте, где когда-то высился Ас. Это неписаный закон Эл-Лиа. И этот храм Эла, и городок, и даже крепость у моста через Амму выстроены на насыпном грунте. Когда-то на этом месте был прекрасный залив. Он назывался Теплая бухта.

– Ну что было на этом месте лиги лет назад, уже не вернется, – почесал голову Ангес, – но вода в озере Эл-Муун не намного теплее воды в Амме. К счастью, это не мешает рыбе, которой в его водах сколько угодно!

– Не скоро я вновь захочу купаться, – просипела с облучка подсевшим голосом Йокка. – А вот ванна с горячей водой мне так просто необходима!

– Только деревянная, но ты в ней отлично поместишься, – заверил колдунью Ангес. – У Зарембы все припасено для важных господ. Единственное, чего мне не удастся ему объяснить, зачем ванна деревенской дурочке?

– А вот это предоставь мне, – устало ответила Йокка.

– Видите? – протянула руку Линга, приглядываясь к приближающимся строениям. – Напротив заведения этого Зарембы здание, тоже похожее на постоялый двор, только не в пример чище. Там и ясли, и большие корыта для воды, и лошади привязаны, да какие! Красавцы!

– Не советую, – немедленно отозвался Ангес. – И не потому, что обойдется в три раза дороже. В этом трактире останавливаются только важные вельможи. Если случайно попадешь под горячую руку, можно проститься не только с жизнью, но и с некоторыми частями тела. Причем второе – непосредственно перед смертью.

– Посмотрим, – пробормотал Леганд. – Когда мы сможем попасть в храм?

– Только завтра на заре, – вздохнул Ангес. – Паломников запускают внутрь ограды с рассветом и выгоняют, когда диск Алателя полностью поднимется над водами озера Эл-Муун.

– Хорошо, – кивнул Леганд. – Я смотрю, ничего не изменилось в храмовых порядках. Попробуем разместиться у Зарембы. Надеюсь, ты не забудешь о друзьях, когда приблизишься к хваленому мясу, запеченному на углях?