Возвращение Алателя - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 64

Лукус и Дан рассмеялись, и даже Хейграст позволил себе ухмыльнуться.

– Саш, я приторочил твой меч к седлу, – потрепал Эсона по холке Лукус. – Его можно очистить. Состав давно стал мягким.

– Не надо, – покачал головой Саш. – Пока я своему мечу не помощник.

Друзья коротко перекусили и тронулись в путь. Бату, уже привыкший идти с носилками, попытался встать рядом с Эсоном.

– Идем друг за другом, – приказал Хейграст. – Я первый. За мной Дан. Следом Саш. Последним Лукус. Не разговаривать. Следите за моими жестами.

Отряд спустился в ложбину, и вскоре только хлюпанье мокрого грунта под копытами лошадей раздавалось над ночной равниной. Дан несколько раз оглядывался. Вначале Саш сидел ровно, затем наклонился вперед и дальше ехал почти лежа на шее лошади, плотно обхватив ее руками. В очередной раз, когда Дан засмотрелся назад, он почувствовал на плече руку Хейграста:

– Пусть, – прошептал нари. – Не волнуйся. Лукус следит за ним. Поверь мне. Саш так плох, что я удивляюсь, как он держится в седле. Саш очень изменился. Думаю, теперь он выдержит и не такое.

– Что случилось? – Лукус подъехал вплотную.

Эсон остановился, уткнувшись мордой в круп Бату, и Саш разогнулся в седле.

– Я спал, – вздохнул он. – Простите, но за год жизни я впервые спал по-настоящему.

– Дорога, – сказал Хейграст. – Ложе ручья проходит под насыпью. Мне бы не хотелось оставлять на ней след!

– Кажется, удача все еще повернута к нам лицом, – заметил Лукус, показывая на гаснущие звезды. – Сюда идет дождь.

– Удачу проверим на Утонском мосту, – бросил Хейграст. – Думаю, мы должны максимально приблизиться к нему уже этой ночью.

Спутники поднялись по насыпи и оказались на каменной дороге. Даже спустя лиги лет она оставалась во вполне приличном состоянии. Лукус легко спрыгнул с коня, наклонился, прополз несколько шагов по камням, вновь запрыгнул на лошадь.

– Примерно день назад проходил отряд кьердов, – пояснил белу. – Есть слабые следы. Но этой дорогой пользуются редко.

– Уходим, Лукус, – поторопил его нари. – Смотри, опять начинаются такие же холмы, как и на юге Дары.

Дан пригляделся к равнине. Вершины невысоких холмов казались в тусклом свете звезд серыми. И на эти бледные выпуклости набегала черная тень. С запада шли тучи. Откуда-то с юга донесся протяжный вой, и мальчишка почувствовал, как холод пробежал по спине.

– Не скоро эта земля вновь получит право называться прекрасной Дарой, – пробормотал Хейграст и махнул рукой, приказывая следовать за ним.

Отряд спустился с дороги и двинулся между холмов. Дан внимательно всматривался в темноту и припоминал все страшные рассказы дядюшки Трука о нечисти, которая обитала на Мертвых Землях. И о чудищах, которые приходят с севера Эл-Айрана. Ведь именно из-за этих тварей и воинственных северных племен однажды предки Дана покинули родину и ушли в долину Уйкеас, в Эйд-Мер и в другие земли, где порядка было хотя бы чуть-чуть больше.

Внезапно начался дождь. Задвинул пологом проглядывающие в сумраке холмы, зашумел монотонно, приглушая удары копыт. Лошади зашевелили ушами, но продолжали идти вперед. Дан плотнее сжал колени и надвинул на голову капюшон плаща. Хорошо еще, дождь опять оказался теплым. Мальчишка попытался разглядеть дорогу, но вскоре бросил и стал думать об одном – не упустить из вида Хейграста. Как и раньше, ночь казалась Дану бесконечной, а он сам маленьким беспомощным существом, которого никто не сможет спасти – ни Хейграст, ни Лукус, и уж тем более ни Саш, который кажется, сейчас вообще не способен ни на что. И уже в полудреме, продолжая чувствовать стекающие по лицу капли, старательно таращась на покачивающийся в сумраке круп Аена, мальчишка оказался у целехонького дома старого Трука, где тетушка Анда по-прежнему творит какие-то заклинания над овощными грядками, а дядюшка степенно занимается выделкой кож.

Глава тринадцатая. Утонский мост

– Тихо! – предупредил Хейграст.

Друзья лежали на краю каньона и рассматривали Утонский мост. Он оказался ближе, чем рассчитывал Хейграст. Уже под утро спутники достигли обрыва и прошли вдоль него около шести ли на юго-восток. Блестя искрами вкраплений твердого камня, коричневатые скалы отвесными стенами уходили вниз. Ширина каньона достигала одного ли, высота превышала два варма локтей. Внизу петляла синяя лента своенравного Инга. На той стороне темнел лес. Дан с опаской посмотрел вниз и с облегчением вздохнул, когда Хейграст повел отряд в отдалении от каньона. Один вопрос не давал мальчишке покоя – каким образом можно было построить мост на такой высоте? Ответ пришел сам собой, когда, поднявшись на очередной холм, Хейграст махнул рукой, спрыгнул с лошади и спешно отвел ее вниз. И вот теперь друзья лежали в траве и восхищались творением древних. Два утеса сжимали речную долину. Инг недовольно грохотал на порогах глубоко внизу. А вверху вознеслась арка каменного моста.

– Меня всегда удивляло, как он не разрушился за лиги лет! – восхищенно прошептал Хейграст.

– Настоящие мудрецы строили его, – объяснил Лукус. – Конечно, природа сделала свое дело, покрытие обветшало, но основа моста по-прежнему крепка.

– Магия? – поинтересовался Хейграст.

– Возможно, – пожал плечами Лукус. – Но Леганд говорил, что истинное мастерство чего-нибудь стоит, когда стены не рушатся, а лезвие не тупится и без помощи магии.

– Это я и без тебя знаю, – обиделся Хейграст. – Или ты думаешь, что я с каждым куском железа бегаю к Вику? Или, что молот стучит сам по себе?

– Ничего я не думаю, – отмахнулся Лукус. – Смотри. На той стороне свежесрубленная бревенчатая стена высотой примерно в восемь – десять локтей и ворота. Думаю, что у дерри были основания построить острог. Если помнишь, раньше там стояла будка стражников. Но флаг Салмии и сейчас на месте. Это меня радует. А что с этой стороны? Надо бы подняться на следующий холм. Я не вижу за ним начало моста.

– Давай, – согласился Хейграст. – Только осторожно. На холме может быть устроена засада. Я жду тебя здесь. Дан. Вернись к лошадям. Проверь упряжь. Поешь сам и проследи, чтобы поел Саш. Не спать. Ты и так полночи в седле дремал.

Дан покраснел и спустился с холма. Лошади степенно щипали траву. Саш лежал поодаль.

– Я не сплю, – сказал он, открыв глаза, когда Дан осторожно подошел, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Как ты? – спросил мальчишка, чувствуя странное смущение.

– Как? – Саш задумался, затем признался. – Я очень устал, Дан. И моя усталость – не усталость тела. Я ничего не хочу. Понимаешь?

Дан недоуменно потер лоб:

– Трук всегда говорил так: если тебе кажется, будто что-то идет не так, займись работой. Сделай что-нибудь полезное. Да и Хейграст учит тому же.

– И что же полезное ты предлагаешь мне сделать? – улыбнулся Саш.

– Хейграст велел проверить упряжь лошадей, – обрадовался улыбке Дан. – Впереди мост, но как мы его будем переходить, пока непонятно. А потом он сказал, что надо поесть.

– Хорошо, – кивнул Саш, тяжело поднимаясь на ноги. – Если честно, усталость тела тоже присутствует. Особенно после езды верхом. С непривычки ходить после этого почти невозможно. Как только ты это переносишь?

– Я научился ездить верхом в пять лет! – гордо сказал Дан. – Все мужчины, которые живут на равнине, должны уметь ездить верхом!

– И я жил на равнине, но на другой равнине и другой жизнью, – вздохнул Саш. – Показывай, что такое проверить упряжь, а то я сделаю что-нибудь не то.

Дан показал Сашу, какие части упряжи требуют затягивания и, поражаясь его худобе и слабости, проследил, чтобы он все делал правильно.

– Как… там было? – спросил мальчишка, задерживая дыхание.

– Там? – Саш вытер покрытый испариной лоб, задумался. – Там было плохо. Очень плохо. Мне показалось, что кто-то вытащил из меня душу, разодрал в клочья, вытер ими окровавленные руки и бросил в пыль.

Помолчал, улыбнулся и добавил: