Дочь охотника на демонов - Оливер Яна - Страница 16

— Да какая, черт побери, разница, кто это сделает! — возмутилась Райли. — А мы не можем его… кремировать, например?

— Законы штата запрещают кремировать ловцов, убитых демоном. Они объясняют это каким-то заражением воздуха.

Это был настоящий кошмар.

— Получается, либо я должна сидеть ночами на кладбище, либо позволить… разорвать отца на части? — спросила Райли. — Просто средневековье какое-то.

— С этим не поспоришь, — сказала Кармела. — Только ты можешь принять решение. Что бы ты ни выбрала, тебе будет нелегко.

Для Райли существовал лишь один вариант.

— Его похоронят таким, какой он есть. Клянусь Богом, если к нему кто-нибудь прикоснется…

— Я бы сделала такой же выбор. Главное, пойми, что несколько недель тебе будет нелегко.

— Вряд ли может быть хуже, чем сейчас.

Доктор нежно убрала с лица Райли выбившуюся прядь волос.

— Ты даже не представляешь, во что ввязалась.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Райли нашла черное платье и натянула его на себя: она не прикасалась к нему с похорон матери. Сейчас оно едва доходило до колен. Она вспомнила, как папа принес его домой. Он купил его, не задумываясь о том, какой размер она носит. Платье оказалось сильно велико. Сейчас же оно село идеально, как будто он предвидел, что ей придется надеть его еще раз.

Дрожь поднялась от ног к голове.

«Вряд ли. Не мог же он знать, что произойдет».

Хотя ей очень хотелось упасть на кушетку, зарыться в одеяло, спрятаться от того, что готовил ей сегодняшний день, Райли заставила себя собраться. Черные колготы, черное платье, черные туфли. Она открыла крошечную шкатулку с украшениями и нашла там медальон в форме сердца, который отец подарил ей на шестнадцатилетие. Внутри была фотография родителей. Она поцеловала холодный металл.

— Спасибо, папочка, — прошептала она, и на платье капнула слеза, не оставив никакого следа. Возможно, именно поэтому люди надевают черное на похороны.

В дверь постучали.

Это был Бек. Они мрачно смотрели друг на друга, как будто боялись заговорить. Она не видела его прежде в костюме. Когда мама умерла, его не было в городе, он еле успел на похороны и тогда не переоделся. Лицо выбрито — нелегко ему пришлось из-за ран. Темные круги под глазами говорили о том, что он едва ли спал лучше, чем она. Чувствовался легкий аромат лосьона после бритья.

— Время, — сказал он хриплым низким голосом.

Она взяла мамино шерстяное пальто, и Бек помог ей одеться, хоть ему и было тяжело из-за травмированного плеча. Он взял сумку, которую она собрала для кладбища. Закрывая дверь, она могла поклясться, что слышала, как отец с ней прощается.

Машина Бека выглядела иначе, чем прошлой ночью: он ее помыл, выкинул пивные банки и протер приборную панель. Похоже, он еще установил освежитель воздуха с персиковым ароматом.

«Зачем он это сделал? Отцу уже все равно».

Она молча залезла внутрь и уставилась в боковое окно.

— Райли… — начал он.

Она покачала головой. Он не мог сказать ничего такого, что бы ее утешило. Он мог сделать только хуже. Бек все понял и промолчал. Единственным звуком, сопровождавшим их в дороге, был шум колес и щелчки поворотника, так же, как когда они ехали на мамины похороны. Тогда Бек сидел сзади. Его волосы были настолько короткими, что он казался лысым. Каждый раз, когда он шевелился, она слышала шорох ткани его униформы.

Они припарковались около главного входа на Оаклендское кладбище, рядом с другими машинами. На ветровом окне большинства автомобилей была приклеена эмблема Гильдии ловцов демонов. Райли вылезла из машины и поправила платье. Она неплохо знала это место. Расположенное на востоке от здания законодательного собрания штата, кладбище граничило с Мемориал-драйв на юге и с центром «МАРТА» на севере. Каждые несколько минут мимо станции проносились поезда.

Они миновали кирпичную арку и пошли по заасфальтированной дорожке через старую часть кладбища. Это кладбище вело свою историю с 1850-х годов, и здесь были похоронены многие известные деятели Атланты, например автор «Унесенных ветром».

«А теперь и мой отец».

Бек откашлялся.

— Сначала будет короткая церемония прощания, а потом сами похороны, — объяснил он. — После этого ты переоденешься, и мы создадим защитный круг.

— Мы?

— Саймон и я. Он предложил остаться с тобой и помочь тебе этой ночью.

Такого она не ожидала, но предпочла обойти эту тему стороной. Вместо этого она спросила:

— Как этот круг работает?

— Точно не знаю, — ответил он, качая головой. — Волшебство отпугивает некромантов от твоего отца — это главное.

— Почему ты сам не рассказал мне о некромантах? — спросила Райли.

Он остановился.

— Я не мог, — сказал он. — Поэтому я и попросил Кармелу поговорить с тобой. Если бы ты захотела, чтобы его изуродовали…

— Ты же знаешь, я бы никогда этого не сделала, — перебила она, озадаченная тем, что он мог подумать, будто она позволила бы издеваться над телом отца, чтобы не сидеть у его могилы несколько ночей.

— Я не знал, — признался он. — Если бы ты попросила меня сделать это… — Бек покачал головой. — Нет, это ерунда какая-то.

— Именно.

Они пошли дальше, напряжение между ними исчезло, словно они пересекли какую-то невидимую линию. Вокруг них летали птицы, кружились листья, мимо пробежала белка.

— У твоего папы была страховка, — сказал Бек, когда они повернули налево. — Но пройдет некоторое время, прежде чем ты сможешь получить по ней деньги. Это не так уж много, но я возьму на себя расходы по похоронам и дам тебе немного денег на первое время. — Он замолчал, а потом добавил: — Ах да, другие ребята тоже собрали деньги, купили цветы.

— Спасибо. Я даже об этом не подумала.

— Я тоже. — Он грустно улыбнулся.

Часовая башня, где должна была состояться церемония прощания, представляла собой двухэтажное здание ослепительного белого цвета, простое по архитектуре. Когда они подошли, то увидели Саймона. Очевидно, он ждал их. На нем, как и на Беке, был костюм.

Бросив взгляд на других ловцов, словно ожидая от них разрешения, Саймон сделал шаг вперед.

— Райли, — тихо обратился он, а затем обнял ее. Ей стало немного легче.

— Спасибо, что присмотрел за отцом, — шепнула она. Щекой она почувствовала, что он кивнул в ответ.

— Он там, — сказал Бек, указывая на ведущие на нижний уровень ступени. Набрав в легкие побольше воздуха, Райли пошла за ним. Она сжала в руках целую охапку бумажных платочков, которые достала из кармана пальто.

Сильный запах лилий ударил ей в нос, когда они подошли к двери. В комнате стояла большая ваза с цветами. Она их ненавидела. Кому-то они напоминали о воскрешении, а для нее были символом смерти и потери. В дальнем конце комнаты стоял простой сосновый гроб. Крышка закрыта.

«Папа».

Она застыла на месте. «Ты можешь лгать себе сколько угодно, пока не увидишь его в гробу, тогда прятаться от реальности будет негде».

Бек откашлялся.

— Райли?

— Дай мне минуту, — сказала она, хотя понимала, что этого все равно будет недостаточно.

— Легче не будет.

Она посмотрела на него, уловив в его голосе нотки понимания.

— Я все еще помню похороны дедушки, — сказал он. — Мне было десять, за мной заехал дядя. Он волоком тащил меня всю дорогу до Северной Джорджии. Я плакал, как ребенок.

— Каким был твой дедушка? — поинтересовалась она. Бек никогда не рассказывал о своей семье.

На его лице появилось задумчивое выражение.

— Элмор был сварливым стариком. Он жил в горах и гнал самогон. — Бек взглянул на нее. — Он научил меня ловить белок и скручивать сигареты.

— Именно то, что должен уметь каждый десятилетний парень.

Он усмехнулся.

— Кто-то со мной не согласится, но он был хорошим стариком. Элмор сказал мне, что я смогу стать, кем захочу. — Он посмотрел на гроб. — Как и твой отец.

Пульсирующая боль в сердце нарастала.