Ланселот, мой рыцарь - Елисеева Оксана - Страница 55

— Кем придуман?

Хелен объяснила, что историю о похищении и спасении Гвиниверы первым подытожил и записал французский романист Кретьен де Труа, и Ланселот грустно улыбнулся.

— Ты все знала с самого начала. Что наше королевство развалится и что наши мечты пойдут прахом.

— Я хотела это предотвратить.

— Но все возвращается на круги своя. Мы не знаем имен сообщников Гвиниверы, ведь вряд ли она сама поведет армию против мужа. И если мы не помешаем ей, то Артур погибнет, как ты и рассказываешь. Британия окажется на коленях перед врагами.

— Может, и не окажется, — возразила Хелен. — В легенде ничего не говорится о том, что произошло дальше. Вдруг кто-то возьмет власть в свои руки и отгонит врагов прочь?

— Кто же?

— Может, другой сильный и добрый король?

— Снова твои сказки? Где ты видела сильных и добрых королей? Ты сама сказала: власть портит людей.

Хелен мягко улыбнулась ему. И как она раньше все время спорила с ним? Сейчас ей этого совсем не хотелось. А хотелось, наоборот, сесть рядом с ним и прижаться к нему.

— Я знаю одного такого короля, — сказала она, глядя ему в глаза. — Тебя.

В Солсбери все было тихо. С момента их отъезда саксы больше не тревожили Бенвик. Ланселот соскочил с коня и поздоровался с выбежавшим им навстречу Галахадом, затем помог Хелен спуститься.

— Что с вами, леди Хелен? — запричитал Галахад, увидев повязку на шее и руках Хелен.

— Все разговоры после, — прервал его Ланселот. — А сейчас прикажи подать ужин, мы все чертовски голодны, и пусть для леди Хелен приготовят ее комнату.

Селина уже подбежала к ним и повела Хелен за руку в замок.

— Я позабочусь о ней, сир.

Хелен хотела напомнить Ланселоту, что он обещал отвезти ее в замок леди Кассандры, но вдруг передумала. Она знает здесь всех, и ей было радостно вновь вернуться сюда. А там, в том замке, что и кто ждет ее? Хотя бы на сегодня она должна остаться в Солсбери, а завтра посмотрит, что делать дальше.

Умывшись и переодевшись, Хелен спустилась вниз и прошла на свое место во главе стола между Ланселотом и Тристаном. По другую руку Ланселота устроились, как всегда, Галахад и Персиваль. Остальные рыцари сидели за нижними столами, и чем дальше от главного стола, тем меньше был их чин. Все рыцари поприветствовали ее, и Хелен с радостью улыбнулась им. Она чувствовала себя так, словно вернулась домой.

Ланселот поднял кубок и встал.

— Мои рыцари! — сказал он. — Я принес вам печальную весть. Король Логрии, Артур, разорвал союз с нами. Но я верю, что он одумается и поймет, что совершил ошибку. Поэтому хочу сказать вам: кто хочет остаться верен слову, данному Артуру, могут завтра ехать в Камелот, я не стану никого удерживать. Но если вы верны мне, я буду рад это узнать.

Все рыцари встали как один и подняли кубки.

— Мы с тобой, Ланселот! — воскликнули они.

— Мы верны тебе!

— Да здравствует король Ланселот!

Их троекратное «да здравствует» раздалось эхом в высоких сводах зала, и Хелен увидела улыбку на лице Ланселота.

Он оглядел рыцарей и кивнул им, выражая признательность.

— Я рад, друзья, что вы со мной. Теперь мне не страшна никакая беда. А сейчас я хочу поделиться с вами хорошей новостью.

Он взял Хелен за локоть и заставил ее встать. Она уже знала, что он собирается сказать, и у нее язык не повернулся отказать ему при всех. Рыцари напряженно ждали, но, увидев, как она встает, одобрительно захлопали ладонями по столу.

— Я попросил леди Хелен стать моей женой, и она согласилась, — сказал Ланселот и положил руку ей на талию, показывая, что теперь Хелен принадлежит ему.

Галахад отодвинул свой стул, подошел к ней и, обняв, поцеловал ее в щеку.

— Я так рад за моего брата. Он не мог сделать выбора лучше. За Ланселота и леди Хелен! — крикнул он, поднимая кубок.

Все рыцари вновь наполнили кубки и подняли их с поздравлениями и пожеланиями счастья и удачи. Хелен, уже прошедшая через подобную церемонию в Камелоте, спокойно воспринимала это. Но в отличие от Камелота рыцари не стали поздравлять их по многу раз. Она слегка удивилась, и Ланселот, заметив это, объяснил:

— Тогда нас чествовали люди разных королей и вождей, а также сами вожди, а сейчас это только мои воины. Тебе не хватает поздравлений? В прошлый раз ты жаловалась, что у тебя болят колени.

— Сейчас у тебя заболит голова, если ты не прекратишь поддразнивать меня, — улыбнулась Хелен.

— А может, мне нравится поддразнивать тебя? Помнишь, когда ты приехала сюда в первый раз, тебе до смерти нравилось доводить меня до белого каления?

— Может, стоит продолжить? — кокетливо предложила Хелен, вспомнив все сцены ссор.

— Думаю, сейчас я бы не рассердился на тебя, что бы ты ни сказала, — улыбаясь в ответ, заметил Ланселот.

Хелен прекрасно знала, от чего он мог рассердиться, но решила не омрачать его радость сейчас.

— А если я скажу, что захочу перекрасить твой замок? — Она хитро посмотрела на него.

— Только не в розовый, милая, я знаю, он тебе ужасно нравится, но подумай, каково будет саксам? Они придут сюда, а здесь пряничный домик, — поддразнил ее Ланселот.

Хелен рассмеялась.

— Тогда в красный, чтобы отпугивать их, — предложила она.

— Как твое красное платье? Кстати, почему ты не надела его сегодня?

— Я надевала его в Камелоте бесчисленное множество раз. Тебе не кажется, что оно должно было мне слегка надоесть?

— Бесчисленное множество раз? Я помню всего два вечера, когда ты была в нем.

— Всего два? — Хелен подумала и признала его правоту. — А мне показалось, раз пятнадцать точно.

Ей было приятно узнать, что он обращал на нее такое пристальное внимание при дворе, особенно учитывая, как блистала королева.

— Мы пробыли там меньше двух недель, — улыбнулся Ланселот.

— Неужели? Как быстро летит время. Значит, я в вашем времени уже… — Хелен подсчитала и ужаснулась. — Интересно, а как там, в моем времени? Меня считают пропавшей? Или все это мне просто снится? Может, завтра я проснусь, и не будет ни твоего замка, ни рыцарей, ни тебя…

Последние слова Хелен произнесла еле слышно, начиная опасаться, что накличет своими словами беду. Ланселот, словно тоже это почувствовав, взял ее за руку.

— Не говори так. Иначе я всю ночь буду сидеть у твоего изголовья и сторожить тебя. Я никуда не собираюсь тебя отпускать, — сказал он, сжимая ее ладонь.

— Я думаю, это не зависит от нас… — еще тише прошептала Хелен, чувствуя, как на глаза невольно наворачиваются слезы.

Но тут раздалась музыка, и Хелен с Ланселотом подняли головы. Нижние столы уже убирали, и откуда-то появились музыканты.

— Они забрели к нам, пока ты ездил в Камелот, — объяснил Галахад. — Я разрешил им остаться до твоего приезда, подумал: после дворца Артура тебе тоже захочется иметь придворных музыкантов.

— Придворных? Тех самых, что льстивыми речами могут задурить голову любому правителю? Нет, мне этого добра не надо, — улыбнулся Ланселот и подал Хелен руку. — Но сегодня мы можем просто потанцевать, не так ли, милая?

Хелен приняла его руку и спустилась с ним в зал.

— Жаль, недостаточно партнерш для наших рыцарей, — заметила она, оглядывая зал и замечая, как мало в нем женщин.

Здесь были жены и дочери воинов, живших около замка. Но костяк армии Ланселота составляли холостые рыцари, еще не успевшие обзавестись семьями. А на пограничных землях, таких, как Бенвик, жило слишком мало молодых незамужних девушек для них. Таких девиц обычно отправляли к родственникам, подальше от опасных мест.

— Пока ты не стала моей женой, я разрешаю тебе потанцевать с ними. Но только сегодня, — вновь подколол ее Ланселот, за что получил легкий тычок в бок.

— Чтобы танцевать с твоими рыцарями, мне не нужно разрешения от тебя, — парировала она.

— Пока не нужно, — возразил он, кружа ее в танце.

Хелен сделала пару пируэтов и вырвалась из его рук.