Возвращение Алателя - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 55

Дан снял с плеча лук и наложил на тетиву стрелу. Алатель еще только серебрил верхушки холмов, внизу на склоне стоял сумрак, и в этом сумраке все ближе становились резкие черные тени.

– Впереди четыре стукса, – повысил голос Лукус. – Это каменные вараны. У них светящиеся глаза. Именно по глазам и нужно стрелять. Все остальное тело – броня. За ними пять падальщиков. Потом что-то крупное. И две кошки сзади. Эти очень осторожны. Обычно нападают из засады. Думаю, что кошки уйдут, если мы возьмем верх над стуксами.

– Демон с тобой, Лукус, – выругался Хейграст. – Что значит что-то крупное?

– Не знаю, нари, – покачал головой белу. – Как ты понимаешь, я не местный житель. К тому же нечисть идет с севера. Кажется, волк.

– Ну, с волками то нам дело иметь приходилось! – прошептал нари.

До схватки оставались мгновения. Хейграст воткнул между камнями пику, найденную в Ургаине, провел руками по топорикам, висящим на поясе.

– Что, Лукус? Надеюсь, ты стреляешь не хуже, чем сын плежского кузнеца?

В ответ белу выпустил стрелу. Одна из летящих вдоль каменной поверхности теней с шипеньем свернулась клубком. Почти сразу Лукус выпустил вторую стрелу, а затем выстрелил Дан. Мальчишка не понял, попал ли точно в цель, потому что два из четырех огибающих отряд красноватых огней погасли, а еще два вдруг рванулись ему в ноги. И с ужасом думая, что он слишком медленно достает вторую стрелу, мальчишка отпустил тетиву, когда два огромных светящихся круга были почти перед ним. Затем что-то тяжелое ударило его в грудь, и Дан упал. Последнее, что он увидел, перед тем, как потерять сознание, это горящих падальщиков и Хейграста с обнаженным мечом.

Дан пришел себя от падающих на губы капель воды. Над ним склонился Лукус. Белу улыбался на фоне ясного неба. Алатель уже поднялся над горизонтом.

– Я жив? – спросил Дан.

– Сейчас пригляжусь и скажу, – усмехнулся травник. – Хотя откуда сомнения? Когда ты путешествуешь с двумя такими воинами, как мы с Хейграстом, другого варианта просто и быть не могло! Ты даже не поцарапан. Просто сильный удар. Но синяк я тебе обещаю!

Дан с трудом поднялся и, потирая ноющую грудь, огляделся. Несколько черных тел валялось на склоне. Лукус отошел от него и теперь пытался отрубить голову огромной ящерице покрытой костяными пластинами. Из ее глаза торчала стрела Дана. Но потери были не только среди тварей. Шет, оказалась мертва. Саш лежал неподалеку на мешках.

– Что случилось? – спросил Дан, подбегая к лошади.

– Одна из этих тварей прорвалась, – хмуро ответил Хейграст, снимая с мертвого животного упряжь. – У меня такое ощущение, что мы их мало интересовали. Все они рвались к лошадям. Точнее к Сашу.

Дан подошел ближе и увидел, что горло Шет разодрано. Она и раньше казалась мальчишке самой грустной лошадью и теперь, даже мертвая, лежала, печально вытянув голову. Шет так и не досталось хозяина. Что-то защемило у Дана в горле.

Четыре оставшиеся лошади стояли в стороне и нервно шевелили ушами. Правее лежало странное животное. Оно напоминало черную горную кошку, но превосходило ее размерами. Дан с содроганием осмотрел массивное туловище, толстые лапы и хвост. Из огромной пасти торчала стрела Лукуса.

– Повезло, что тебя сбил с ног стукс, – заметил Хейграст. – Впрочем, он ударил уже мертвым. Ты его все же достал своей стрелой. Кошка прыгала мгновением позже. В любом случае для Шет хватило одного взмаха ее лапы. Ума не приложу, как наш скромный белу успел подстрелить эту тварь и при этом еще и не попал в меня!

– А остальные? – спросил Дан.

– Двух стуксов ты все-таки уложил, – сказал нари, поднимаясь. – Двух убил белу. Кроме этого он подстрелил эту кошку и двух горящих падальщиков. Трех падальщиков убил я. Да и киску вторую удалось достать топориком. Мне показалось, что вся стая только отвлекала наше внимание. Кошки рвались в сторону Саша.

– А волк? – спросил Дан.

– Вот это самое интересное, – щелкнул пальцами Хейграст. – Пойдем.

Они спустились на несколько шагов. Между трупами падальщиков, двое из которых оказались обгоревшими, лежал обнаженный человек.

– Кто это? – с ужасом спросил Дан.

– Это и есть волк, – усмехнулся Хейграст. – Лукус, ты всем тварям отрубил головы?

– Да, – отозвался белу. – Но у этих стуксов очень прочный панцирь. Еще одна такая охота, и ты будешь мне должен новый меч!

– И это хваленая белужская сталь? – засмеялся Хейграст. – Иди сюда, мне нужна твоя помощь.

Белу подошел, и Хейграст обратился к Дану.

– Смотри парень, я ударил его мечом не менее трех раз: вот, вот и вот.

Он показал синеватые полосы на горле, плече и груди.

– Ты видишь? Я убил бы настоящего волка любым из этих ударов, а его плоть после каждой раны словно склеивалась. Это оборотень. Еще вчера я бы высмеял каждого вздумавшего рассказать о подобной твари. А теперь я начинаю сомневаться, разрешать ли белу в одиночестве бродить по диким лесам! Смотри!

Хейграст перевернул человека ногой на живот, и Дан увидел торчащую в спине пику. В воздухе светился ее обратный конец в виде серебряного крюка-лопатки. Наконечник скрывался в серой плоти.

– Это убило его? – прошептал мальчишка.

– Убило? Это как раз мы сейчас проверим, – оживленно проговорил Хейграст. – Но пику я в свое время делал Нику для особых целей. Признаюсь, запросил с него большую цену, но он и хотел многого. Мне пришлось побегать к Вику Скиндлу, да еще и порядком вплести серебряных нитей в заготовку. Ник хотел, чтобы его оружие останавливало всякую погань, которую непросто убить обычным клинком. И вот, когда этот волк вырвал у меня из рук меч, мне пришлось воткнуть в него оружие Ника. Ты представляешь, Лукус? Он вырвал у меня меч! Схватил клыками, как будто это какая-то кость!

– Радуйся, нари, что он не схватил тебя за горло и не превратил в оборотня, – пробормотал белу. – Не хотел бы я, чтобы в заповедных лесах появился чудовищный зеленый волк! Насколько я понял, ты хочешь оживить его?

– Да, – кивнул Хейграст. – Я хотел спросить его кое о чем.

– Тогда подожди немного.

Лукус сунул руку в заплечную сумку и достал свернутую кольцами тонкую веревку. Не говоря ни слова, сделал петлю и набросил на шею оборотню. Второй конец веревки привязал к огромному валуну.

– Ты думаешь, эта нитка удержит его? – удивленно щелкнул пальцами Хейграст. – Я больше полагаюсь на свой меч или на эту пику.

– Полагайся, – спокойно ответил Лукус, отстранил Дана и сам отошел в сторону. Затем наложил на тетиву стрелу и замер. Мальчишка взглянул на Хейграста и тоже поспешил снять с плеча лук.

– Ну-ну, – озадаченно мотнул головой Хейграст и медленно потащил пику на себя.

Сначала из мертвенно серого, но человеческого тела появилась металлическая трубка наконечника, насаженная на древко, затем блеснувший белым ромбовидный лепесток и, наконец, длинное и узкое четырехгранное острие. Капля темной крови упала на спину оборотню возле рваной раны на спине, и дрожь прошла по его телу. Хейграст ухватил крепче древко пики и легко ударил ее наконечником плашмя по голове оборотня. Словно в ответ на прикосновение, тот поднял голову. Дан увидел серое, лишенное жизни лицо, бледные глаза с маленькими зрачками, и почувствовал, как холод расползается по груди. Оборотень медленно посмотрел на Хейграста, на Лукуса, скользнул глазами по Дану и скривил серые губы в ухмылке.

– Смерть не властна над слугами Унгра, – сказал он глухим голосом. – Что вы хотите от меня?

– Смерть остается смертью для всех, – ответил Хейграст. – И мы знаем, что Унгр не отпускает гулять своих слуг по равнинам Эл-Лиа. Не лги нам. Мы позаботимся, чтобы ты не возродил свою плоть в Эл-Айране. Отвечай на мои вопросы, иначе я насыплю на твою спину того порошка, который сжег твоих пособников, и буду смотреть, как выгорает твое сердце.

– Не пытайся казаться страшнее, чем ты есть, нари, – прошипел оборотень. – Если я не исполню свою миссию, она будет возложена на другого. Или на других. Тебе не справиться со слугами Унгра.