Возвращение Алателя - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 58

– Вот она – главная ловушка, – показал Лукус на каменного человека и зажег факелы.

Ведя за собой лошадей, путники вошли внутрь. Дан ожидал увидеть пещеру, но огни факелов осветили зал храма. Витые колонны, подпирали высокий сводчатый потолок. Искусно вырезанные барельефы украшали своды. В центре противоположной стены выделялась каменная дверь, в которую могла пройти не только лошадь, но и повозка. По ее сторонам стояли два алтаря.

– А вот и вход, – обрадовался Хейграст.

Он огляделся и осторожно приложил к гладкой поверхности ладони. В то же мгновение каменный скрежет разорвал ночную тишину.

– Стой! – закричал Лукус. – Не делай больше ничего!

Хейграст метнулся к выходу, выглянул наружу, бросился к лошадям. Что-то захрустело под его ногами.

– Тут кости, кости кругом, раздробленные кости! – закричал нари. – Это ловушка, надо уходить!

– Поздно! – сказал Лукус, высоко подняв факел.

В проходе стоял каменный человек. Друзья замерли. Чудовище перегородило выход, но не шевелилось. Сейчас оно вновь казалось просто куском камня.

– Почему он не шевелится? – прошептал Хейграст.

– Я думал, ты спросишь, почему он шевелится! – съязвил белу. – Он ждет, чтобы увидеть, как мы будем открывать проход. Если нарушим обряд, будет реагировать. По-своему.

– Я представляю, – выдавил из себя нари.

– Как открыть проход правильно? – неожиданно пролепетал Дан, не сводя глаз с каменного истукана.

– Надо подумать, – пробормотал Лукус. – Ты видел, Хейграст, здесь два алтаря?

– Да, – кивнул нари, – слева алтарь Унгра, справа Бренга. Над алтарем Унгра изображен подземный огонь, а над алтарем Бренга черный престол.

– Странно, – задумался Лукус. – Я могу понять, почему здесь алтарь Унгра, он хозяин подземного царства в представлениях древних. Но Бренг? Это чужой и давно забытый бог!

– Ничего странного, – откликнулся Хейграст. – Хотя не соглашусь, что представления об Унгре связаны только с древними. Смею тебя уверить, что в Эйд-Мере его поминают к случаю и без случая. Что касается Бренга, то не забывай, что на рудниках ари работали в основном мастера банги и рабы из числа людей. А Бренг был богом Дэзз – прародины банги. Они поклоняются ему до сих пор.

– Ты плохо помнишь легенды, – нахмурился Лукус. – Именно из-за Бренга боги уничтожили мир Дэзз, так что им не из-за чего поклоняться ему.

– Нет, белу, – не согласился Хейграст. – Так считают все остальные элбаны, но не сами банги. Я не знаток преданий, но поверь мне как кузнецу. Многие неплохие кузнецы банги были в моей кузнице и говорили со мной. Они по-прежнему считают Бренга богоборцем, спасителем и покровителем. Они числят его поверженным, но не павшим.

– Банги самый скрытный народ из всех элбанов, – покачал головой Лукус. – Я бы ничему не верил из того, что говорят они о себе сами, как и тому, что говорят о них другие. В любом случае, сейчас не время для разговоров, нужно открывать проход. Никто не знает, сколько это чудовище будет ждать.

– Все очень просто, – сказал Хейграст. – Нужно возложить на каждый алтарь что-то конкретное, что заставит дверь открыться.

– Что? – спросил Лукус, подойдя и рассматривая алтари.

– Вот, – показал Хейграст. – Смотри, на алтаре Унгра изображен подземный огонь, вырывающийся из скалы. Значит, на нем надо возжечь огонь. Вот и копоть на стене над алтарем видна. А на алтарь Бренга необходимо налить кровь человека. Видишь темные подтеки на камне? А вот и желоб, по которому кровь уходит внутрь стены. Я слышал, что Бренг построил черный престол, чтобы приносить в жертву элбанов, предпочтительно людей.

– Я бы не стал приписывать Бренгу все ужасы, которые рассказывают хвастливые элбаны, возомнившие себя свидетелями прошлого, – усмехнулся Лукус. – Но без крови на престоле не обошлось, это подтверждает и Леганд. Хотя это был престол Аса и кровь ингу.

– Почему? – хрипло спросил Дан. – Почему предпочтительно людей?

– Понимаешь, – Хейграст поскреб затылок, – что бы мы ни говорили об этом, но век человека короток. Человек редко переваливает рубеж в варм лет. Но даже если он доживает до этого срока, то почти всегда становится дряхлым стариком. Нари и шаи живут по полтора варма. Белу два. Ари и банги способны дожить до двух с половиной. Особенно, если занимаются магией. Но рано или поздно всех ждет дорога в Эл-Лоон.

– Или обиталище Унгра, – добавил Лукус.

– Возможно, – кивнул Хейграст. – Нам это неведомо. Изначальная сила, как говорит Леганд, во всех элбанах одинакова. Но человек живет недолго, его сила не размазывается на длинную жизнь. Поэтому человек более эмоционален, порывист, непредсказуем. Поэтому просторы Эл-Айрана захватывают люди. Это сила в их крови.

– Я бы не был столь категоричен, – усомнился Лукус. – Ты нари не уступишь в эмоциональности ни одному человеку. Да и я не чувствую, что моя сила размазана тонким слоем.

– Ладно, – махнул рукой Хейграст. – Надо начинать. Нам нужно пламя и несколько капель крови Дана. Ты разрешишь поранить руку?

Дан молча протянул Хейграсту ладонь.

– Подожди, – остановил его Лукус.

И в это мгновение каменный истукан сделал шаг вперед и вновь замер.

– У нас мало времени, – вскричал Хейграст. – Смотри! На каменной плите вырезаны следы ног. Еще два таких шага, и он встанет на них! И если мы не откроем проход…

– Подожди, – спокойно повторил Лукус. – Во-первых, подземный огонь значительно горячей обычного огня. Было бы слишком просто вот так сунуть на алтарь факел и пролить несколько капель крови. Чтобы наполнить углубление на алтаре Бренга и чтобы кровь побежала по желобу потребуется не несколько капель, а половина крови Дана. Наконец, на самой двери изображен символ Эла, думаю, мы должны произнести какие-то слова.

– Мы не священники храма, чтобы знать все молитвы во славу Эла! – буркнул Хейграст.

– Боюсь, нам придется ими стать! – отрезал белу.

– На алтаре Бренга тоже какие-то слова, – прошептал Дан. – Их плохо видно под следами… крови.

– Сейчас! – Хейграст метнулся к алтарю и стал соскабливать темные полосы. – Хвала Элу! Написано на ари!

– "И тогда Илла открыл Северные ворота, Рахус открыл западные ворота, и Бренг сказал перед сияющими войсками: Идите и возьмите то, что никто не должен отнимать у вас. Пролейте их кровь, словно это вода. И пейте воду из их рек, словно это кровь вашего врага, и пошли войска и миры смешались"! – хрипло прочитал Дан.

С громким стуком чудовище сделало предпоследний шаг.

– Быстро! – закричал Лукус. – Дан! Воду! Поднеси бутыль к алтарю и жди команды. Хейграст. Отжигающий порошок можешь сделать?

– Нет, – покачал головой Хейграст. – Нужно время и особые ингредиенты.

– Нет, – подтвердил Дан. – Не получится.

– Тогда порошок Вика, хоть немного! – взмолился Лукус.

Хейграст пожал плечами и достал кожаный мешочек.

– Вот, едва ли ты вытрясешь отсюда наперсток порошка. И как заставить его гореть? Может, мне сбегать за трупом кошки или стукса?

– Не стоит, – бросил Лукус. – Все делаем быстро. Вот ухо падальщика. Я отрезал его на холме. Вик просил принести частицу тела неуспокоенного. Хейграст. Высыпай остатки порошка на алтарь, и когда истукан сделает шаг, положишь на него ухо. Но не раньше. Дан. Приготовься. Вместе с шагом истукана начинаешь лить воду в углубление. Вода побежит по желобу. Постарайся, чтобы уровень воды в лунке был вровень с ее краями.

– А ты? – спросил Хейграст.

– А я буду молиться Элу, – ответил Лукус.

Несколько томительных мгновений прошли, пока Хейграст вытряхивал остатки порошка из уголков и швов мешка. Дан откупорил кожаную бутыль и застыл с нею над вторым алтарем. Наконец чудовище вновь шевельнулось и встало на каменную плиту.

– Быстро! – сказал Лукус.

Зажурчала вода, засияло нестерпимым жаром и пламенем брошенное Хейграстом на порошок ухо падальщика. И тогда Лукус громко и торжественно произнес что-то на валли. Каменная плита дрогнула и стала отъезжать в сторону.